Сын планеты - Владимир Журавлев

— Он ни на кого не похож! — буркнул младший. — Прихоть природы. Мы проверяли его — он ниоткуда. Бродяга пляжей. Я думаю — на режим он не работает. Он видел наши пятерки при оружии — и все спокойно, никаких шевелений вокруг школы. Из моей пятерки кое-кто имеет братьев в карабинерах — они тоже бы сообщили, будь какая опасность.

— В главном ты прав, — неожиданно согласился старший. — Пора начинать. У ребят слишком много энергии. Как бы не начали драться между собой, тем более что поводов достаточно, старая знать всегда грызлась друг с другом и помнит обиды веками.

— Традиции, — вздохнул младший с пониманием. — В них наша слабость — но и наша сила тоже!

— Да какая в них сила?! Лорды предгорий никогда не встанут в бою рядом с лордами побережий — ну в чем здесь сила? А в войне против карабинеров единство — обязательное условие. Иначе нас перережут поодиночке.

— Начнем войну поодиночке. А там найдется лидер, способный объединить. Война ему поможет.

— Дурак. Сначала — объединить. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы война закончилась за один день. Или хочешь? У тебя родня в карабинерах…

— У всех родня! — огрызнулся младший. — Что поделать, если мы — ветви одного дерева? Но здесь — наша земля! Мы слились с ней душой, стали одним целым — и не позволим даже родне перекраивать этот мир по-своему!

— Золотые слова! — одобрил старший. — Ты бы еще поступал, как говоришь, тебе бы цены не было…

— Я стараюсь изо всех сил, босс! — обиделся младший.

— А Эстер? Эта пляжная красотка забрала уже слишком много власти. Все лорды предгорий с ней. А ты до сих пор ничего с ней не сделал.

— Босс, но ведь объединяться — это хорошо? Она же объединяет…

— Дурак. Ослепленный красотой… У нее половина отрядов. И у нас — половина. При равенстве сил мы никогда не объединимся, только перебьем друг друга во взаимной грызне. Кто-то должен уступить. Но не мы. Понятно? Путь к победе справедливости ведет через резню соратников — это не мной придумано, это так учит история.

— Да, но… у нее отряд — за Эстер глотку любому перегрызут.

— Хорошие ребята, — обронил старший. — Жаль их терять. А придется. С отрядом-то… это просто. У тебя, говоришь, родня в карабинерах? Ее отряд — из предгорий. Я слышал, у них какой-то забавный обычай, молиться ходят в горные храмы, что ли… Если они попадутся в засаду карателей где-нибудь в ущелье…

Они надолго замолчали.

— Я сделаю это, брат, — наконец решился младший. — Сделаю. Если это единственный путь к победе справедливости…

— Решено, — заключил старший. — Кстати, они действительно ходят молиться? Они верующие? Ты ведь тоже с предгорий, должен знать.

— Есть легенды, — неохотно сказал младший. — Когда-то в горах скрывалась … Сила. Сила гор. Еще говорят — Стражи гор. То, что защищает справедливость. Мы ходим в горные храмы петь им гимны. Считается, что Страж придет, если миру будет грозить беда. И… это правда. В это мы верим. Знаешь, когда идет враг — горы кричат от гнева…

— А, слышал в детстве, — кивнул старший. — Кто-то еще верит сказкам, удивительно даже…

— Мы верим. С отрядом Эстер… действительно все просто. Я ведь тоже хожу с ними в горные храмы. Ну… пройдусь в последний раз. Смерти я не боюсь. Зато совесть моя перед Стражем гор будет чиста.

— Чистым хочешь остаться? Ну-ну…

И они опять надолго замолчали.

— Я вот думаю сейчас… Как здорово бы мы жили после победы справедливости? Не судьба.

— Не судьба, — согласился старший. — Только думаешь ты не об этом. А думаешь ты, что я зверь, не лучше карабинеров. А зря. Лично мне ведь эта власть не нужна — только ради победы справедливости! А как докажешь всем?! Но я не хочу остаться зверем в памяти потомков моего рода! Так что — я иду с тобой. Давно хотел посмотреть на эти таинственные моления, да все некогда было… Возьмешь с собой?

