Том 9. Публицистика - Владимир Короленко

…хочется сказать великому народу: Ты жалкий и пустой народ! — из стихотворения М. Ю. Лермонтова «Последнее новоселье» (1841).

Что им Гекуба, что они Гекубе? — Слова Гамлета из второго действия трагедии Шекспира «Гамлет». По греческой мифологии, Гекуба — жена несчастного троянского царя Приама и мать девятнадцати погибших при осаде Трои сыновей.

У Лесажа, в истории Жиль-Блаза де-Сантильяна. — Лесаж Ален-Рене (1668–1747) — французский романист и драматург, создатель французского реалистического романа XVIII века. Его роман «История Жиль-Блаза» содержит широкую сатирическую картину нравов французского общества в период упадка абсолютистского строя.

Монтионовская премия — так называемая «премия добродетели»; выдавалась французской академией за сочинения, «способствующие улучшению нравственности». Средства на выдачу этой премии завещал французский филантроп Монтион Антуан-Оже (1733–1820).

Дом № 13*

Очерк опубликован отдельной брошюрой в 1905 году. Написан летом 1903 года для журнала «Русское богатство», но не был пропущен цензурой. До опубликования в России очерк был напечатан в нескольких заграничных изданиях.

Сорочинская трагедия*

Впервые напечатано в четвертой книге журнала «Русское богатство» за 1907 год.

Газета «Правда» по поводу «Сорочинской трагедии» в 1913 году писала: «Экзекуция над крестьянами Полтавской губ<ернии> на почве земельных „недоразумений“ заставляет его (Короленко. — Ред.) выступить в печати с протестом против действий руководителя этой экзекуции — советника Филонова. Эта кампания влечет за собой привлечение Короленко к ответственности по обвинению в подстрекательстве к убийству Филонова».

Протест Короленко против массовых расправ над крестьянами Миргородского уезда, Полтавской губернии, имел громадный общественный резонанс. Как отмечал сам Короленко, его выступление против Филонова «производило огромное впечатление: чиновничество всполошилось, как муравейник, общество (за исключением правового порядка) и крестьянство ободрялось».

Бытовое явление*

Впервые: Русское богатство. 1910. N 3, 4. В этом же году статья опубликована отдельным изданием в Петербурге. Отдельное издание статьи было выпущено в середине июля 1910 г. тиражом 3000 экземпляров и разошлось в течении нескольких дней. Еще раньше оно вышло на русском языке в Германии в изд. Ладыжникова.

В 1918 г. Короленко внёс в статью дополнения и исправления. Документы и материалы о смертной казни, использованные в статье, Короленко собирал с 1899 г.

Прочитав первую половину статьи, Толстой писал Короленко:

Короленко.

27 марта 10 года. Ясная Поляна.

Владимир Галактионович,

Сейчас прослушал вашу статью о смертной казни и всячески во время чтения старался, но не мог удержать не слёзы, а рыдания. Не нахожу слов, чтобы выразить вам мою благодарность и любовь за эту и по выражению, и по мысли, и главное, по чувству — превосходную статью.

Её надо перепечатать и распространять в миллионах экземпляров. Никакие думские речи, никакие трактаты, никакие драмы, романы не произведут одной тысячной того благотворного действия, какое должна произвести эта статья.

Она должна произвести это действие — потому, что вызывает такое чувство сострадания к тому, что переживали и переживают эти жертвы людского безумия, что невольно прощаешь им, какие бы ни были их дела, и никак не можешь, как ни хочется этого, простить виновников этих ужасов. Рядом с этим чувством вызывает ваша статья ещё и недоумение перед самоуверенной слепотой людей, совершающих эти ужасные дела, перед бесцельностью их, так как ясно, что все эти глупо-жестокие дела производят, как вы прекрасно показываете это, обратное предполагаемой цели действие; кроме всех этих чувств статья ваша не может не вызвать и ещё другого чувства, которое я испытываю в высшей степени — чувство жалости не к одним убитым, а ещё и к тем обманутым, простым, развращаемым людям: сторожам, тюремщикам, палачам, солдатам, которые совершают эти ужасы, не понимая того, что делают.

Радует одно то, что такая статья, как ваша, объединяет многих и многих живых не развращённых людей одним общим всем идеалом добра и правды, который, что бы ни делали враги его, разгорается всё ярче и ярче.

Лев Толстой.

Впервые письмо Толстого было напечатано: Речь. 1910. 18 апр.

