Terra Mirus. Тебе не кажется - Наталья Борисовна Русинова

Невысокий и весело журчащий водопад стекал в скалистую чашу размером с кухню Каменевых, но неглубокую — маленькому Витту по подбородок, здоровенным соколам по грудь. Солнце освещало ее с утра и до позднего вечера, так что вода в теплые деньки успевала прогреваться уже к полудню. Неудивительно, что каждый участник команды хотя бы полчаса в сутки с удовольствием плескался в природном бассейне, смывая усталость после физических нагрузок.

Конфуз случился, когда Июлия с Ксаной и Илоной задержались по делам в раскаленном от жары городе до самого вечера. Упарившиеся девчонки весь обратный путь мечтали о том, как приедут, натянут купальники и окунутся в прохладную воду. Июлия измучилась больше всех, поэтому, пока остальные разбирали сумки с продуктами и кормом для многочисленных кошек, которых сюда перевезли уже две семьи, фея быстро переоделась, схватила полотенце и ринулась к лесной речушке.

Особенностью берега в этом месте был постоянный шум, состоящий из грохота падающей воды и несмолкаемого шелеста огромных лопухов. А особенностью членов элитного разведотряда соколиного повелителя Гаруды — купание после тренировок в ближайших речках и озерах в самом, можно сказать, натуральном виде. В конце концов, кого им стесняться, не друг друга же?

Поэтому столкновение одной невнимательной от усталости девицы и трех сказочных витязей в состоянии «в чем мать снесла» нос к носу на узкой тропе в зарослях белокопытника стало неожиданностью для обеих сторон. Позже, когда все страсти улеглись, рассерженная Июлия оправдывалась перед подругами, что, наверное, ослепла и потеряла разум от неземной красоты гостей, вот и повела себя неучтивым образом. А именно — завизжала и автоматически ударила потоком воздуха, как ищейку в лесу. Вот только соколы взмыли гораздо выше ящера и пролетели не менее десяти метров, а затем громко плюхнулись в реку, подняв тучи брызг.

На крики живо прибежали Рагнар и Илона. Перед их взглядом предстала занятная картина — красная от гнева фея вопила пожарной сиреной, стоя над заводью, в которую почти по самые глаза погрузились фыркающие от смеха парни.

Рагнар, узнав, что случилось, удивленно уставился на девушку.

— Июлия, ты голого мужика никогда не видела?

— Видела! — рявкнула та в ответ.

— А чего орешь, будто вурдалак за бок цапнул?

— Потому что так близко ни разу еще не видела, — заржал из воды Гелиос.

— Неправда! — еще больше разозлилась Июлия. — Просто наши мужики не бегают в общественных местах в непотребном виде, смущая окружающих! Вы что, и со второго этажа без штанов спускались?

— Так не по общему коридору же, а на крыльях, с балкона! А твоих шагов мы просто не услышали! — пытался оправдаться Юлиан. — Чего сразу драться-то?

— Я нечаянно, — тут же пошла на попятную фея. — Просто не ожидала… Это ненормально, в конце концов, мы же не ходим нагишом перед вами!

— Ее рыжий напугал, он ближе всех стоял, — сообщил присутствующим Даррен, а затем, подумав секунду, дополнил в красках, чем именно рыжий мог напугать девчонку.

От хорового гоготания с ближайших деревьев посрывались, испуганно каркая, вороны. Улыбнулся даже Рагнар, заметив, что в провинциях после подобных случаев девицы очень быстро выходят замуж за тех, с кем столкнулись случайно на лесной тропинке у озера. И поскольку официальное супружество несет пользу любому государству, ненормальным считать это нельзя. А Гелиос вдобавок предположил, что хитрые девки наверняка не случайно бегают около водоема в момент купания мужчин. На этой фразе у Июлии вытянулось лицо, а ресницы задрожали от обиды.

И тут Илона решила, что с подруги хватит, и заявила, что провинции остались в Иномирье, а здесь Земля, где существуют правила приличия, которые не зря придуманы умными людьми. И лично ее, живущую почти пятнадцать лет в счастливом браке, голозадые мужики не могут чем-либо ни напугать, ни удивить. Но, кроме взрослых, в бункере есть еще и дети. И если в следующий раз в такой же ситуации окажется Алиса, до своей свадьбы ни один из соколов не доживет, потому что она моментально придавит всех троих куском ближайшей скалы.

Хулиганы мигом устыдились и прекратили смеяться. Смущать нежную и скромную девочку-подростка, по уши влюбленную в их младшего товарища, никому не хотелось. Поэтому парни бесшумно скользнули в камыши, росшие у воды, и взмыли оттуда рыжеперыми птицами, которым штаны действительно были без надобности. Фея сердито махнула рукой и отправилась остывать в душ. Окунаться в речку у нее пропало всякое желание.

Ближе к вечеру, когда шутки Гелиоса о том, что Июлия, как честный человек, теперь обязана на нем жениться, почти довели девушку до белого каления, деликатный Витт предложил поставить у выхода, ведущего в купальню, перекладину и повязывать на ней полоски ткани, синие или красные. В зависимости от того, мальчики или девочки заняли береговую территорию. И конфликт сам собой сошел на нет.

Но если бы все проблемы решались так просто! На следующий же день троица соколов слегла пластом.

— Это фея нас из мести прокляла, я знаю, — стонал Даррен, поминутно свешивая голову с кровати к ведру, стоявшему на полу. — Меня с обеда полощет, а Юлиан из туалета второй час выйти не может!

Гелиос кряхтел без слов, прикрывая мокрым полотенцем отекшие веки, будто покусанные пчелами.

Июлия сидела, ни жива, ни мертва, и клялась без перерыва, что она не при чем, и у нее даже в мыслях не было никому вредить. А командир смотрел на нее с нехорошим прищуром, и по лицу явственно читалось — не верил.

В итоге Илона пришла узнать, по какому поводу случился очередной сыр-бор, и ей хватило одного взгляда, чтобы понять — дело не в проклятии. Работа в Доме призрения с теми, кто порой до старости вел себя, как подросток, добавила ей в копилку весьма разнообразного жизненного опыта.

— Признавайтесь немедленно, чего нажрались втихомолку? — напустилась она на парней, отодвигая опешившего от ее натиска Рагнара в сторону.

— Ягод… — прогундосил Гелиос, сопя опухшим носом. — Красных таких, мясистых, Кира вчера ящик привезла, сказала, можно салаты делать. А мы их час назад просто так приговорили…

— Вы серьезно втроем слопали ящик помидоров? — ахнула Илона. — Разве можно есть в таком количестве фрукты и овощи, которые в вашем мире не растут?

— Ну все же их понемногу ели, и ничего, — прохрипел Даррен, снова свешиваясь над ведром.

Илона с выражением лица, которое говорило яснее любых слов, повернулась к Рагнару.

— Это проклятие вызвано аллергией или отравлением, помноженными на безалаберность. Лечится промыванием желудка подсоленной водой и несколькими таблетками, от диареи и от аллергии, Марыся из