— Спасибо, брат, — пробормотал младший. — Смерти я не боюсь, но вместе… не так страшно.

— Только я ваших гимнов не знаю, — деловито сказал старший. — Неудобно в храм невеждой заваливаться. Учи, пока не поздно!

Они уходили с пляжа и во всю глотку орали боевой гимн. И воздух дрожал от мощи их юных голосов.

— Ну и что ты делаешь в школе? — спросил Санго Риот.

Его лицо по ту сторону экрана не выражало гнева, лишь недовольство. Недовольство начальника, уже подписавшего приказ об увольнении неугодного подчиненного. Это я уже проходил — у себя на родине. Можно было б не продолжать разговора — зачем, собственно, если начальством уже все решено? Но — нельзя. Санго Риот все же мне друг… или начальство? Я подумал и решил, что все равно выключить сейчас экран — это уже слишком. Ну, тогда буду отвечать на поставленный вопрос. Тоже неплохой способ уйти от ответа — ведь спрашивал он меня не о школе, конечно.

— В школе я учу детей правильно играть, — честно ответил я. — Понимаешь, им почему-то вдолбили, что игра — это подготовка к взрослой жизни. Опасное заблуждение, между прочим… Оттого их игры такие жестокие и агрессивные. Ну, я по возможности исправляю ошибку. Вот этим я и занимаюсь — помимо выполнения служебных обязанностей, естественно.

— Ты решил стать воспитателем? — уточнил Санго Риот. — Воспитателем в государстве карабинеров?

Он ожидал четкого ответа на ясно поставленный вопрос. А я не мог сказать ему «да». Государству карабинеров не требовались воспитатели, особенно такие, как я, и мое увольнение было очень близким и неизбежным событием. Не мог я сказать и «нет», потому что моя вторая профессия, в понимании Санго Риота, — разведчик. Разведчик Границы. Получивший образование и материальное поощрение, которые следовало бы отрабатывать.

— Ты профессиональный разведчик, — напомнил Санго Риот то, о чем я и сам помнил. — Обучение и зарплату положено отрабатывать, это правило одинаково во всех мирах. Почему ты до сих пор не в офицерском клубе?

Мое лицо невольно выразило все мои мысли об офицерском клубе и личностях, его посещающих. Пронзительные желтые глаза собеседника мгновенно вспыхнули — и погасли. Новый Санго Риот неплохо владел собой.

— Вот, значит, как! — сказал он почти ласково. — А на Желтых планетах ты маскировался вполне профессионально — служил, выслуживался, убивал кого ни попадя, проникал куда положено и выяснял что требуется — и даже больше. И на Арктуре ты был безупречен, твои сменщики считают твою работу образцом для подражания — и никто до сих пор не смог выяснить, куда ты запрятал спасенную императрицу, даже я… Да никто из сменщиков даже в императорскую гвардию не смог пробиться! И лишь на Веге ты хочешь остаться чистеньким. Карабинеры тебе сейчас противны, а легион Непобедимых, гораздо более мерзкие убийцы, кстати — как братья родные? Почему? Я думаю, это потому, что после работы ты всегда можешь шагнуть в нуль-переход прямо в сытую жизнь Границы. Принять хвойную ванну, прогуляться по улицам в офицерской форме при всех наградах — под восхищенными взглядами девочек… Тогда, конечно, тебе уже противно пачкать руки в крови несчастных, кого ты определил в противники. Ведь ты разведчик, элита и гордость войск Границы! Пора, пора восстанавливать корпус наблюдателей, разведчикам же не к лицу разгребать грязь! Но вот о чем я хочу тебя предупредить: у границы есть свой ответ на твое поведение! Достойный ответ, тебе не понравится! И называется он «сын планеты»! Поинтересуйся, что это такое, прежде чем делать следующий шаг!