В тени Рюджина - Халег Чудинов

что нас кураторы взяли с собой на освобождение этой Тацумаки. Хотя совсем не удивлюсь, если они оказались в гендзюцу Ясунеко. Этот тип крайне ушлый и подозрительный, это с первого взгляда понятно. Но Югито лучше об этом не знать.

Еще раз посмотрев на барьер, на Югито, я уточнил:

— А что на этот счет думает сама Ниби?

— Она… Она готова помочь, если об этом просит Кайбьё-сан, — словно сама удивляясь своим словам, ответила Нии.

— Одной проблемой меньше, — хотя верить биджу все-таки не стоит. — Кайбьё-сан, у вас есть кошачья мята?

— Я таким не балуюсь, — смерив меня взглядом, гордо ответил некомата.

— Эх, держи, пацан, — кинул мне небольшой пузырек Рику, — сейчас такая ночь, что я понимаю твое желание. Но знай, я не одобряю такого у детей.

— Это не для меня, — ответил я, отцепляя с пояса фляжку.

У меня она все еще содержала раствор с настоем стимуляторов. И если добавить к ней немного кошачьей мяты, то это должно помочь Югито высвободить силу Мататаби. Ну, то есть все должны именно так и думать. А о наложенном на нее мною гендзюцу лучше никому не знать.

— Держи, — протянул Югито фляжку. — Не больше одного глотка. Не думаю, что город переживет еще и буйство биджу, если я ошибся.

— Увабами, это не сработает, — неуверенно сказала Нии, принимая фляжку.

— У нас нет выбора, нужно что-то делать. Я знаю, на что способны джашиниты, им нельзя позволить завершить свои ритуалы.

— Хорошо, Увабами. Ты прав.

Еще раз посмотрев мне в глаза, Югито решительно приложилась к горлышку фляги.

Гендзюцу подействовало почти сразу, чакра излилась из Нии, окружив ее покровом черно-синего пламени. Пришедшие с силой эмоции Мататаби исказили лицо девочки, заставив злобно оскалиться и почти по-кошачьи зашипеть. К счастью, полностью разум она не потеряла, может, Ниби все же была честна и не стала давить на своего неопытного джинчурики. Вообще, с появлением Чомея, к которому отношения у других биджу более толерантное, чем к Кураме, стоит прощупать вопрос контактов с оставшимися Хвостатыми. Может, из этого что-то выйдет.

Дальше покрова чакры изменения не зашли. И создавать для пробития барьера Бомбу Хвостатого Югито, или Мататаби, не стали. Для этого хватило огромного огненного шара, прокатившегося по улице и опалившего валяющиеся здесь тела. Воздух наполнился запахом горелой плоти, что окончательно добило желудок Югито, заставив ее исторгнуть из себя весь небогатый ужин. Чакра Двухвостой медленно ушла, а барьер рассыпался на лоскуты багряного сияния. С громким рыком внутрь него вломились мускулистые антропоморфные ящеры, мгновенно разорвавшие в клочья попавшихся под руки джашинитов.

— Премного благодарен, добрая госпожа, — поклонившись в сторону бледной и едва держащейся на ногах Югито, промурлыкал Ясунеко.

Нии, кажется, этого даже не заметила, снова крепко держась за меня. Я же старался не оказаться ею замаранным. И очень надеялся, что на этом все потусторонние приключения хотя бы на сегодня закончатся.

Глава 31. Кайбьё Ясунеко

3 мая 46 года от начала Эпохи Какурезато

Здания в Отомуре преимущественно деревянные. С точки зрения пожароопасности, это не очень правильно, но дерево — самый дешевый и доступный материал в данной местности. Однако как строительный материал оно мне не нравилось абсолютно. Деревянные здания быстро приходят в негодность, они сгорают дотла, дерево сжимается при высыхании и набухает при высокой влажности — в общем, не самый практичный материал. И обычно я в таких находиться не люблю, но замок дайме в Отомуре старый, знаковый и просто красивый, перестраивать такой банально жаль и дорого. Хотя частично я его все же через Отохиме реставрировал, заменив деревянные элементы замка более прочным материалом.

И к чему я вспомнил про дерево? Просто мозг — это такая штука, которую нажатием кнопки не выключить. Он постоянно работает, и если ему не давать работы, то он начинает производить ее самостоятельно. Галлюцинации в полной темноте и тишине, все искусство тоже можно отнести к побочному продукту мозга, когда у человека выживание перестает быть единственной целью существования. А в моем случае на мгновения появились размышления об архитектуре.

Отменив прием перераспределения ресурсов мозга, я вернулся к привычному миру. Чувства возвращались одно за другим. Кожа уловила движение потоков воздуха. В нос ударили запахи дерева, пыли, людей, табака. Уши уловили человеческое дыхание и тихий шелест ветра в оконных рамах. Я почувствовал тепло усевшихся за столом приближенных и вибрации, проходящие по поверхностям. И только в конце появилось зрение.

За пару десятков секунд погружения в себя окружение не особо поменялось. Все тот же зал замка, освещенный рассеянным светом, пробивающимся сквозь распахнутые окна. Сам я находился в кресле во главе большого добротного стола, за которым так же находились все важные лица Страны Звука: Кейдзан с несколькими своими министрами, Отохиме была больше для красоты, а вот сидящие возле нее мускулистый Джимму и неприметная Касуми были реальными высшими сановниками Рюджинкё, Отогакуре представляла Мицуко, ставший во многом ее замещать Куроба и незаменимая моя помощница Малис. За моей спиной еще сидели Курама и Чомей, но они в совете участвовали больше в качестве слушателей.

— Рюджин-сама… — осторожно позвал меня Куроба.

При этом шиноби выглядел встревоженным. Он, как и некоторые переглядывающиеся министры, не был знаком с моей особенностью обдумывать важные идеи или события, уходя в себя. Пользуюсь я ей крайне редко, так как обычно в этом нет необходимости, да и в целом не самое безопасное это занятие для психики. Одно время я даже подумывал для улучшения своих когнитивных способностей без всякого перераспределения ресурсов мозга банально увеличить его массу в одном из клонов, выделив его исключительно в качестве интеллектуального центра. Или в основном теле перестроить ткани мозга по птичьему типу, увеличив плотность нейронов.

В итоге от этого пришлось отказаться. Опять же не уверен, как это скажется на моей и без того многострадальной психике. Выключать мозги, как компьютер, не получится, они будут постоянно работать. И работать не всегда так, как это мне нужно.

— Все нормально, задумался, — успокоил я Куробу. — Продолжай отчет.

Еще раз оценивающе посмотрев на меня, Акай все же продолжил описывать ситуацию в сопредельных странах.