Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

И никто в пылу заполошной кавалерийской атаки не заметил, что командир сник в седле, сгорбился и едва не ронял катану, руки его болтались как у марионетки с оборванными ниточками. Хоть ни одна стрела или копьё не пробили мару-до Иидзимы Сёго, из-под мэмпо на грудь его текла кровь.

Я присел на ствол поваленного дерева и провёл окровавленным клинком тати по и без того грязной штанине. Не смотря на то, что конница Сёго ударила-таки в тыл преследовавшим нас самураям, нам пришлось вступить с ними в бой. Но и тут мои люди проявили себя с лучшей стороны, они стойко встретили врага на опушке леса и сдерживали до подхода (а если судить по скорости передвижения, то подлёта) конников Сёго. Спрятав в ножны тати, я отправился искать самого Иидзиму, бравый конник так и остался сидеть в седле, правда как-то весь поник, сгорбился.

— Эй, Сёго! — окрикнул я его. — Чего сгорбился? Мы, как-никак, одержали победу!

Сёго никак не прореагировал на мои слова. Это начало меня настораживать.

— Сёго. — Я толкнул поникшего командира в плечо и он к моему недоумению свалился на землю, как какой-то мешок с зерном.

Я тут же опустился перед ним на колени, сорвал с лица мэмпо. Пальцы окрасились кровью. Но ведь его мару-до и судзи-кабуто целы, ни единой царапины, будь оно всё трижды проклято! Значит, взяла верх болезнь. Не самая лучшая смерть для такого воина, каким был Сёго. Для очистки совести я прижал пальцы к шее командира, но как и ожидал артерия под ними не пульсировала. Я закрыл ему глаза.

— Я отправляюсь в Химэндзи, — сказал я Сино, — надо привезти тело Сёго домой и отдать семье. Это обязанность ложится на мои плечи. Я должен оставить кого-то командовать стрелками.

— Только не меня, — покачал головой юноша. — Я совершил сегодня слишком много неправедных дел, мне надо обдумать их как следует. Я уйду в горы и буду жить отшельником, быть может, тогда мне простится смерть ямабуси.

— Не дури, парень! — хлопнул его по плечу более простой по складу ума Кай. — Они были нашими врагами и приняли смерть, так и должно быть! Они были «горными воинами» и убивали…

— Оставь, — покачал головой я, видя что молодого человека не переубедить. — Значит, ты станешь командиром стрелков. Ступай теперь к своим людям, подбирай себе десятников. Десяток Хэйсиро отправится со мной в Химэндзи, передай ему чтобы готовил людей.

Кай кивнул и ушёл. Сино же покинул меня ещё раньше — ему тоже надо было улаживать дела в своём десятке, который он решил оставить навсегда.

Забегая вперёд скажу, несколько лет спустя я проезжал окрестности того самого поля, где мы дрались с Кобунго, и от местных крестьян услышал о «святом человеке», живущем в недальних горах. К нему приходили за советом и он никому никогда не отказывал, всем помогал и слово его, казалось, исцеляло души пришедших к нему. А ещё он на спор бил из тэппо белку в глаз. Я порадовался, что моя выучка осталась при нём и не изменила через столько лет.

Глава 9

Третий отряд Синсэнгуми преследовал группу бунтовщиков, на которых навёл один из шпионов. Сёдэн приказал окружить их дом и если бы те к прибытию Волков Мибу уже не выходили оттуда, никому не удалось бы сбежать. Теперь пришлось бегать за ними по улицам, рискуя нарваться на отряд «патриотов» побольше. Нет, Сёдэн не боялся драки, но и людей в нынешние времена терять не хотел. Слишком горячие времена.

Из какого-то тёмного переулка наперерез отряду Синсэнгуми вышел человек. Юноша с огненно-рыжими (казалось, что они светятся во тьме) волосами и характерным крестообразным шрамом на лице. О нём уже давно складывали легенды и вспоминали его лишь шёпотом. Никто из верных сёгунату не видел его и смог после этого рассказать — живых не оставалось, однако слухи ползли. Отряд замер на мгновение, ошеломлённый появлением столь известного врага. Первым вперёд выступил, конечно же, Икухара Исао — самый молодой самурай обучился в Тамия рю, основой философии которой было «вступи в бой с любым противником, что встретится тебе на пути», то что этот противник сам Самурай-с-крестом нисколько не смущало мальчишку.

Исао рванулся навстречу противнику, не слыша окрика Сёдэна, попытавшегося осадить его. Схватка завершилась в считанные мгновения. Самурай-с-крестом легко увернулся от его атаки и, выхватив меч, ударил паренька тяжёлой рукояткой по лицу. Тот по инерции пробежал ещё несколько шагов, прижав левую ладонь к лицу, из-под пальцев текла кровь.

— Остановитесь! — крикнул Сёдэн, шагая навстречу Самураю-с-крестом, на ходу обнажая катану. — Здесь есть лишь один достойный тебя противник, Самурай-с-крестом.

Юноша пожал плечами, медленным и расчетливым движением пряча катану в ножны. Сёдэн рванулся ему навстречу, делая выпад. Казалось, он двигался невероятно быстро, парировать его атаку противник просто не смог бы. Но это только казалось. Клинки мечей скрестились с характерным звоном, рассыпая во все стороны искры, калеча линию закалки, оставляя на ней уродливые зазубрины. Через мгновение противников словно порывом ветра отбросило друг от друга и тут же они вновь бросились вперёд. Они замирали на секунду, чтобы следом начать новое молниеносное движение, невидное взгляды простого человека, не приобщившегося к высокому кэндзюцу[377]. Во тьме ночной метались две тени, которые высвечивали вспышки, рождающиеся когда скрещивались их клинки.

Весь третий отряд Синсэнгуми замер, наблюдая за этой невероятной схваткой. Никто из них не сомневался, что она может закончится лишь одним — смертью одного (а то и обоих) противников. Однако в этот раз всё сложилось иначе. С треском клинок катаны Самурая-с-крестом распорол светло-синее кимоно Сёдэна, проскрежетав по лёгкой до, которую тот носил под ним. Теперь мотающиеся полосы ткани и плохо сидящее кимоно мешали Сёдэну двигаться, сковывая правую руку не хуже цепей.

— Убить тебя теперь было бы слишком легко, — произнёс неожиданно Самурай-с-крестом. — Уходи отсюда и забирай всех своих людей. Иначе я убью всех вас.

И глядя в его холодные, мёртвые, глаза его Хадзимэ Сёдэн понял — так оно и будет. Этому человеку (если это, конечно, человек) ничего не стоит перебить весь его отряд. Сёдэн рывком поправил разорванное кимоно и сделал своим людям знак следовать за ним.

— Мудрое решение принял этот командир, — произнёс Чоушу Ёсио с характерной для него в последнее время грустноватой улыбкой. — Противостоять тебе и остаться в живых, такое выпадает на долю очень немногих.

— Что тревожит вас, Ёсио-доно? — поинтересовался Кэнсин.

— С чего