Шутка Вершителей (СИ) - Литвинова Елена

Да, это была я. Та же самая, но другая. Конечно, я не превратилась в восьмидесятилетнюю старушку, как мне думалось, но внешний мой облик состарился лет так на пятнадцать. Из зеркала на меня смотрела я, только прожившая, тяжело прожившая эти свои пятнадцать лишних лет!

— Арьяна? Ты в порядке?

— Да, сейчас всё пройдёт. Я опустошила резерв, ему надо немного пополниться… Великая Ада! — вдруг воскликнула она, взглянув на меня. — Этого мало! Я предполагала, что сделаю тебя гораздо страрше!

— Мне кажется, и так всё получилось…

— Да нет, боюсь, что тебя такой возраст от изнасилования не спасёт…

— Сорок-пятьдесят лет не спасёт?

— Нет, те же бродяги, местные отбросы общества, преступники и тунеядцы… Так, можем подправить красками для лица, походкой и поведением… Сгорбись! Так, вот так, ещё… Лицо замажем завтра, а пока послушай меня, Рокайо… Ты придумала себе имя?

— Да…

— Хорошо. Вот, возьми и повесь на шею! — и Арьяна протянула мне небольшой серый камень, каких полно в наших горах, только с дырочкой и веревочкой в ней. — Это — талисман квочек.

— Что-что?

— Такой артефакт, который поможет тебе понимать языки, на которых будут там говорить, поняла?

— Да, — про языки я как-то не подумала, — но чужак…

— Мы не знаем, что было навешено на то кольцо, что он отдал твоей сестре и с помощью которого сбежал. И самое главное, — Арьяна замолчала и протянула мне перстень, скромный серебряный перстенёк с белым мутным камнем отвратительной неровной огранки, — будет твоё обручальное кольцо. Видимо, какие-то обычаи в наших мирах всё же совпадают, раз колдун подарил кольцо твоей сестре, пусть и не по тем мотивам, что нужно… Это кольцо будет вести запись всего того, что с тобой случиться за Вратами. Как только ты переступишь черту, разделяющую два мира, камень активируется и будет записывать всё, куда хватит его области покрытия. И эта область в пределах десяти метров, Рокайо. Если ты не захочешь, чтобы на этой записи что-то отразилось, положи камень на таком расстоянии от себя, всё понятно?

— Да, а это — обязательно его брать?

— Приказ королевы…

Мне оставалось только промолчать. Я поняла, почему Арьяна столь усердно стала мне помогать: королева решила отправить шпионку в мир, о котором практически ничего не известно, но, по преданиям, в который ушли очень сильные колдуны из Адании.

Быть шпионкой нашей королевы — неплохая работа, если за неё полагаются такие подарки, как иллюзия и различные артефакты. Придётся подумать, как прятать перстень, когда нужно будет уединиться по естественным надобностям. Не нужно, чтобы кто-то в правительстве или даже сами жрецы смотрели, как я оправляюсь.

С такими мыслями я легла на узкую лежанку и ещё очень долго смотрела в темноту. Сон не шёл. На соседней лежанке также ворочалась Арьяна. Главе также не спалось. Видно, тревожили тяжкие думы, как и меня… Покрутившись, мы всё же уснули.

Утром Арьяна проверила мою сумку, нацепив высокие сапоги, заколов косу на затылке, подхватила её на плечо и вышла первая на улицу, где уже над горизонтом между хвойными деревьями светило весеннее солнце.

— Рокайо! Вперёд! Пока посёлок не проснулся! — крикнула она мне, и я поспешила подоткнуть свои юбки, чтобы не замочить подол. Последний раз кинула на себя взгляд в зеркало. На меня смотрела женщина, уже достигшая своей последней зрелости. Косметика состарила меня ещё на десяток лет. Но сама я бы не смогла так точно передать морщины, поэтому в этом возрасте мне предстояло побыть всего лишь семь-десять дней. Потом макияж должен был отвалиться сам. Он был водоустойчив, но время всё равно уничтожало его.

Я вышла опять за Арьяной на тропу, и мы двинулись к запретной поляне. Туда среди лапника вела узкая, едва заметная дорожка, полностью пропадающая зимой и зарастающая разнотравьем летом. А сейчас, в самом начале весны, её было еле-еле видно.

Когда мы вышли на поляну, неприятные воспоминания захлестнули меня. Я сразу вспомнила чужака Гэйелда, его злой взгляд, влюблённое личико сестры, наши разговоры-уговоры с ними…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Арьяна, а если откроется только ночью?

