Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич

– А можно мне пойти с вами? Вдруг мы ищем одного и того же?..

Эльнорда и Душегуб немедленно повернулись ко мне, и Сикти, тут же сообразив, кто здесь главный, добавил, глядя уже на меня:

– Я очень полезный, я могу быть сразу в разных местах, меня не видно, и я очень быстро бегаю…

Опустившись рядом с ним на корточки, я задумчиво проговорил:

– То, что ты полезный, мне давно ясно, только, понимаешь ли в чем дело, место, в которое мы направляемся, очень страшное… да и противник наш очень опасен…

Он поднял когтистую лапу и совсем по-человечьи почесал лохматую башку:

– Ну что же делать? Если там прячется тот, кто нас обижает, надо туда идти… – он снова взглянул на меня и махнул лапой, – Возьми меня с собой… я не боюсь.

Я долго смотрел на его нелепую мордочку с огромным, подрагивающим кожаным носом, а потом сдался:

– Хорошо! Только вот еще проблема – мы путешествуем верхом и в повозке. А как ты за нами поспевать будешь?

Он снова махнул лапой:

– Я хожу быстрее ваших лошадей… Мне медленно ходить трудно. Меня сколько раз пытались на лошади догнать, да куда там!..

– Ну пошли…

Я поднялся на ноги и огляделся.

Ребята уже были на своих местах – в седлах и в повозке. Я тоже направился к своей лошади, но Вторая треть остановил меня вопросом:

– А куда пошли-то?

– Сейчас к перевалу. Нам надо перебраться на ту сторону хребта. Потом в город Сотдан. А оттуда к границе ничейных земель…

– К перевалу?.. – переспросил Вторая треть и снова, закрыв глазки, поскреб свою треугольную башку. Мне вдруг показалось, что он вот-вот начнет новый забег, но все обошлось. Вторая треть открыл глаза и сказал:

– Нам бы хорошо найти блуждающую пещеру, тогда мы уже вечером были бы на той стороне гор.

Я не знал, что такое «блуждающая пещера», но вполне полагался на опыт Тринт-татов, а потому спокойно ответил:

– Ну что ж, ищи свою пещеру, но двигаться будем все-таки общим направлением на перевал.

Вторая треть молча развернулся и исчез за придорожными кустами, а я взобрался на свою лошадь, и наш отряд двинулся дальше.

Лес кончился очень быстро. Дорога все круче забиралась вверх, петляя между поднявшимися из земли скалами. По ее краям еще виднелась чахлая травка, он скоро и она сошла на нет, и теперь то, что осталось от нашей дороги окружали россыпи щебня и обломки камня. Впереди, между камнями иногда мелькала какая-то тень, в которой, при достаточной зоркости и пристальном внимании можно было угадать нашего нового друга. А вот Первую треть и Третью треть я так и не увидел, сколько ни оглядывался по сторонам и назад, по-видимому, их способности сливаться с местностью были гораздо выше моей наблюдательности. К тому же, и серовато-бурая окраска их шерсти, позволяла им полностью сливаться с окружающим их камнем.

Мы продвигались довольно долго по все сужающейся тропе. Наконец, она стала настолько узкой, что твистов шарабан едва-едва проходил по ней, задевая ступицами колес окружающие нас глыбы. Я замыкал наш отряд, а передо мной покачивался в седле снятый нами с дерева мертвяк.

До заката солнца, судя по его положению, оставалось еще часа четыре, когда мы выехали на относительно ровный участок. Тропа неожиданно стала шире, но справа, вместо ограничивающих обзор обломков скал, неожиданно разверзлась пропасть. Мы оказались на традиционной горной дороге, с одной стороны которой отвесно вверх уходила гладкая, чуть поблескивающая сколами, гранитная стена, а с другой зияла, казавшаяся бездонной, пропасть.

И в этот момент позади меня раздался ликующий голосок:

– Я нашел!.. Нашел!.. Только давайте быстрее вперед, а то она сейчас может уплыть!

Я обернулся на голос и увидел метрах в десяти от моей лошади маленькую фигурку одной из третей Сикти. Он радостно размахивал лапами и приплясывал на месте.

– Душегуб! – немедленно крикнул я, – Поторапливайся! Сикти что-то нашел впереди, но считает, что мы можем опоздать!

Тролль неожиданно спрыгнул с лошади, взял ее под уздцы и пошел вперед быстрым шагом. «А что, пожалуй Душегуб прав», – подумал я и повторил его маневр. Эльнорда тоже спешилась, так что в седле остался только наш мертвяк.

