'Фантастика 2025-62'. Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

Франции голосование парламентариев прошло ровно так, как и ожидалось: большинство депутатов и сенаторов проголосовало за отставку Лебрена и передачу экстраординарных полномочий маршалу Петену.

Его путь к власти был тернист и полон неожиданных сложностей, у него не было такого же политического веса, как у покойного маршала Фоша, но в этом году политическая обстановка вокруг и внутри Франции будто бы сама сложилась так, что больше никто, кроме Петена, не мог стать главой Французского государства.

Это, де-факто, диктаторские полномочия, сроком до 1946 года, который парламентарии скоро утвердят практически формальным голосованием, отменив внеочередные президентские выборы.

Лебрен озвучил на своём последнем выступлении перед Парламентом уже свершившийся факт: маршал Петен ещё вчера подписал Конституционный акт № 1, который снимает все полномочия с правительства Лебрена и сам Альбер сейчас просто гражданин.

«Францию ждут большие перемены», — подумал Филипп. — «Пора перестать почивать на лаврах победителей в Великой войне и начать радикальные преобразования общества и армии».

Он бы и не пошёл на такие решительные шаги, если бы не затяжной политический кризис, вызванный сначала Великой депрессией, а затем изменением военно-политического расклада вокруг Франции и колониальными проблемами.

Франция находится в окружении врагов: Германия, впутавшаяся в неоднозначную, теперь уже, фактически, авантюрную, войну против СССР, затянула туда всю Европу. Раньше Петен настороженно относился к усилению Германского рейха, но теперь очевидно, что он усиливался недостаточно. Этого оказалось слишком мало, чтобы сломить огромную армию коммунистов.

А ведь до начала этой войны Запада и Востока, «главной проблемой Франции» виделось нахождение её в окружении недоброжелателей. Это и было основной причиной политического кризиса: французская общественность всерьёз опасалась тяжёлой войны на три фронта — со стороны Германии, Италии и Испании.

Но Петен всегда понимал: главный враг Франции, как одной из великих колониальных держав — это СССР с его политикой «расширения на восток».

Все слушали слова Ленина о том, что он не собирается расширяться на запад, эти слова всех успокаивали, причём настолько хорошо, что все даже слишком легкомысленно отнеслись к тому, что коммунисты пытались сделать в Германии…

А вот Филипп и его единомышленники услышали самое главное в словах Ленина — он идёт на Восток. А на Востоке лежат колонии Франции, Великобритании, Голландии — всей Западной Европы. Юго-Восточная Азия с Индокитаем — это лакомый кусок для коммунистов, которые верно следуют «Восточному пути» Ленина.

И пусть сейчас там ничего не происходит, нельзя забывать, что в СССР, за последние 20 лет, переехали десятки тысяч жителей Индокитая. В том числе и очень опасный для Франции революционер Хошимин.

«Но наследнички Ленина — это не единственная угроза для Франции», — подумал Петен, наблюдая за тем, как бывший президент Лебрен в последний раз сходит с трибуны. — «Япония, заботливо выкормленная молоком Великобритании, а затем вырвавшаяся из-под её опеки, сейчас заигрывает с коммунистами и проводит провокации против французских и британских колоний в Индокитае».

Японская империя хочет больше, чем имеет, она жаждет получить себе колонии, прикрывая эту жажду благовидным предлогом создания «сферы азиатского сопроцветания». Большего бреда маршал Петен не слышал за всю свою жизнь — в это не верит никто, даже сами японцы, но император твёрдо стоит на своей доктрине.

— Ваше Превосходительство, — обратился к нему Пьер Лаваль, без пяти минут глава правительства Петена. — Вам слово.

Маршал, в сопровождении бурных аплодисментов, взошёл на трибуну и встал за кафедру.

Его взору предстал полукруглый амфитеатр, полный депутатов Национального собрания Франции. За его спиной сидит Президиум, в котором сидит председатель Национального собрания, со своими помощниками.

Национальное собрание заседает во дворце Бурбонов, историческом здании, в котором не один раз решалась судьба Франции — и сегодня точно такой же день. Судьба Франции в крепких руках маршала Петена.

— Уважаемое Национальное собрание и любимый мною народ Франции, — заговорил он. — Сегодня перед нами стоит вопрос, который затронет не только будущее нашей страны, но и судьбу всей Европы. Мы переживаем эпоху испытаний, где ошибочное решение может погубить нашу цивилизацию.

Его голос звучал спокойно, но твёрдо. Его единомышленники не раз говорили, что его голос похож на голос опытного врача, способного сообщить неприятные новости твёрдо и доходчиво.

Он решил сразу перейти к важной теме, беспокоящей всю Францию:

— Война между Германией и Советским Союзом — это не просто борьба двух государств. Это столкновение идеологий, и мы должны понимать, что победа большевизма в этой войне может стать концом для Европы, какой мы её знали.

Эти тезисы он готовили задолго до этого выступления. Он тщательно проанализировал последние события и, как смог, изучил общественное мнение по вопросу войны, политического кризиса и колониальной политики.

Он увидел, как парламентарии подобрались и жадно слушают его слова.

— Советский Союз не скрывает своих целей — он жаждет экспансии, — решился Филипп. — Это не просто война на Востоке. Мы знаем, как большевики ведут свою политику — через заговоры, через мятежи, через поддержку террористов и революционеров. Вспомните Германию, не за это ли сейчас борются наши соседи? Не это ли послужило причиной для этой войны? Ответьте себе на эти вопросы — обдумайте их и постарайтесь сформулировать холодное и взрослое мнение.

Депутаты Национального собрания Франции задумались — он не рассказывает ничего нового. Он уже говорили это раньше, во время десятков своих выступлений в преддверии кульминации кризиса правительства Лебрена.

— Их цель — не только Германия, но и весь континент, — продолжил маршал Петен. — Они уже забрали очень много земель в ходе послевоенной неразберихи — больше всех плодов от Великой войны получили большевики. И они готовились — они использовали их, чтобы создать великую завоевательную армию. Победа Москвы над Берлином будет означать крах европейских традиций, исчезновение суверенных государств и уничтожение наших национальных ценностей. Мы не можем себе позволить победу Москвы.

Он сделал паузу и выпил воды из стакана.

— Да, против большевиков сражаются наши враги, которых мы победили в Великой войне, — продолжил он, поставив стакан на кафедру. — Но кто стоял рядом с нами? Британцы, которые каких-то сто лет назад повергли нашу страну на колени. Мир стремительно меняется, столь же стремительно меняются национальные интересы — то, что было важно вчера, сегодня уже не имеет никакого значения…

Судя по недоумению на лицах некоторых депутатов, он дал им ценную пищу для размышлений.

— Мы можем притворяться, что эта война нас не касается, — произнёс Петен. — Мы можем надеяться, что, заняв позицию наблюдателя, мы останемся в