Нулевой километр (СИ) - Стасина Евгения

– Вы где-то работаете? – удивленно воззрившись на папку в моих руках, Бирюков, плавно выруливает со двора, стараясь не окатить водой спешащую из булочной Петровну. А зря. Ей бы освежающий душ был бы нелишним – вон как недовольно губы поджала, стоило мне приветливо махнуть ладошкой, нацепив на лицо насмешливую улыбку.

 К моему совету Максим все же прислушался: если вчера забирал он меня в черной футболке поло и шортах, позволяющих любоваться крепкими ногами, сегодня надел легкий кашемировый пуловер в комплекте с чиносами коричневого цвета. Хорош. И ровно настолько же отвратителен, ведь стоит ему окатить меня высокомерным взглядом, вся его привлекательность тут же меркнет. Их учат там, что ли, вот так вот смотреть, чтобы по позвоночнику бежали мурашки, а волоски на руках вставали дыбом от лютого холода, что читается в глазах?

– Нет, – нехотя отвожу взор от лица своего водителя и принимаюсь следить за дорогой, придерживая на коленях портфолио. Никогда не думала, что оно мне пригодится, и позировала перед объективом только лишь ради того, чтобы наполнить свой профиль в социальных сетях красивыми снимками: чтобы кожа без малейших изъянов, прическа - волосок к волоску, и губы зазывно улыбаются… – Но думаю, сегодня я ее найду. Как считаешь, смогу я покорить мировые подиумы?

Вздергиваю подбородок и терпеливо жду, когда же собеседник оценит мои старания: внимательно изучает прическу, не оставляет без внимания тронутое макияжем лицо, чуть дольше положенного удерживает свой взгляд в районе моей ложбинки, и стоит ему остановиться на неприкрытых коленях, хищно приподнимает уголки губ. Как человек я ему неприятна, но как женщина…

– Навряд ли, – словно ушат ледяной воды смывает с моей головы щедрую порцию лака, распрямляя спирали шоколадных локонов, и вот уже впитывается в одежду, вмиг ставшую тесной – от возмущения даже вдохнуть не могу.

– Модели ведь худосочные, – а это контрольный, прямиком в мое сбившееся с ритма сердце.

– То есть? – наверняка белею, ведь прежде мне не приходилось сомневаться в своей неотразимости: одногруппники то и дело отвлекали меня от учебы, заставляя неуютно ерзать на сиденье от их бесконечных перешептываний за моей спиной, Руслан до сих пор сбивается с мысли, стоит мне пару раз взмахнуть своими пушистыми ресницами. Да даже Света, что, сама того не подозревая, испортила это утро глупым селфи, и та не могла скрыть женской зависти! Господи, на кой черт я решила завязать с ним разговор? Вчерашнего было мало?

– Только не говори, что встречал кого-то получше, – ехидно бросаю, наперед зная, что его потолок – двадцатилетняя студентка в драных джинсах. – Или что, к водителям в наше время выстраиваются очереди из длинноногих красоток?

– Ну, может, и не очереди, но красивые среди них были.

Глава 11

Наверное, первое правило успеха – вера. В себя и в собственные силы… Прибавьте к этому природное обаяние, умение поддержать разговор и вовремя улыбнуться, демонстрируя сидящему напротив мужчине ряд ровных белых зубов, и должность у вас в кармане.

– Простите, но кастинг уже прошел. Модели отобраны и вовсю готовятся к показу, – а если не сработает, не стесняйтесь выпускать зверя, живущего внутри вашего хрупкого тела, изгибы которого нет-нет да привлекают внимание Тихомировского партнера по бизнесу. Или доставайте туза из рукава, ведь знакомство с говорливой Дариной порой бывает полезно – если отсеять ее болтовню о дорогих цацках и салонах красоты, легко можно вычленить что-то полезное из ее бессвязного набора слов.

Двигаюсь на краешек удобного стула, перетянутого мягкой шенилловой тканью и, подперев подбородок ладошкой, с вызовом смотрю на бизнесмена. Странный пиджак лимонного цвета, по канту украшенный черной тесьмой, немного отвлекает, и мне то и дело приходится себя одергивать, усилием воли стирая с лица глупую улыбку – как человек настолько близкий к моде, после утреннего душа мог натянуть на себя это?

