Другой Шинигами - Alchoz

припадка. С размаху, словно лошади, они прыгнули в направлении того самого песка, оставшегося от раздробленной мною таблетки. Прежде чем я успел осознать происходящее, я оказался в огромной груде тел, каждое из которых стремилось достать загадочный порох. Вокруг был хаос — резкие крики и стоны, чавканье зубов, кровь пустых, яростные выкрики — всё это создавало картину ада на земле.

Эти существа в своем ослепительном желании добраться до песка напоминали обезумевших зависимых, жаждущих своей следующей дозы. Я даже на мгновение представил их как зомбированных зловредных наркоманов, отчаянно ищущих очередной укол.

И тогда, как будто из ниоткуда, появились еще пустые. Они присоединились к этому массовому кошмару, усиливая и так беспрецедентный хаос. Этот вихрь безумия становился все больше и гуще. Новые пустые мгновенно вливались в общий поток, и их духовные энергии начали перемешиваться в одно бурное, необузданное море. Я чувствовал себя как корабль в центре бурящегося океана, окруженный разбушевавшимися стихиями.

Сражаться за свое выживание было очень трудно, потому что меня задавило между телами пустых. Никто не обращал внимания на меня, но каждый пытался пнуть, укусить или сделать что-то еще, чтобы побыстрее добраться до порошка из таблетки.

Постепенно, казалось, каждый из пустых становился кровавым полотном, словно холстом, напачканным в безумной буре страсти. Я чувствовал, как теплая, вязкая кровь покрывает каждый сантиметр моей кожи, проникая в каждую щель моей одежды. И несмотря на хаос и дикость этой ситуации, безумие продолжалось, делая сцену еще более мрачной и отчаянной.

Этот комок из пустых был словно живой организм, который рос и становился все больше. Дышать было всё труднее: каждый глоток воздуха был пропитан запахом железа и гнили. Я инстинктивно старался не открывать рта, опасаясь того, что капли крови или частицы их тел попадут внутрь.

Всякий раз, когда я пытался вырваться из этой мясной ловушки, пустые с диким рвением толкали меня своими деформированными телами, словно не давая надежды на свободу. Ощущение страха и безысходности становилось все острее.

Каждое мое движение встречалось сопротивлением. Резкие попытки выбраться вызывали еще больший хаос, в то время как плавные и рассчитанные попытки были безрезультатными. Вскоре я почувствовал, что крови становится больше, её консистенция напоминала густое масло, оставляя на губах противный медовый привкус. Мое тело кричало о необходимости выбраться из этого ада.

С трудом я выставил занпакто перед собой и решил снова активировать шикай.

— Да будет свет, Хикари но Акума.

Клинок вспыхнул и сразу же начал прожигать мне путь. Не особенно понимая, в какую сторону мне двигаться, я решил идти не вперед, а вверх. Едва слышные крики, стоны и повизгивания уже давно стали для меня второстепенным фоном.

Прожигая себе путь и начав медленно ползти вперед, я пытался хоть как-то выбраться отсюда. Стоило моему клинку сделать дырку, достаточную для меня, как она сразу же заполнялась этой маслянистой жидкостью. А пробираться через нее было еще более неприятно, чем могло показаться.

Каждый вдох становился настоящим вызовом, поскольку периодически тела пустых сжимались в одну монолитную массу, не оставляя просветов для кислорода. В этих моментах мои легкие кричали от безвоздушной боли, и я, держась за последний запас силы воли, старался продвигаться вперед. Неприятный мускусный запах пустых, который первоначально вызывал у меня рвотный рефлекс, теперь, каким-то искаженным образом, стал мне привычным.

Когда все эти тела резко сдвинулись, словно плотина под давлением воды, меня захлестнула волна отвращения. Внезапное давление заставило меня инстинктивно открыть рот, и я почувствовал, как множество чужеродных вкусов наполнили мою полость рта. Это был коктейль из горечи, солености, кислинки и других оттенков, которые мгновенно атаковали мои вкусовые рецепторы. Это чувство было настолько остро и мучительно, что казалось, будто тысячи игл пронзают мой язык.

И, хотя каждая клетка моего тела кричала «Не глотай!», рефлекс заставил меня сделать именно это. Жгучая жидкость, пропитанная густым вкусом отчаяния и боли, начала свой путь в мой желудок. Моментально меня охватила рвота, и тело стало изгибаться в судорогах, пытаясь избавиться от этой отравы.

— Уееах!

Еще никогда я не чувствовал себя так плохо. Опомнившись от того, что пустые вновь начали колыхаться вокруг, я отбросил все неприятные ощущения и продолжил двигаться вперед. Пока ничего в духовном мире не могло мне помочь, но я не сдавался. Даже если я выйду не там, где хотел бы, это не проблема. Главное — выбраться отсюда.

Техники шикая использовать я не мог, потому что что-то высасывало энергию, как только я ее активировал. С кидо было то же самое. Мне оставалось только прожигать себе путь сквозь плоть обезумевших пустых, которые, возможно, даже не осознавали, кто перед ними.

Вдруг я заметил маску с длинным носом, который смотрел на меня. Глаза были черными как смоль и проникающими.

— Не смотри, — сказал я ему и пронзил маску своим шикаем. Духовная энергия, наполненная болью, вырвалась в окружающий мир, заставив кровь пустых закипать. Снова стали слышны крики и рев, меня снова начали толкать. Кровь на мне обжигала, но пока не представляла опасности для моей жизни.

В один момент я ощутил дуновение свежего воздуха. Четыре часа ползания по кровавому туннелю, среди частей пустых, их крови и всего прочего… и вот я чувствую воздух долгожданной свободы. Моральный и духовный подъем дали мне множество новых сил, чтобы не просто двигаться вперед еще быстрее, но и рвануть на свободу.

Мой шикай прожег дыру, и я увидел песок и легкий свет. Толкнув себя вперед, я почувствовал, что начинаю выпадать из дырки. Земля была далеко, но это меня уже не особо волновало, потому что мое падение не было проблемой. С помощью сюнпо я приземлился на землю, медленно приходя в себя.

Несколько секунд, потом еще один шаг в сторону, и затем снова и снова, в попытке как можно быстрее уйти из этого места. Когда я почувствовал себя относительно в безопасности, я обернулся и уставился на громадный черный шар, состоящий из тел множества пустых. Он продолжал увеличиваться. Духовная энергия, исходящая от этого шара, была устрашающей. Крики и стоны иногда доносились оттуда, но теперь они не звучали так ужасающе.

— Мизу но нами, — сформировал я кидо и быстро наполнил небольшой кратер чистой водой.

Прыгнув в нее, я начал смывать с себя всю эту маслянистую грязь и кровь. Конечно, сразу избавиться от всего этого было невозможно, так как вода быстро становилась грязной. Я наполнил следующую ложбину водой и продолжал очищаться. Это продолжалось до тех пор, пока я не почувствовал себя хоть