Мелодия Бесконечности. Первый аккорд - Екатерина Голинченко

— Я так горжусь тобой, сынок, и именно так и будет, — обнял сына Джон, — Именно так и будет — я уверен в этом. Мы ещё обязательно услышим о твоих собственных великих делах, Али, — потом он заключил в объятия Розалинду, крепко прижимавшуюся к надежному плечу Алишера, и поцеловал в щеку, подмигнув, — Принцесса… Помнишь, я с самого начала говорил, что ты принцесса?

— Да ладно… — добродушно отмахнулась девушка, — Ну, теперь я и в самом деле принцесса.

— Отец, мама, мне нужна будет ваша помощь, — с надеждой попросил парень, — Без вас мне не справиться.

— И ты получишь её по первому своему требованию, — дал ему свое слово мужчина, — Мы всегда будем рядом.

— Ты будешь самым лучшим, Князь Алишер, — Маргарита обняла юношу.

— Вы всегда в меня верили, мадам Маргарита, — почтительно ответил тот.

— Потому, что у тебя самые замечательные родители, и просто не могло быть иначе, — кивнула темноволосая молодая женщина невысокого роста.

— Благодарю, княгиня, — грациозно поклонилась рыжая богиня.

— Тогда, разрешите начать празднование, мой князь, — усмехнулся Джон и сделал знак музыкантам.

— Кто бы мог подумать, что всё так переплетется, и мы так породнимся, а? — Даниэлла дружелюбно потрепала его по щеке.

— И знаешь, я этому рад, сестренка, — ответил улыбкой мужчина.

И вот Маргарита уже в другом зале — таком же огромном, но менее освещенном — под высоким готическим сводом.

Через весь зал прошествовал темноглазый темноволосый высокий юноша в черно-серебристых одеждах под руку с хрупкой девушкой с черными волосами, синими глазами, в темно-синем платье под цвет глаз.

Они медленно, с достоинством подошли к стоящим. по обе стороны от возвышающегося в центре подиума престола, парам своих отцов и матерей — князя и княгини из Небесного града и владык Темного двора — леди Альвис и лорда Надира.

Обнявшись с родителями, молодая пара развернулась лицом к собравшимся и преклонила колени, слово в слово повторив присягу, которую до него уже произносил его старший брат — молодой государь Небесного Града:

— Перед лицом своего отца и своей матери, своей жены, близких и друзей клянусь, что, взяв под свою опеку народ Темного Двора, обязуюсь верой и правдой служить своим людям, быть щитом, что хранит их покой и благополучие, быть мечом, отражающим всякую опасность, что будет угрожать моим людям, Солнцем, освещающим и согревающим их жизнь, заботиться о них и любить их, как если бы они были моими детьми от плоти и крови. И моё присутствие перед вами здесь и сейчас, удостоверяет вам искренность и значимость этих слов.

Джон повязал младшему сыну алую мантию, водрузив на его голову венец и вручив церемониальное оружие:

— Узри же, славный Юг, и ты узри — величественный Запад, и ты — блистательный Восток, и ты смотри — сияющий Север, ибо смотрите вы на нового владыку Темного Двора и нового отца своего народа, — завершив обряд.

Ни Маргарита, ни Альвис не смогли сдержать слез радости и гордости за своих детей, испытав огромное облегчение после того кошмара, что им довелось пережить.

— Поднимитесь, дети, — Джон помог им подняться и заключил в объятия.

— Ваша Милость, вы могли предположить, что все закончится именно так? — обратился к нему, улыбнувшись, стоящий рядом бывший разбойник Надир, обнимая свою любимую жену.

— Я знал, так должно было быть, — улыбнулся в ответ Джон.

— Я обещаю заботиться о Лейле и о своем народе, — дал своё слово Анри, — Клянусь, отец. Я теперь понял, что есть главное и важное в жизни.

— Молодец, сынок, — Маргарита одобрительно погладила его по руке, — Ты большой молодец. Желаем вам с Лейлой счастья, а мы будем стараться навещать вас так часто, как сможем.

— Матушка, — юноша с уважением поцеловал матери руку, — Я уже бесконечно скучаю, — он не сдержался, и со слезами на глазах обнял её.

— Мы очень любим тебя, Анри, — молодая женщина тепло обняла сына, — Вас обоих, — потом она обняла его жену.

— Не надо, крестная, не плачь, — утешала её юная Лейла — после родителей, крестные были для неё самыми близкими людьми, — Наши двери всегда будут открыты для вас с крестным.

— Я знаю, милая, знаю, — Маргарита ласково потрепала девушку по волосам, аккуратно, стараясь не испортить её праздничной прически.

— Твои родители гордятся тобой, ты провел огромную работу над собой и получил то, чего заслуживал, — подошел высокий худощавый сероглазый мужчина с длинными вьющимися русыми волосами, заплетенными в толстую косу, одетый в светло-серый камзол, — Знай, что и твои крестные тобой тоже гордятся.

— Спасибо, крестный Марк, — юноша поприветствовал его крепким рукопожатием, — Я вас с крестной Мей тоже люблю.

— Это кто из моих любимых мальчиков упомянул моё имя? — подошла к ним привлекательная миловидная японка, обнимая мужчину в сером.

Выйдя на свежий воздух, Маргарите стало гораздо легче дышать, она крепче обняла мужа и расслабленно выдохнула:

— Жан, ты знаешь — всё обязательно будет хорошо, — она уверенно тряхнула головой, — Да, просто прекрасно. Твой сын… наш сын… Это будет началом эпохи великих перемен.

— Ты видела? — Джон вопросительно посмотрел на неё.

— Я знаю, — Маргарита счастливо улыбнулась и поцеловала мужа, хитро сощурив озорные глазки, — Как вам идея перекусить аппетитных блинчиков? От волнения я зверски проголодалась. Ну, вы понимаете… у меня сейчас эта особенность несколько повышена… — после она подмигнула Марку, — И знаешь, Марк, ты будешь отличным отцом и замечательным крестным.

— Кто? Я? — парень недоверчиво покачал головой, растерянно пожав плечами.

— Ну, тогда я поддерживаю тебя, дорогая, — приобняла подругу златовласая, — Мы гуляем уже достаточно долго, и наши маленькие жители требуют свою долю питательных веществ.

— Тогда давайте сделаем перерыв и пообедаем — сегодня у нас был трудный день, — предложил молодой хирург, беря под руку белокурую супругу.

Придя к единогласному решению, уже спустя несколько минут друзья расселись за большим столом у окна в ближайшем кафе, изучая меню.

— Когда мы шли, я заметил тут неподалеку книжный магазин. Вы закажете мне зеленый чай без сахара и блинчики с красной рыбой, пока я сбегаю купить книг? — Марк отложил меню и растянул улыбку в предвкушении, словно уже ощутив запах и шелест страниц напечатанного текста. У него было ни семьи, ни друзей, и книги заменили их. Он читал и читал, взахлеб, проглатывая книги одну за другой, все, какие только мог найти, часами пропадая в книжных магазинах, используя любую возможность, а одно время он даже работал там продавцом, наслаждаясь чтением целыми днями, а герои его любимых книг становились ему всё более близкими и понятными. А вот теперь он имеет возможность приобрести любимые книги или книги, оказавшие на него большое влияние, и перечитывать их столько раз, сколько захочет.