— Будем ждать…

Мы нашли длинное бревно и аккуратно, чтобы не порвать наши юбки, расположились на нём.

Время текло, приближаясь к полдню, а ничего не менялось.

— Пройдись вокруг Врат, Рокайо, как ты делала это тот самый раз…

И я стала обходить Врата Ады, трогая странные камни. И боги нас услышали. Раздался первый звук. Волна вибрации заставила дрожать воздух в весеннем влажном лесу, как и тогда, на морозе.

— Вот и всё, Арьяна… Сейчас будет вторая, уже скоро… — и я забрала сумку из рук главы, доставая бумажку с символами, что предстояло мне нажать.

— Стой, подожди же! — раздался вдруг женский крик, я оглянулась и увидела соседку моих родителей, Калдию Тронг, почти бегущую к нам по тропе.

Арьяна тут же заступила на неё, не давая соседке приблизиться ко мне, да и увидеть что-то за её спиной. В идеале глава собралась выпроводить неудобную свидетельницу прочь отсюда.

— В чём дело, милейшая? — ледяным тоном поинтересовалась у неё Арьяна. — Если у Вас ко мне есть какие-то вопросы, то…

— Не с тобой разговариваю, отойди! — отмахнулась от неё соседка и быстро подошла ко мне. Глянув в моё лицо, сказала:

— Старушка? Умно, ничего не скажешь… Я знаю, куда ты собралась, Рокайо… Ольдат мой болтлив, хуже бабы… Так что я знаю, куда пропала твоя сестра и зачем приезжали жрецы… Вот, возьми это! И послушай!

И тут я почувствовала, что воздух начал дрожать.

— Это — жемчуг Ады, серёжки из её комплекта… Наша семейная реликвия… — очень быстро начала говорить Калдия, а я глянула на Арьяну, вставшую у неё за плечом и, видимо, собиравшуюся, если что, оторвать женщину от меня. — Оставишь одну серьгу, всё равно, какую, в определённом месте, а потом покрутишь вторую. И тебя сразу же перенесёт к первой! Бери же!

Я быстро выхватило маленький холщовый мешочек из рук женщины, посмотрела на Арьяну. Та только слегка кивнула мне, а я уже начала с силой нажимать на знаки на камнях Врат.

Первым я надавила на смеющуюся рожицу, затем были двое в неприличной позе. Потом я подпрыгнула и стукнула по значку двух солнц, оказавшемуся для меня высоковатым, а потом были две полосочки и волнистая линия. И я сделала шаг…

Часть вторая. Глава первая. Новый мир.

Уже третий день я ехала на странной крытой повозке вместе с мужем и женой, назвавшимися Димариками. Она, широкая, справная моложавая женщина, Эльга Димарик, согласилась за пару серебрушек довести меня до форта Хенэй. Её муж, которого она называла господином и прилюдно кланялась чуть ли не в ноги, маленький и щуплый Тролат Димарик, на самом деле боялся свою женушку, как огня. Когда она была не в духе, бедному мужичку переподало очень сильно.

Эту странную чету я встретила на центральном местном тракте, когда всё же решилась выйти к местным жителям. Моя маскировка оставалась пока в силе, и я представилась вдовой Тибо, которая отстала от каравана по причине болезни, а теперь собиралась нагнать своих родных.

Я опасалась, что попадусь на лжи, но Эльга была болтлива, и сама придумывала что-то про меня, а мне оставалось только это подтверждать.

— Говоришь, бросили тебя детки-то на хуторе в Приграничье? Сами небось и рады были от бабки избавиться… Люпусы мерзкие!

— Нет, сынок у меня хороший…

— Сынок хороший, а сноха — язва. Что я, за Хребтом родилась, не понимаю, что ли? У самой такая же история. Вот выдали дочурку замуж. За купца, богатого и известного. А он нас с господином Тролатом и на порог не пускает…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Сама, баба-дура, виновата! Нечего было настойку у него пить, а потом гоняться за зятем с кочергой! — встрял в нашу чинную беседу погоняющий огромных зверей, мохнатых, с копытами и рогами, супруг.

— Не лезь, ирод! — и она начала ругать его и доказывать что-то своё.

Я незаметно хихикнула и полезла вглубь повозки. От тряски я сильно уставала, так что изображать старушку мне было несложно. Моя маскировка должна была начать облазить дня через три, и за это время я должна была уже распрощаться со своими попутчиками, которых мне послала сама Ада.