Повелители Небес - Энгус Уэллс

Беллек, точно какой-то древний полководец, поднял руку, давая знак войскам приготовиться.

Прежде чем она опустилась, самцы начали взлетать, и я почувствовал своей кожей, как они жаждали битвы. Дебура развернула свои великолепные крылья, и мы взмыли в небо. Мой радостный крик утонул в кличах драконов.

Самые высокие пики — ничто для нас, наше место — там, где над облаками сияет солнце, там, куда и птицы не дерзают подняться, там, под безбрежной голубизной, покрывающей весь мир, — безраздельные владения драконов. Машут крылья, и далеко внизу проплывают острые Драконьи Зубы, которые сменяются болотистыми долинами Ур-Дарбека. Утро уступало место дню, когда кольцом охватывавшие Требизар горы стали неуклонно приближаться.

Беспокойство мое возросло: не опоздали ли мы? Весна там уже вступила в свои права, и я сказал себе, что все равно день Эннаса еще не наступил.

Урожаи созревали в полях под нами, мирно паслись на свежей травке коровы. Я думал о том, как волшебное искусство, которым владели дикие Измененные, сумело преобразить эту заброшенную пустошь в благодатный край, где всем достает места. Так, наверное, думали простые жители этой страны, но оставалась Алланин и ее присные, рвавшиеся бросить этот миролюбивый народ через Сламмеркин и ввергнуть его в кровопролитную войну. И вместе с тем, не обращайся мы, Истинные, так скверно с Измененными, они не пошли бы воевать.

Тут воспоминание о Пеле и Мэрке пронеслось у меня в мозгу, подтверждая еще раз мою уверенность в том, что понимание возможно, что Истинные и Измененные могут жить вместе.

Но не все так просто. Чтобы достигнуть этого, нам придется преподать им урок. Не в первый раз уже пришло ко мне сомнение в правильности нашего решения. Не выступаем ли мы против естественного порядка вещей, составляющего основу взаимоотношений общества, где всегда были господа и слуги, друзья и враги? Я отогнал от себя эту мысль. Пути назад уже не существовало, построить лучшее общество можно, только разрушив старый порядок.

Воодушевление Дебуры наполняло меня. Она чувствовала присутствие впереди оккультных сил, и это разжигало ее аппетит. Если уж она готовилась бросить вызов всем, кто собирался оспаривать ее превосходство в воздухе, то что говорить о самцах, чье предвкушение битвы было столь сильно, что опьяняло меня, заставляя забыть все сомнения.

Небо вокруг наполняли смертоносные эскадрильи драконов, существа из древних легенд вернулись, чтобы броситься на молодой мир.

Они были бесподобны! Живая воплощенная слава! Их крылья закрывали собой солнце, в лучах которого сверкали смертоносные клыки этих прекрасных чудовищ. Я был одним из них — овеществленной яростью. Я забыл обо всем, когда мы, перемахнув через окружавшие Требизар горы, устремились на воздушные суда.

Никто не смел бы назвать Повелителей Небес трусами, потому что их корабли не повернули, продолжая двигаться прямо на нас, колдуны Хо-раби устремляли в нас стрелы своего колдовства, а воины в корзинах, несмотря на свою малочисленность, натягивали луки и смело бросали дротики в чудовищ, которых не могли не бояться.

Но сил Хо-раби недоставало, а элементалы, против своей воли несшие по небу воздушные корабли, лишь выполняли команды хозяев. Я слышал радостный вой порабощенных духов, увидевших, как самцы пикировали на их поработителей, раскрыв пасти и выпустив когти. В синем весеннем небе расцвели багровые цветы разрывов, раздались ликующие крики драконов-бойцов и безудержно-радостный визг сбросивших оккультные кандалы элементалов. Я видел, как многие из Хо-раби, точно схваченные невидимыми руками, оказались разодраны в клочья. Но большинство их стало жертвами драконов.

А затем весь наш славный полк ударил на большие воздушные суда.

Корабли Хо-раби стояли на приколе, ни воинов, ни колдунов в них не было, никто не ждал нашего рейда. Сомневаюсь, что что-нибудь изменилось, если бы они подготовились, возможно, нам пришлось повозиться подольше, но результат вышел бы тот же — Повелители Небес не владели тактикой борьбы с драконами. Откуда им знать ее?

Мы ударили.

Я отбросил в сторону все сомнения, став единым целым с Дебурой и пуская вместе с ней слюнки в предвкушении добычи. Мы выбрали цель и яростно забили крыльями, набирая высоту, чтобы в следующую секунду, сложив крылья, камнем броситься на воздушный корабль, выпуская смертоносные когти. С призывной радостью вопили элементалы, чуя скорое освобождение. Стрелой вниз! Удар!

Та часть меня, которая продолжала смотреть вокруг моими собственными глазами, узрела бежавшего под нами Хо-раби. Он был в черных доспехах, но без привычного глухого шлема, и я видел поднятое вверх лицо воина. В руках он держал меч, похожий на оружие Тездала. Хо-раби взмахнул своим клинком, стараясь попасть в устремленные к нему когти Дебуры. Храбрость воина не вызывала сомнения, он продолжал размахивать своим оружием, даже когда лапа дракона схватила его и поднесла к своей — нашей — пасти. Я не слышал его вопля, но думаю, что обреченный кричал. Я видел, как широко раскрылся рот несчастного и распахнулись глаза, когда зубы дракона впились в него. Я видел, как разделенное на две части тело рухнуло на пылавшую и залитую кровью землю.

Я захохотал.

Мы набрали высоту и, увидев нашу сестру Катанрию, разрывавшую корабль, помчались к ней. Лицо Беллека сияло, как никогда прежде. В чем это выпачканы меха, в которые обряжен Урт? Похоже — блевотина. Но на размышления времени нет. Битва еще не кончена. Скорее вперед! Скорее к победе! Мы утопили свои когти в оболочке узурпатора нашей власти на небесах и разорвали ее на части. Люди посыпались из корзины, и мы накинулись на них с истинно сестринским соперничеством. Мы ухватили колдуна, чья плоть стала слаще для нас после его бесплодных попыток справиться с нами своим волшебством. Глупец! От нашей пасти не уйти. Разве можно всерьез думать, что жалкие чары окажутся эффективны против нас, истинных хозяев небес!

Мы и не думали останавливаться.

Кораблей уже не осталось, лишь пылавшие обломки. Мы рвали шатры и ловили разбегавшихся людей, делая это с ленцой, точно из баловства протягивая руку к лакомству после слишком обильного пира только потому, что оно есть.

Потом раздался призыв Беллека. И мы поднялись в голубое небо над Требизаром.

Синеву озера под нами окрасила краска огня, пожиравшего обломки воздушных судов, а зеленая трава потемнела, заваленная грудами искалеченных человеческих тел.

«Требизар? Совет? Алланин?»

Голос его терялся в грохоте драконьих крыльев и ликующих криках самцов, и я слышал слова Беллека только через посылы Дебуры, этим же путем я отправил ответ: