Воспоминания и размышления (Том 1) - Георгий Жуков

К середине апреля белые находились уже в 85 километрах от Казани и Самары и в ста километрах от Симбирска. Дальнейший отход наших войск за Волгу привел бы к соединению армий Колчака и Деникина. В этом случае мог образоваться сплошной фронт для удара на Москву. Положение осложнялось тем, что одновременно войска белых и интервентов активно действовали и на всех других стратегических направлениях.

В это грозное время ЦК РКП(б) во главе с В. И. Лениным призвал партию, советский народ напрячь все силы для разгрома врага, и в первую очередь армий Колчака.

Партия, рабочий класс и все передовые люди живо откликнулись на этот призыв.

И апреля Оргбюро ЦК партии утвердило "Тезисы ЦК РКП(б) в связи с положением Восточного фронта", написанные В. И. Лениным. На Пленуме ЦК РКП(б) 13 апреля и на заседаниях Политбюро 23 и 29 апреля рассматривались вопросы организации помощи Восточному фронту. Было принято решение провести новую партийную мобилизацию и направить на фронт наиболее мужественных и закаленных работников из рядов партии. 13 мая на заседании Совета обороны с докладом по вопросу о боеприпасах выступает В. И.Ленин. Еще раньше по его предложению 81 тысяча рабочих важнейших военных заводов переводится на красноармейский паек, рабочие оборонных заводов освобождаются от призыва в армию. Благодаря величайшему революционному подъему масс и огромной организаторской работе партии постепенно налаживается военное производство.

Мобилизация сил и средств по всей стране дала возможность основательно подкрепить истощенные армии Восточного фронта. Одних только коммунистов в армии фронта пришло около 15 тысяч, притом преимущественно в качестве рядовых бойцов действующей армии. Это была решающая политическая сила, сплачивающая войска и зовущая на бой с врагом.

Изучая потом меры и планы Главного командования Красной Армии и командования Восточного фронта, нетрудно было убедиться, что они недостаточно знали истинную группировку войск белых, не сумели раскрыть замыслы противника и организовать энергичное противодействие врагу.

Главное командование страны не заботилось своевременно о создании стратегических резервов и размещении их в тех районах, откуда бы они могли быстрее прибыть для ликвидации прорывов и контрнаступлений. Вместо этих гарантирующих от катастроф мероприятий командование Восточного фронта занималось мелким "латанием заплаток", перебрасывая вдоль неустойчиво обороняющегося фронта незначительные части, которые опрокидывались белыми. Видимо, в штабе и Военном совете Восточного фронта была оперативная растерянность и отсутствовала надлежащая уверенность в возможности разгрома Колчака восточнее Волги, не допустив его соединения с войсками Деникина.

Слов нет, сейчас каждому легче критиковать действия командования Восточным фронтом, так как в настоящее время известна до мелочей дислокация, качество и количество войск той и другой стороны, а потому не трудно разобраться в положительных и отрицательных действиях того или иного командования.

Положение на Восточном фронте изменилось с приездом туда М. В. Фрунзе, который принял командование южной группой войск фронта. М. В. Фрунзе правильно определил, что в той тяжелой обстановке надо было как можно скорее вырвать у белых стратегическую инициативу, подорвать их моральное состояние и укрепить в наших войсках веру в победу над белыми.

С присущей ему прозорливостью полководца большого масштаба М. В. Фрунзе понял, что даже в результате успешных действий врага для белых создались некоторые отрицательные моменты, и если их правильно использовать, то они станут началом конца колчаковщины.

Он считал, что, сдерживая Колчака с фронта, нужно немедленно и решительно ударить силами Туркестанской, 1-й и отчасти 4-й армий по растянувшемуся левому крылу фронта Колчака, а в дальнейшем этот контрудар превратить в мощное контрнаступление всего нашего Восточного фронта с целью освобождения Урала и Сибири.

М. В. Фрунзе учел слабость войск левого крыла фронта Колчака и то, что Колчак не сможет быстро осуществить маневр своими главными силами, которые втянулись в сражения в центре фронта на казанском, симбирском и самарском направлениях, стремясь выйти на Волгу.

Предложения М. В. Фрунзе были одобрены В. И. Лениным. ЦК РКП(б) и Реввоенсовет утвердили этот план.

М. В. Фрунзе не боялся никакой ответственности и никаких трудностей, когда речь шла о судьбе Родины. Он в сжатые сроки сумел перегруппировать, доукомплектовать и всесторонне подготовить вверенную ему южную группу войск. Это в то время нелегко было сделать в условиях общей разрухи и почти полной бездеятельности железных дорог.

Небезынтересно напомнить, что писал впоследствии М. В. Фрунзе об обстановке на Восточном фронте:

"Войска Колчака уже надвигались вплотную к Волге: мы едва удерживали Оренбург, окруженный с трех сторон; защищавшая его армия все время стремилась к отходу; к югу от Самары уральские казаки прорвали фронт и двигались на север, угрожая Самаре и железной дороге Самара - Оренбург. Почти всюду мы отходили, но я не могу сказать, чтобы мы сознавали себя более слабой стороной, но так как инициатива находилась в руках белых и так как ударами то в том, то в другом направлении сковывалась наша воля, то мы чувствовали себя не особенно приятно. И требовалась не только колоссальная воля, но и яркое убеждение в том, что только переход в наступление изменит положение, чтобы действительно начать таковое. В тот момент пришлось считаться не только с отступательным настроением частей, но и с давлением сверху, со стороны главного командования, бывшего тогда в руках т. Вацетиса. Он стоял за продолжение отступления. К счастью, я имел поддержку в лице присутствующего здесь т. Каменева, который тогда был командующим Восточным фронтом. Невзирая ни на что, мы перешли в наступление и начали блестящую операцию, приведшую к полному разгрому Колчака"{7}.

После поражения белых под Бугульмой, Белебеем и разгрома Колчака под Уфой резко возросло дезертирство из рядов белых войск, усилилось партизанское движение. Вот что записал в своем дневнике управляющий военным министерством Колчака барон А. Будберг в мае 1919 года:

"...несомненно, на фронте Западной армии инициатива перешла в руки красных. Наше наступление выдохлось, и армия катится назад, неспособная уже за что-нибудь зацепиться... При отходе местные мобилизованные расходятся по своим деревням, унося одежду, снаряжение, а иногда и вооружение... У красных огромное преимущество в том, что они не боятся брать на пополнение старых солдат, не нуждающихся в обучении, а мы боимся этого, как черта, и принуждены призывать только зеленую 18-19-летнюю молодежь..."