История Украины. Южнорусские земли от первых киевских князей до Иосифа Сталина - Уильям Аллен

Даниил Галицкий обладал многими привлекательными чертами, хотя и не стал одним из великих лидеров своего трудного времени. «Храбрый и бесстрашный, великодушный и добросердечный до наивности, меньше всего Даниил был политиком», — писал Шмурло. Томашевский характеризует Даниила как «умного, благородного, образованного, человечного и энергичного князя».

Основным источником по истории Галицкого и Волынского княжеств XIII в. является Галицко-Волынская летопись, произведение неизвестного автора, охватывающее период 1209–1292 гг. Летопись написана живым и довольно цветистым языком. В ней содержится много живописных эпизодов, она украшена поэтическими сравнениями и аллегориями, которые свидетельствуют о том, что автор был знаком с классической и европейской средневековой литературой.

Летописец отзывался о Данииле Галицком с симпатией, подчеркивая, что «галицкие бояре называли Даниила своим князем, но на самом деле правили всей землей сами».

Дорошенко пишет: «В XIV в. Галиция была политически не организованна и, хотя в культурном отношении находилась на том же уровне, что и Польша, была гораздо слабее ее. Ей недоставало внутренней стабильности; она страдала от боярских усобиц и отсутствия сильной централизованной власти».

До 1434–1435 гг. поляки сохраняли старый порядок вещей («tempus juris mthenornm»). Однако после 1430 г. Ягайло даровал галицкой аристократии те же привилегии, которыми пользовались польские аристократы. В то же самое время король Польши начал раздавать обширные земельные владения в Галиции своим польским любимцам, и галицкие бояре попали под влияние своих соседей и быстро ополячились. «Большая их часть, — указывал Ефименко, — была сметена волной польской колонизации и вернулась в свое исходное состояние — в народ». В XVI в., по мнению Хрущевского, в Галиции не осталось ни одной аристократической семьи, которая сохранила бы свою русскую или украинскую национальность. В то же самое время, когда польская шляхта наводнила сельскую местность, города заселялись немцами и евреями. Согласно Магдебургскому праву, власть в городах принадлежала католикам — полякам и немцам. Прежнее русское население этих городов постепенно выдавливалось оттуда и вскоре растворилось в сельской среде.

Соперничество между Ольгердом и Дмитрием Донским не помешало русско-литовским полкам, которые были обучены гораздо лучше, чем ополчение Московии в те дни, принять участие в битве с татарами на Куликовом поле. Решающую роль в ней сыграл волынский воевода Боброк, который стал инициатором маневра, решившего исход сражения.

Группа русских историков и публицистов, которые называют себя «евразийцами», придерживается особого мнения по поводу отношений Москвы и Литвы. Идеология евразийцев базируется на утверждении о том, что вся внутренняя структура и быстрое увеличение территории Московии произошло по образцу «великой Монгольской империи». Россия, по их мнению, всего лишь подражание «евразийскому государству», созданному монголами. Евразийцы считают, что монголы, разгромившие Витовта в 1399 г., оказали России большую услугу, ослабив «давление латинизма в восточном направлении» (см. статьи Трубецкого, Савицкого, Вернадского и др.).

В «Кембриджской истории Средневековья» (т. VIII) Б. Босуэлл приводит удачное описание битвы при Грюнвальде — Танненберге: «Все войско было впечатляющих размеров и необычно разнообразно по составу. Рядом с польскими рыцарями и их отрядами, которые имели одинаковое оружие и девизы, двигались сотни татар под командованием Солдана, ставшего вскоре ханом Золотой Орды. Воинственные литовцы маршировали бок о бок со стойкими чешскими наемниками, которым суждено было поразить мир. Образцовый полк польской кавалерии, Черная завиша, резко контрастировал с буйными русскими боярами или одетыми в грубые шкуры самоедами».