Во всех заграничных изданиях письмо печаталось в виде предисловия к статье Короленко.

После прочтения оставшейся части статьи, Толстым было написано еще одно письмо к Короленко:

Ясная Поляна. 26 апреля 1910 года.

Прочёл и вторую часть вашей статьи, уважаемый Владимир Галактионович. Она произвела на меня такое же, если не ещё большее впечатление, чем первая. Ещё раз, в числе, вероятно, многих и многих, благодарю вас за неё. Она сделает своё благое дело. Надо бы непременно напечатать и как можно больше распространить её. Будет ли это сделано?

Сейчас читаю замечательную книгу, появившуюся в Лос-Анжелос под заглавием «Преступление и преступники» Grifith J. Grifith, «Crime and Criminals», которая даёт богатый материал, доказывающий всё большее и большее увеличение числа преступлений в Америке; показывает по верным данным, что ежегодный, всё увеличивающийся, расход на подавление преступлений доходит — страшно сказать — до 6 биллионов долларов, статистическими данными доказывает, что карательная деятельность правительства, в особенности смертные казни, заразительно действуют на общество, увеличивая число убийств. Книга очень смелая и интересная. Я думаю, что хорошо бы было напечатать её. Если найду переводчика, предложу вам.

Дружески жму руку.

Лев Толстой.

(Л.Н.Толстой. Собр. соч. в 22 тт. М., «Художественная литература», Т. 20., 1984.)

«Определение святейшего синода» об отлучении Толстого от церкви появилось в «Церковных ведомостях» 24 февраля 1901 г., а на другой день почти все газеты вышли с полным текстом этого определения на первых полосах. «Святейший синод» рассчитывал, что удастся подорвать авторитет Толстого, унизить его и тем ослабить его мощное воздействие на умы современников, особенно простых русских людей. Впрочем, отлучение было проведено с некоторой робостью и неуверенностью: торжественное анафемствование Толстого не провозглашалось с амвонов православных церквей ни в 1901 г, ни позднее. Прежде всего потому, что личная анафема, т. е. упоминание имён грешников, была отменена в России задолго до 1901 г. Кроме того, с редактированием и публикацией текста отлучения церковники намеренно медлили и пропустили тот день (единственный в году), когда полагалось возглашать анафему. Свой ответ синоду Толстой начал спустя месяц после публикации отлучения побуждаемый «увещательными» письмами. В своём ответе он ещё раз подтвердил свои взгляды на религию и официальную церковь.

Чертков Владимир Григорьевич (1854–1936) — друг и единомышленник Толстого, издатель его сочинений, организатор издательства «Посредник»(1884–1935), издавал вместе с П. И. Бирюковым газету «Свободное слово»(Лондон, 1901–1905), сб. «Листки „Свободного слова“» (1892–1902), редактор полн. собр. соч. Л. Н. Толстого в 90 тт.

Витте Сергей Юльевич (1849–1915) — русский государственный деятель, в 1905–1906 гг. — председатель Совета Министров.

Шмидт Пётр Петрович (1867–1906) — лейтенант Черноморского флота в отставке, руководитель севастопольского восстания 1905 г. Расстрелян.

Его судили с беспристрастием… — писал по этому поводу Виктор Гюго… — здесь и далее Короленко цитирует воззвание известного французского писателя В.Гюго (1802–1885) «Жителям Гернси» (1854) (Из речей и воззваний Виктора Гюго в изгнании. СПб., 1887. С. 30–47).

Черты военного правосудия*

К работе над статьей «Черты военного правосудия» Короленко приступил летом 1910 года. «Нырнул в статью. Пишется пока хорошо… Вчера и третьего дня немножко нервничал (как всегда перед настоящим приступом к работе). Сегодня бодр. Написанное мне нравится», — писал Короленко жене 24 июля 1910 года. На другой день Короленко сообщает ей же: «Статья двигается хорошо. Пока идет живо и бодром тоне, о котором я тебе говорил: не жалость, а негодование». Статья была окончена в сентябре, уже по возвращении Короленко из Петербурга в дер. Хатки на Полтавщине. «Погряз я в смертницком вопросе и все еще не выбрался. Надеюсь дня через три послать последнюю из обязательных статей этого цикла и сейчас же перейду к другим работам. А то ни за что не могу взяться, пока не выгружу», — писал Короленко 2 сентября А. Г. Торнфельду.