Наследники Шамаша. Тени и пыль - Alexandra Catherine

чёрной шерстью, обмазанной слизью. Глаза их светились кроваво-красным огнём, а с огромных клыков капала зловонная коричневая слюна. Марцелл, Делвар, Умрат, виконт Аим, Акил, Цесперий и те семеро гвардейцев, что остались с ними, обнажили мечи, топоры и алебарды и приготовились к бою.

— Выходит, эти твари заселили и Заземелье! — прошипел Умрат, крепко сжимая меч.

— Нет, — ответил Делвар так спокойно, будто каждый день попадал в подобные передряги. — Они шли за нами.

— Ну! — прогрохотал Марцелл, размахивая огромным топором. — Идите сюда! Я украшу стены Карнеоласа вашими тушами!

С удивительной для подобных размеров резвостью демоны оттолкнулись от земли и кинулись к врагам, широко разинув смертоносные пасти. Атанаис тихо запела дрожащим голосом, но не могла справиться с собой от испуга. Сагрия же кинулась в бой, ожесточённо крича.

«Марк!» — подумала Ишмерай и побежала вслед за ним.

Низкий рык совсем рядом пригвоздил её к месту. Зверь, огромный и свирепый, преградил ей путь.

— Назад! — выкрикнула девушка, выставив вперёд руку с широко расставленными пальцами.

Демон, превосходящий Ишмерай по размерам, застыл, заскулил и попятился.

Мгновение, и голова его отлетела от удара Марцелла.

Но девушка кинулась дальше.

— Присягни мне, и они будут жить! — вдруг услышала она и едва не упала от ужаса, затопившего её. Впереди, беззвучно выплывая из стены дремучего бурелома, появилась тень, чернота, принявшая очертания человека в саване. Она двигалась плавно и спокойно. Из-под очертаний рукавов виднелись бледные когтистые руки, скорее похожие на звериную лапу, нежели на человеческую руку. Появление его сопровождались сильными ветрами, которые тотчас наполнили слух девушки зловещим шёпотом:

— Присягни мне!

— Калиго, — прошептала Ишмерай, взрыдав от отчаяния.

Непобедимый, неуязвимый, самый верный и самый лютый слуга подземного бога.

«Он нашёл меня», — подумала девушка, и ноги её затряслись, а руки, кожу которых будто жгло и резало, ослабли.

— Присягни мне, Дочь Солнца, и все они будут жить!

Ишмерай тихо вскрикнула. Все её кошмары воплощались в жизнь, и ей стало так страшно.

«Если ты пришёл за мной, я буду бежать. Бежать так долго, пока не уведу тебя достаточно далеко от остальных!»

И она побежала. Следом за нею неотступно летели ветра Калиго, и не было от них спасения. Они найдут её везде, куда бы она не пошла, где бы не оказалась. Сметая с пути низко нависшие ветви, Ишмерай неслась вперёд, не разбирая дороги. Минутное промедление могло стоить ей жизнь. Но чем дольше она бежала, тем чаще на её пути вставали демоны, огромные и небольшие, стоявшие на четырёх лапах и на двух. Все они сбивали её с пути, пока не загнали в ловушку — к маленькому островку пустоши и к ущелью. Где-то рядом велась битва, девушка уже слышала, как отчаянно звали её сестра и Марк. Путь от леса был отрезан четырьмя демонами, но вскоре появился тот, кто стоял сотни таких чудищ, — Калиго. На свету ему стало неуютно, но он не остановил своего плавного продвижения. Ветра его окутали Ишмерай и наполнили её голову страшным шёпотом:

— Сдавайся!

— Сдавайся!

— Мы убьём их!

— Они умрут!

— Присягни хозяину своему!

— У меня нет хозяина! — жёстко проговорила Ишмерай, выставив вперёд руку. Ведь должна же быть в ней какая-то рианорская сила. Как у матери!

Демоны, приближающиеся к ней, остановились, не в силах преодолеть этот загадочный барьер, но Калиго продолжал идти к ней, медленно расправляя руки, будто крылья, чтобы поглотить её, уничтожить.

Жилы на руках девушки обожгло болью, и они почернели, разрезая её плоть. Ишмерай тихо застонала от ужаса и отвращения — сон сбывался. Этими руками она противостояла Калиго… и убила всех, кого любила.

— Нет, назад! — закричала она, когда увидела, как один из гвардейцев выпрыгнул из леса, отрубил голову одному из демонов, но был разорван вторым на части, пронзив уши её мучительными воплями.

«Нет-нет-нет! — думала она, трясясь, глядя на свои руки, покрывающиеся уродливыми узорами. — Это убьёт Атанаис, Марка, всех!»

Огонь, сжигающий душу, вдруг затих, словно в ней опустился барьер и каменная непробиваемая стена. Ей стоило лишь выпустить его, и всё будет кончено. Но картины её кошмаров вставали перед нею словно живые.

Калиго медленно шёл к ней, а Ишмерай отступала, приближаясь к ущелью, где бурлила река смерти Атарат. Из леса с криками выпрыгнули гвардейцы под предводительством Нидара Сура и накинулись на демонов.

— Присягни!

Ветра завопили и начали жечь её, толкая в пропасть.

— Присягни!

— Я лучше умру!

— Умри же, Дитя Солнца!

Из-за туч выглянуло солнце, и Калиго застыл, будто пытаясь укрыться своим же мраком.

— Ишмерай! — оглушительно заорал Марк, выпрыгнувший откуда-то из-за камней.

Мгновение, — принц навалился на Калиго, ветра оглушительно загудели, и Калиго исчез, будто растворился на солнце. Марк, стоявший на самом краю пропасти, обернулся к Ишмерай и, тяжело дыша, воскликнул:

— Жива?

Девушка заторможено кивнула и медленно опустила руку. Её била крупная дрожь. В ней не было огня. Она оказалась бесполезной.

Тёмные глаза Марка метнулись куда-то в сторону, в ужасе округлились, и принц вдруг кинулся к ней, выкрикнув одно единственное: «Ишмерай!». Принц оттолкнул девушку, а в следующее мгновение она, обернувшись, увидела, как зверь, огромный и тёмный, будто медведь, прыгает на Марка, сталкивает его в пропасть и падает вместе с ним. Не поверив своим глазам, девушка хотела броситься к нему на помощь, но чьи-то сильные руки схватили её и сжали.

— Не смей! — раздался над нею потрясённый голос Александра.

Марк… демон… пропасть… Атарат.

«Я приду на третий день…»

«…Ему уже не помочь!..»

Ишмерай услышала, как кто-то кричит, громко, пронзительно, с хриплым отчаянием. Кричит долго и надрывно, без слов. Она ещё не слышала, чтобы так кричали. Это кричала она. Кричала так, будто её резали.

Тьма навалилась мёртвым грузом, и Ишмерай не помнила более ничего.

Глава 24. Нападение на Аргос

«Я, Марк Вальдеборг, клянусь любить тебя, Ишмерай Алистер Праций, всё