Наемники бродячих островов. Том 2 - Фэва Греховны

В пользу этой версии говорило и то, что трактирщица не взымала плату за ночлег. Хотя, может она просто перестраховалась, чтобы гости не светили чеканкой пустынников. Ей, конечно, знать было неоткуда, но Батя и без того уже обеспокоился этим вопросом. Он разменял опасные монеты у остальных наёмников. Каждый из них брал на выход личные сбережения, справедливо, но не оправданно, надеясь на торговлю.

В итоге, пришлось ставить одного бойца в караул. Кроме отряда, на ночь остались ещё восемь человек. Тут-то и выяснилось, что слежка, на самом деле была организованной. Отдыхающие варвары тоже выставили караул. Один из мужиков прислонился спиной к стене и не спускал глаз с наёмников.

Так и спали: все храпят, а двое смотрят друг на друга с разных концов комнаты.

Но не всё было гладко. Примерно к полночи оказалось, что банда чужаков спит посменно, а хозяева деревни просто выбрали козла отпущения…

С одной стороны помещения мужики сменили друг друга, а с другой нарастало недовольство ситуацией.

Ко второй смене варвар больше не смог терпеть несправедливость. Но попытка воззвать к совести дрыхнущих односельчан, успехом не увенчалась. На возмущения товарищи отвечали ему матюгами, а пинки повлекли к ответной агрессии.

Спустя всего минуту в таверне больше никто не спал. Наёмники молча наблюдали за перебранкой, грозящей перерасти в мордобой. На всякий случай — подтянули к себе перевязи с пистолетами и ремни с мечами.

Страсти улеглись лишь вместе с появлением фингала на лице возмущающегося варвара. Удар даровал ему заряд бодрости и помог смириться с нелёгкой судьбой часового.

Остаток ночи прошёл в тишине и покое.

Максу досталась последняя и, по совместительству, самая спокойная смена. «Коллега» держался из последних сил, а остальные местные блаженно сопели и храпели. Ожидать от них подлянки не приходилось, но и пренебрегать бдительностью парень тоже не спешил.

Когда первые лучи Света проникли внутрь сквозь щели в ставнях, на второй этаж поднялась хозяйка.

Женщина приветливо улыбнулась Максу, затушила лампадку и принялась распахивать окна.

Соотечественников, трактирщица будила и выпроваживала шутливыми ударами полотенца. А вот к гостям даже не подошла. Зато, через пять минут она принесла небольшое корытце и пару ведер тёплой воды. Неподобающе игриво, как для своего возраста, подмигнула и удалилась.

Батя просипел:

— Вот так украдут тебя с поста, а вернут взрослым мужиком…

Оглянувшись, Макс обнаружил, что никто из товарищей уже не спит и все лукаво ухмыляются. Даджой перевёл взгляд на лидера:

— Если бы зависть сопровождалась горячкой, тебя бы уже трясло.

— Весь мир бы уже трясло…

И-и-и… Его таки затрясло!

Стоило умыться и пройти вниз, как в таверну ураганом ворвался ярл.

Глава племени был вне себя от ярости. Размахивал руками, глотал половину слов, вторую половину — выкрикивал на своём рычащем языке.

Надежда на скорый завтрак рушилась вместе с ростом градуса накала страстей.

Уже второй раз за утро наёмникам пришлось хвататься за оружие. Ведь действительно, с чего это ярлу бушевать на ровном месте? Его никто не обманул, твердыню пришельцев гонец наверняка обнаружил и подтвердил их слова.

Догадка поразила Макса как молнией!

Сын охотника вернулся и сообщил, что нашёл чёрную крепость. А тут ещё и отряд бойцов в такого же цвета форме! Что же это получается? Варварам знакома та, вторая, чернокаменная громада?! С пушками и целой армией выродков! Да ещё и в дурном ключе знакома, по всей видимости…

Предвкушая зацепку, парень даже забыл, что перед ним сейчас машет ручищами здоровенный дикарь. Вместо того, чтобы посторониться или взяться за оружие, он встал как вкопанный и с вызовом уставился в глаза вождю. А в его собственных — в ожидании томилась искра надежды.

Невозмутимость юноши насторожила Хакона. Но, вместе с тем, ему передалась и некоторая доля хладнокровия.

Замолчав, ярл обвёл чужаков тяжёлым взглядом.

Напряжение и общая боеготовность отряда, нисколько его не смутили. Учитывая местные нравы, такая реакция должна была быть ожидаемой, если не сказать — естественной.

Увы, к разочарованию Макса, с крепостью всё было в порядке. А своим темпераментом мужчина всего лишь показывал степень важности дела, с которым пришёл.

— Пёс от семени пса! Сын ярла Кнуда! Дочь мою украл! — заявил Хакон. Бедолага аж побагровел, силясь подобрать как можно более оскорбительное ругательство. — Бесчестная вошь в штанах немытого бродяги!

Просияли все кроме Макса. Оно и понятно — работёнка подвалила!

Ведь, что для наёмника может быть лучше семейной междоусобицы на чужой земле? Профессиональных войск тут нет, серьёзного оружия тоже. Да и ни отомстить, ни новости о военном преступлении никто отправить не сможет! А то, что товарищ скис прямо на глазах — удостоилось только мгновенного внимания.

Куда важнее было перевести ярла в разряд нанимателя, да содрать с него награду послаще!

— Кровь от крови моя! Красавица, помощница! Помогите вернуть! — продолжал причитать вождь.

— Хорошо-хорошо, уважаемый. Собирай дружину, выступаем в погоню после завтрака. Война войной, а еда по расписанию. Милая хозяйка, попрошу накрыть завтрак! — Батя размашистым движением перешагнул лавку и раскорячился за столом.

Незнакомому человеку показалось бы, что он взаправду не рад работе. Но только не остальным наёмникам! Уж они то своего командира знали! Когда нужно было набивать цену собственному времени, его театральное мастерство начинало превосходить воинское. Родись Батя в крупном городе империи Циндао — быть ему актёром! Или политиком…

Но переговоры пошли не по плану. Ярл взревел раненным зверем:

— Нельзя дружину! Нельзя войну!

— Как нельзя? — опешил наёмник. — Нас пятеро всего, а там целая деревня.

— А вы скрытно… — вождь понизил голос. — Украдите и лесами-лесами-лесами обратно вертайтесь.

Батя выпучил глаза и смерил Хакона недобрым взглядом. Игра перешла во второй акт:

— Мы воины, а не воры! Тем паче, дев похищать — разве что плешивым разбойникам по чести!

— Так они ж первые украли!

— Первые?! Так ты мне предлагаешь вторым вором стать?! — казалось, предложение уязвило седого воина до глубины души.

Лайонел, а следом за ним и Кеншин, закашлялись в кулак. Сохранить спокойствие сумел только Даджой. Да и Макс, но он просто не сразу понял, что происходит.

— Деды воевать запретили, так что только так. — развёл руками Хакон.

— Ох уж эти ваши деды дедов дедов…

— Не-не-не! Запретили именно наши с Кнудом деды! Он мой феттер. Ну, кузен, то бишь.

Уловив непонимание в глазах товарища, Даджой подсказал:

— Двоюродный брат.

— Ох, мать! Ладно, уважаемый, Свет с