Фантастика 2025-156 - Оксана Олеговна Заугольная

И, нагоняя жути, страшным голосом добавил. - О состоянии пациентки я осведомлён лучше вашего. Так что, пожалуйста, не будем терять времени.

Видно было, что светило медицины слегка обиделось. Ведь его лишили такой замечательной возможности всласть почесать языком и устроить импровизированный консилиум и, возможно, дать совет - подумать только! - единственному разумному существу в этой Локации, способному вылечить Детский Церебральный Паралич в особо тяжёлой форме.

Кто знает, вполне может быть, что, при других обстоятельствах, я бы не оказался поучаствовать в около медицинских дебатах и слегка порисоваться. Но, состоявшийся недавно разговор с Мариной и навязчивая готовность "помочь и поучаствовать" Скорпиона малость вывели меня из себя.

В общем, я предпочёл воспользоваться ещё одним советом Северо Американского мафиози, и постарался свести общение с профессором медицины к минимому. Ведь, "если врёшь - будь краток". Так учил умерший от нехорошей болезни Аль Капоне. А что может быть короче, чем полный отказ от какого-либо общения на так интересующие врача и так далёкие от моих интересов и, как следствие, весьма неприятные для меня темы?

Я уж совсем решил, что удалось отбояриться и почти собрался войти в свой пространственный карман, как меня снова одёрнули.

Видимо, Марину задело моё демостративно-пренебрежительное поведение и она захотела поддержать коллегу и проявить цеховую солидарность.

- Коля, но это просто невежливо! - Раздался прямо над моим ухом её разгневанный шёпот. - Человек хочет помочь, а ты, даже не попытавшись выслушать, отмахиваешься и ведёшь себя, словно дебильная гопота!

Вот как, скажите на милость, можно кричать и бурно выражать эмоции, при этом совершенно не повышая голос? Талант, однако!

- Хорошо. - Еле сдерживаясь, чтобы не психануть, заскрипел зубами я. И тут же выдвинул встречное предложение. - Давай, выслушаешь коллегу, обменяешься с ним профессиональными мнениями по всем, связанным с восстановление мозговой деятельности вопросам, а потом, специально для меня, переведёшь на общечеловеческий и доступный для понимания простым смертным язык и расскажешь своими словами.

А сам, слегка слевитировал, скрестил ноги, по-турецки, сотворил пародию на позу лотоса. И, зависнув в метре над полом, изобразил вселенскую скорбь, картинно закрыв глаза. В общем, всем своим видом прикидывался статуей, если не Будды то, как минимум, очередной вариацией на тему "Как вы все заебали". То есть, "вы были излишне настойчивы, утомили мой мозг и я хочу отдохнуть".

Шушукались Марина с профессором минут пять. Ну, может чуть больше. А так как мне от их разговоров не было и, самое главное, не предполагалось абсолютно никакой пользы, то и внимания на их совещание и обмен мнениями и попросту обращать не стал.

Да и вообще, по моему глубокому разумению, каждый должен заниматься своим делом. И очень плохо, когда кто-то - в данном случае моя девушка и приглашённое хозяином медицинское светило, - выбрали для себя амплуа мешающих и, пусть и невольно, вставляющих палки в колёса.

По недвусмысленным, очень похожим на кровожадные, взглядам, бросаемым на меня успевшей так быстро спеться сладкой парочкой, я догадывался, что дай им волю, так вашего покорного слугу всего тут же обвешают датчиками и, взяв "этот, вне всякого сомнения, антинаучный эксперимент" под неустанный контроль, тут же назначат строго бдящего руководителя а там, глядишь, и вообще отстранят, как не имеющего высшего медицинского образования.

В общем, в очередной раз горько пожалев, что, как всегда толком не подумав, ввязался в очередной блудняк, я терпеливо ждал. И, как и прежде, пообещал себе, что больше никогда, ни при каких обстоятельствах я не дам втянуть себя в так называемые "исцеления".

А медицинские капсулы буду использовать только для личных нужд. Если кто-то из близких получит травму или случится ещё что-нибудь, что потребует мого срочного вмешательства. И, прекрасно понимая, что сдержать обещание не получится, в очередной раз разозлился.

В запале, я уже почти додумался до того, что нужно отдать медблоки в любые, подходящие для этого руки. И тут же одёрнул себя. Ведь это будет нарушением всех неписанных правил. Да и вообще, передачей запретных пока технологий, явно не рекомендованных для конкретно этой Локации.

Наконец, Марина и японец закончили трёп и озвучить вердикт взяла на себя смелость моя девушка.

- Как мы и предполагали, с телом девочки всё в полном порядке. - Воодушевлённо начала она. - А вот с мозгом дела обстоят совсем из рук вон плохо.

- Марин. - Устало прервал её я. - Как ты думаешь, я совсем дебил? И, взявшись за столь сложный случай, я не сумел трезво оценить свои шансы?

Марина задохнулась от возмущения и, судя по возмущённому виду, в её хорошенькой головке мелькали ещё более радикальные характеристики моих умственных способностей. Но, будучи профессиональным психологом и просто умной и, несмотря на свой юный вид, умудрённой опытом женщиной, она поняла, что до меня сейчас просто не достучаться.

- Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. - Обидевшись, вскинула головку она.

- Марин. - Опять "маринкнул" я. - Давай, я просто закончу. А ты сооруди, на всякий случай, силовой щит и скажи профессору, пусть держит наготове шприц с парой кубиков успокоительного.

- Ты думаешь, понадобится? - Усомнилась Марина.

- Просто предполагаю. - Не стал вдаваться в подробности я и, встав на ноги, подошёл к по-прежнему закутанной в простыню девочке и, протянув руку, привычно щёлкнул пальцами.

Снова последовали ставшие уже привычными, я бы даже сказал, рутинные действия, по освобождению, ставшим худеньким тела девочки, от простыни, укладывания её в медблок и ожидании, пока капсула проведёт диагностику и выдаст вердикт.

После относительно недолгого времени, было получено заключение, что в этот раз понадобится менее пяти дней. Чему, если честно, я был несказанно удивлён. Но, поразмыслив, пришёл к выводу, что мозг является такой же органической материей, как и любая другая часть тела.

Так что, для простой, в общем-то регенерации, необходимой для полного восстановления физических параметров, массы в каких-то полтора килограмма, занимающей, весьма небольшой объём, пять дней даже много. Тут вон всё тело, с нервами, кровеносными сосудами и скелетом за неделю исправили. А для относительно небольшого органа, медкапсула запросила почти столько же времени.

Порассуждав подобным образом, я снова вошёл в привычную колею и стал жить по уже заведённому распорядку. Подъём, водные процедуры-зарядка-завтрак и полное безделье, прерываемое пустопорожними размышлениями о том, "как было бы, если бы".

Которые, как впрочем, и всегда, ни к чему не привели и никакого судьбоносного вывода даже для себя, не говоря уже об окружающих, я не сделал. Просто сидел в