Призрак дракона - Патриция Бриггз

Поединок — совсем другое дело.

Уверенный в том, что он изучил меня и что выиграть бой у идиота не так уж и сложно, Иландер поначалу чувствовал себя вполне уверенно. Но когда увидел, с каким блеском я провел намеренно неумело начатый защитный прием, несколько растерялся. А потом, сообразив, что я с ним просто играю, пришел в неописуемую ярость.

Стейла прервала наш поединок пронзительным свистом в тот момент, когда кончик моего меча только коснулся металлической брони на животе противника. Если бы схватка была настоящей, Иландер отдал бы Богу душу. А если бы я не остановил его меч пару мгновений назад, то сам отправился бы в мир иной.

Иландер жаждал продолжения боя — когда я взглянул ему в глаза, то увидел в них кипящее неистовство.

— Отличная схватка! Верно ведь, Стейла?

Я сказал это серьезным тоном, потом отступил на шаг назад и убрал меч.

Стейла фыркнула.

— Иландер, ты ведь не мальчишка! И должен знать, что раздражение — не помощник в бою. Когда сражаешься с человеком, который явно сильнее и быстрее тебя, верх глупости поддаваться эмоциям. Тебе еще повезло, что ты не получил настоящего ранения.

— Прости за то, что намеренно привел тебя в бешенство, Иландер, — сказал я, одаривая оппонента одним из своих наиболее гениальных коровьих взглядов. — Этого больше не повторится, обещаю.

Иландер, который пришел в еще большее негодование после замечания Стейлы и моих слов, побагровел. Его ноздри раздулись и побелели.

— Ты…

— Поосторожнее! — рявкнула Стейла, и Иландер стиснул зубы.

Удостоверившись, что он ничего не собирается добавлять, тетка довольно кивнула и заметно расслабилась.

— На сегодня ты свободен, Иландер. Твое место в бою займет Лаки. А ты ступай помойся.

Лаки стоял среди воинов за спиной Стейлы с правой стороны. Будучи человеком сравнительно умным, он сразу сообразил, на что намекает командирша.

Она сидела, глядя перед собой, не поворачивая головы.

— Я уже говорила тебе прекратить вытягивать деньги из молодых бойцов, Лаки. На что вы поспорили?

— На серебряную монету.

— Учти, иногда колдовать у меня получается лучше, чем у Лисленга! — Стейла вскинула сжатую в кулак руку и помахала ею в воздухе. — О своем споре забудьте!

По-видимому, в первый момент Лаки хотел возразить. Он приоткрыл рот, тут же закрыл его, очевидно, передумав, и ответил лишь:

— Слушаюсь.

Стейла перевела взгляд на меня.

— А ты даже не вспотел, Вард.

Я нахмурился, размышляя, не понюхать ли мне собственную подмышку, но, решив, что это слишком, просто кивнул.

— Когда остальные отработают в поединке, мы с тобой попытаемся это исправить, согласен?

Стейла прищурилась.

Я улыбнулся и еще раз кивнул.

Если бы даже никто из окружавших меня людей никогда в жизни не считал меня дураком, то моя улыбка убедила бы их в этом.

Стейлу еще никому не удавалось одолеть.

Я задумался. Знала ли Стейла, что я намеренно сыграл с Иландером злую шутку? Понимала ли, что я способен на это? И желала ли наказать меня за мою выходку?

Обливаясь потом — в достаточном количестве даже для того, чтобы удовлетворить самолюбие Стейлы, — я с трудом поднимался по крутым ступеням замка. Каждое движение доставляло боль, но ничего другого и не стоило ожидать.

Стейла была очень высокой женщиной, а тридцать с лишним лет, проведенных в армии, сделали ее крепкой и мускулистой. Я обладал большей силой и скоростью, но она дралась с невиданной свирепостью. В поединках главной задачей было одолеть противника, а моя воинственная тетка любила выходить из боя победительницей, поэтому вовсю применяла запрещенные приемы.

Я осторожно потер глаз. Пускать в ход нечестные трюки мне не следовало, хотя я знал их немало. У идиота на подобное не хватило бы ума.

Когда я открыл дверь в спальню, поджидавший меня Орег ухмыльнулся. Если бы не стоявшая у дальней стены ванна с горячей водой, то я не простил бы ему ухмылки.

Эту ванну изготовили когда-то специально для отца. Она и Аксиэль — единственное, что я присвоил после его кончины.

От моих одежд жутко воняло, поэтому, не теряя времени даром, я скинул их с себя, погрузился в воду и с облегчением вздохнул, чувствуя, что напряжение мгновенно начало отступать.

— Кого мне благодарить за ванну, тебя или Аксиэля? — спросил я у Орега.

— Обоих, — ответил он. — Аксиэль натаскал воды, а я ее подогрел.

— Спасибо.

Лучшего метода для снятия усталости, чем принятие ванны, было невозможно придумать. Я набрал в легкие побольше воздуха, окунулся в воду с головой и на некоторое время замер.

Но неприятное впечатление от того, что я совершил сегодня, не исчезало. Нет, я думал не о проигрыше тетке. В Синей Гвардии не было такого человека, кого она не могла бы «положить на лопатки». Меня тревожило другое — схватка с Иландером.

Я вынырнул из-под воды.

— Я наблюдал за твоим боем, — сказал Орег.

Он сидел на стуле, непринужденно раскачиваясь на двух задних его ножках, причем не касаясь пола ступнями. Меня распирало от любопытства: как это у него получается? Скорее всего ему помогала магия. Я не стал задавать лишних вопросов, а определить, насколько мощными магическими силами обладает тот или иной человек, мог с большим трудом.

Вообще-то Орег всегда наполнял волшебством пространство, в котором находился, и я был не в состоянии уследить за всеми его мелкими колдовскими штучками. Я ясно ощущал силы призрачного парня, они ничем не отличались от волшебства Хурога. Возможно, он сам и являлся той магией, которую я всегда чувствовал в замке.

Орег применял свои удивительные способности на практике гораздо чаще, чем все остальные известные мне колдуны, даже самые талантливые. Не знаю, для чего он это делал — потому ли, что просто был наделен большим, чем все они, даром, или желал произвести на меня впечатление.

— Ты видел, как родная тетка чуть душу из меня не вытряхнула? — спросил я.

— Нет. — Орег загадочно улыбнулся. — Я имею в виду тот бой, в котором ты выставил полным идиотом нового бойца Синей Гвардии. Иландей — кажется, так его зовут… А, нет, его имя звучало бы так, если бы он был из Толвена, а не из Эйвинхеля. Иландер?.. Точно, Иландер!

Отец умер, думал я. А дядька ведет себя как добросовестный регент, даже того усерднее. Управляет Хурогом так, будто он полностью принадлежит ему.

В последние три дня Дараха почти не было дома. Он выезжал на поля, почва которых засолилась, и вместе со специализированной командой пытался предпринять все возможные меры по восстановлению земель.