– Разве, – делаю паузу и закусываю нижнюю губу, с удовлетворением подмечая, что взгляд серых глаз следит за мной неотрывно, – у вас не найдется одного местечка для девушки, готовой работать не покладая рук? Уверена, я неплохо украшу собой показ, и когда все закончится, вы еще будете смеяться, вспоминая, как чуть не отказали мне в этой работе…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Скромности вам не занимать, – видимо, Ринат Хабибулин слишком много курит, поэтому его попытка посмеяться над самоуверенной брюнеткой заканчивается хриплым кашлем, остановить которой способен лишь стакан воды.

Быстро встаю, уверенно двигаясь к небольшому столику с десятком дорогих бутылок, и щедро плескаю в стакан боржоми.

– Спасибо. Здоровье ни к черту, а с этой нервотрепкой отлежаться в постели времени нет. Чуть меньше трех недель до грандиозного события, а мой партнер…

Знаю, знаю. Ваш партнер пытается пробудить в своем муже давно угасшие чувства: ума не приложу, чем Света развлекает Руслана, но и сама начинаю нервничать, ведь вместо обещанной недели, его деловая поездка затянулась на долгие девять дней…

– Вот видите. Меня вам сам Бог послал. Поверьте, ничто так не украшает красивое платье, как женщина, от которой веет уверенностью. Один проход – для вас малость, а мне приятно.

– С чего я, вообще, должен вам помогать? – его от природы узкие глаза с прищуром глядят в мое свежее лицо, в ожидании ответа. – Снимки неплохие, но скорее любительские.

– А разве для добрых дел нужна причина? Считайте, что помогаете начинающей модели сделать первый шаг в мир высокой моды.

– Я бы, пожалуй, помог, если бы видел потенциал…

– А разве его нет? – встаю, задвигая темно-зеленый стул, и отступаю назад, желая продемонстрировать работодателю, что все необходимое в моем арсенале имеется: рост, вес, ноги прямые, и высокие шпильки проблем мне не доставляют. Хоть марафонский забег беги! Прохожусь по прямой, пусть и чувствую себя глупо, ведь рот Хабибулина уже искривила ухмылка, и, закончив шествие, кокетливо улыбаюсь. – Чем вам не модель?

– Юлия…

– Константиновна, – прихожу на помощь, ведь он явно не помнит ни моей фамилии, ни возраста, ни хоть малейшей детали из того бреда, что я несла ему о несуществующем дипломе.

– Юлия Константиновна. Боюсь, я не в силах вам помочь. Увы, – даже руками разводит, напуская на лицо сочувствующую гримасу. – Попробуйте в следующем году. Или обратитесь в агентство, где вам подберут пару – тройку заказчиков.

– Не могу. Мне нужны вы, – вновь с диким скрежетом волочу по паркетному полу горемычный стул и устраиваюсь на месте, на манер отличницы оттягивая короткую юбку пониже на голые коленки. – А если я что-то решила, вариант только один – сдаться.

 – Мне, я так полагаю?

– Боюсь, что так. Тем более что добрые дела очищают ауру. У вас она наверняка темная, – видит Бог, я этого не хотела. – Наверняка, не раз совершали поступки, которыми в обществе кичиться не принято?

Будь на его месте Руслан, меня бы уже закапывали в каком-нибудь лесу… Он уж точно не стал бы бледнеть, медленно расслабляя загорелыми пальцами вдруг ставшую тесной удавку на шеи. Гаркнул бы так, что волосы на моей голове встали бы дыбом, а мысли о шантаже сами собой улетучились. А Ринат же, напротив, молчит, с трудом поборов узел галстука, и прежде чем задать закономерный вопрос бледнеет, интуитивно почувствовав угрозу.

– О чем это ты?

Стоит отдать ему должное: хотя бы выкать перестал, и голос его теперь звучит не так слащаво, словно передо мной не обеспеченный человек лет сорока пяти, а мальчишка, что на досуге распевается в школьном хоре.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– О том, что дети у вас премилые, – не лгу, малышка с черными как смоль волосами, что глядит на меня со снимка, стоящего в самом центре стола, достойна самых звучных эпитетов. – Сыну лет семь, наверное?

Молчит. Даже дышать забывает. Откидывается в кресло и, вторя мне, уже ведет своим взором по детским лицам.

– А жена какая! Кажется, новостной диктор на радио? Обожала ее музыкальное шоу… Жаль, что проект свернули, – тоскливо вздыхаю и теперь произношу с укором. – Что же вы от такой женщины на сторону бегаете?