Через несколько десятков шагов, тролль, немного оторвавшийся от нашего отряда, исчез за поворотом дороги, но из-за каменной стены немедленно донесся его могучий голос:

– Ребята, давайте быстрее, тут пещера исчезает!..

Мы, конечно, ничего не поняли, но Твист принялся поторапливать своих козлов, и на повороте одно из колес его брички прочертило метров пять в воздухе над пропастью. Признаюсь, сердце у меня в этот момент екнуло, но я вспомнил о способностях твистового экипажа летать.

Наконец, и я миновал поворот и сразу за ним увидел в гранитной стене достаточно широкую щель из которой высовывалась Эльнорда, явно поджидая меня. Лошадь с мертвым телом, по всей видимости, уже находилась в пещере, и эльфийка, призывно помахав мне рукой, тоже скрылась в ее глубине. Я поспешил следом.

Щель в скале была вполне достаточно, чтобы без проблем провести в нее оседланную лошадь, а буквально через несколько метров она и вовсе расширялась, превращаясь в довольно обширную пещеру, имевшую, к тому же, достаточно широкую трещину в верхнем своде, через которую проникал свет.

Оказавшись в этой пещере, я огляделся в поисках своих друзей, но никого не обнаружил. Однако в следующий момент мелодичный голосок Эльнорды разделся из самого темного угла:

– Серенький, ты что, решил остаться снаружи?..

И тут я разглядел отверстие, из которого высовывалась ее лукавая мордашка. Отверстие было достаточным большим, и я не замечал, чтобы оно уменьшалось. Я повел свою лошадь вслед за пропавшей во мраке эльфийкой и оказался в довольно узком проходе. Этот каменный коридорчик привел меня в совершенно темное, но, как я почувствовал достаточно обширное пространство.

– Все здесь?.. – чисто интуитивно поинтересовался я и только потом подумал, что только что пройденный мной коридор, пожалуй, узковат для экипажа нашего карлика.

– Все, все, – ответил мне гулкий бас тролля, – Ты последний проскочил… Смотри, вход почти закрылся…

Я обернулся. Щель, через которую я только что проник в пещеру довольно быстро затягивалась, обрастая по краям все новыми и новыми слоями чуть поблескивающей на сколах породы. Когда она уже почти совсем сомкнулась, отрезая последний блик света, внутрь пещеры одна за другой проскользнули две юркие тени. И тут же ловушка захлопнулась. Во всяком случае, щель окончательно исчезла, и я почувствовал себя в западне.

– Ну и темень!.. – глухо проворчал Душегуб, и в его ворчании я не уловил ни малейшего беспокойства, словно ему каждый день приходилось оказываться замурованным внутри скалы.

А темень была действительно абсолютной. Я набросил узду своей лошади на руку и принялся тереть ладони одна о другую припоминая заклинание «Света без тени». Едва начав его наговаривать, я почувствовал, как между моих ладоней появилось небольшое упругое уплотнение, становившееся с каждым движением все более плотным и объемным. Когда оно выросло до размера мячика для пинг-понга, я раскрыл ладони. Между ними оказался шарик, сиявший ровным, чуть голубоватым светом. Я подбросил его и он, подпрыгнув, начал плавно подниматься вверх, постепенно замедляя свое движение. Наконец, мой маленький светильник повис метрах в восьми над полом пещеры, заливая все вокруг мягким светом, совершенно не дававшим теней. Теперь мы могли оглядеться.

Как я и предполагал, мы находились в довольно обширной пещере. Пол пещеры был достаточно ровным, чистым и свободным от осколков. Стены, наоборот, весьма неровны, словно их кое-как обтесали огромным долотом. К тому же они как-то странно переливались, словно постоянно чуть-чуть изменяя угол своего наклона… волнуясь, что ли, если можно так сказать о каменной поверхности. Свод пещеры терялся в высоте – свет моего заклинания не доставал до него. Наша теплая компания сгрудилась практически в центре пещеры таким образом, что повозка Твиста оказалась в середине, окруженная верховыми лошадями. Ребята помаргивали, приноравливаясь после абсолютной темноты к освещению и оглядываясь. Рядом с высокой светловолосой Эльнордой я тут же заметил приземистую косматую фигурку Второй трети, по-моему он даже цеплялся своей лапой за ее плащ.