Тохтамыш, первоначально командир отряда в войске Тамерлана, пришел из Заволжья с частью киргизской Синей Орды. После разгрома, который потерпел на Куликовом поле Мамай в 1380 г., он помог татарам избавиться от него. В 1382 г. Тохтамыш разорил Москву. Согласно тогдашним источникам, он являлся справедливым и энергичным правителем; говорят, что он был очень красив (Бартольд), в годы, последовавшие за узурпацией им власти в Золотой Орде и разгромом Москвы, воевал с Тамерланом в Центральной Азии и на Западном Кавказе. В 1395 г. Тамерлан дошел до верховьев Дона; он оказал неоценимую услугу московитам, опустошив лагеря Синей Орды и разрушив Сарай на Волге, старую столицу Золотой Орды. Киргизская Синяя Орда так и не смогла оправиться после этого удара и ушла сначала за Волгу, а потом и за Урал.

Империя Золотой Орды, которую создал хан Берке, просуществовала чуть больше 100 лет. В XV в. после разгрома, которому подверг ее Тамерлан, она разделилась на три части: собственно Золотую Орду (столица — Казань), Крымскую Орду и Ногайскую (столица — Астрахань). Все они подчинялись разным ханам.

Этот король терпимо относился к Греческой православной церкви. Часовня Святого Креста в Краковском соборе, где он похоронен, украшена фресками конца XV в., написанными русскими мастерами в русско-византийском стиле. Аналогичные фрески имеются и в Люблине, Сандомире и других католических церквях Польши XV–XVI вв.

Впервые Московию «открыли» Риттер Поппель и другие иностранцы, в основном военные, во времена правления Ивана III (1462–1505). До своего приезда в Москву Поппель считал Московию отдаленным владением польских королей.

Самое знаменитое описание России этого периода оставил Сигизмунд фон Герберштейн, дважды посещавший по заданию своего правительства двор Василия III (в 1517 и 1527 гг.). Его книга была опубликована лишь в 1549 г.

Германские страны быстро поняли, какие возможности предоставляет им антагонизм между Москвой и Польшей. В первое десятилетие гогенцоллерновский Великий магистр Тевтонского ордена посылал в Москву войска и военных советников, а поляки на съезде в Вене в 1515 г. требовали от Габсбургов отказаться от поддержки Василия III и вывести свои войска. В 70-х гг. XVI в. переговоры Ивана IV с властями города Данцига заставили польского короля Стефана Батория ввести туда свою армию, а в 1581 г. царь Иван после того, как Баторий одержал в России несколько побед, просил императора и папу о помощи.

Литовцы, как и Иван IV, стремились найти своих предков в классическом мире. В 1429 г. в Луцке, когда Витовт принимал у себя императора Сигизмунда, литовцы заявили ему, что «поляки прежде были не дворянами, а простолюдинами, которые купили себе гербы у чехов, в то время как литовские аристократы происходят от римской знати, поскольку их предки пришли из Италии». Автор «Быховецкой хроники», цитируемой Лаппо, сообщил нам, что император ответил им так: «Мы знаем, что вы — потомки древних римских аристократов».

Первый Литовский статут был обнародован в 1529 г. В 1566 г. появилась новая версия этого закона, содержавшая многочисленные поправки. Только после этого окончательно утвердили политические и социальные привилегии литовской шляхты. После заключения Люблинской унии потребовалось внести новые поправки, и последняя версия Литовского статута была одобрена Стефаном Баторием и принята в 1588 г. Тексты всех трех вариантов этого статута написаны по-русски.

Люблинская уния 1569 г. создала из Польского королевства, Великого княжества Литовского и герцогства Восточной Пруссии одно общее государство — Речь Посполитую. Слияние двух разных стран и двух различных национальностей завершилось. На общем собрании Рады (сената) польской и литовской знатью был избран правитель страны, король Польши, одновременно являвшийся великим князем Литовским. Во время своей коронации в Кракове он подтвердил права и привилегии обоих народов — поляков и руссо-литовцев — и поклялся хранить эти права и привилегии. Однако Русско-Литовское государство (за исключением украинских провинций, которые были от него отторгнуты и вошли в состав Польши) сохранило свою администрацию, печать, литовский статус, а также армию и бюджет. «Нельзя не отметить, — писал Лаппо, — коренное противоречие, в основание которого легли две совершенно противоположные идеи — идеи унитарного и федеративного государства. Это было результатом противоположных тенденций и устремлений, принесенных на Люблинский сейм представителями Польши и Русско-Литовского государства».