Альсара - Андрей Карелин

Прогремел глухой толчок и миллионы тонн грунта поднялись воздух. Загорелась почва под ногами. Вся долина залилась звучащим светом.

Нагрузка была страшной. Райан смотрел, не закрывая глаза, и от этого белки глаз налились кровью, его глаза стали красными. Белки полностью залила кровь, превратив их в кровавое месиво. Зрачки и роговица остались не задетыми, и он продолжал видеть не хуже чем раньше. Пот катился градом, заливая солёными ручьями лицо. А зубы сдавались настолько сильно, что хрустели и ломались. Видимо, это адаптационная особенность организма в сверхтяжелые времена. У всех других выживших омикронцев с глазами произошло то же самое. Кроваво красные взгляды конкистадоров загипнотизировано смотрели на происходящее.

Столб света прорезал небо и устремился в космос. Он был виден даже через примитивный телескоп с других планет системы Альдрованда. Его было видно за тысячи вёрст вокруг. И никто не мог не знать о его появлении. Теперь у Альсары был третий полюс. Это был Полюс Света. Было ощущение, что меняется орбита планеты, а Райан всё смотрел. Ему было не страшно умирать, хоть он и был неофаталистом, но сейчас он надеялся и верил, что в том месте, которого нет, как он считал, он встретит Азию, и они будут вечно счастливы вместе.

Тонны грунта, перемешанного с мантией, ковровоё извержение и землетрясение. Всё небо покрылось смерчами, а земля опускалась и поднималась, словно волны океана, перемешиваясь с небом. Такого нигде больше не увидишь. Ночь светлее, чем день, на Полюсе Света. А сотни километров вокруг превращались в изумительный ландшафт. Такой, как на Альдрованда Прайм, первой планете от солнца. Самой близкой к звезде, где текли реки раскалённого железа.

А потом слышался грохот, и исчезло всё, больше за таким раскатом наблюдать не приходилось. Только с неба падали огромные глыбы, поднятые в воздух терминаторным катаклизмом.

Яков, наблюдавший за этим по пути в Ксилиан, не находил слов. Генерал Ракверл Кронос выл от скорби. Там ведь полегли лучшие бойцы Северной Империи Астрайдеров. Спасся каждый третий, но весь флот, всё снаряжение… Кронос долго думал, не желая принимать позор. И он попросил Александра Астрайдера об отставке. Раквел Кронос больше не способен будет воевать, никогда.

Революция и Астрайдеры получили сегодня самый страшный удар со времён начала событий на Альсаре. Они убедились в силе друг друга и в силе потревоженной планеты, за которую они сражались и которая их рассудила. Теперь им придётся долго зализывать свои раны, прежде чем они вновь встретятся на поле брани во всеоружии.

Только невидимые силы под знаком "Всевидящего Ока Вулкана" были довольны. Они прибыли на Альсару и сейчас они всем нужны. Они творцы и хранители мира и спокойствия на ещё одной бушующей планете. Теперь все вынуждены будут слушать их, чтоб удержать мир на Альсаре.

Эпилог

Водворение Иакова

Сияющими красками наполнился Сиридар. Казалось, вся Альсара, все жители приветствовали нового императора Дориана. Яков — бывший рейдерский барон, возглавивший революцию и поведший за собой миллионы к своей свободе, теперь был в Ксилиане коронован императором Альсары. Отныне он священный император Альсары и он коронован на престол в соответствии с традицией в святом городе Ксилиане.

Там, в Ксилиане, его не слишком-то приветствовали местные жители, город был оккупирован рейдерами, но здесь в Сиридаре тысячи тысяч вышли на улицы, и их радости не было конца. Это свидетельствовало о том, что война не выиграна, но у них решающее преимущество. Отныне они больше не Организация без имени и не орда рейдеров, объединившихся с конкистой. Они народ, нация, и у них есть родина. Свободная родина — Альсара. При восхождении на престол, в том же месте, где короновались все императоры династии Астрайдеров — Яков принял вместе с тяжёлой ношей новое имя. Отныне он император Дориан, и это имя теперь стало священно для многих правоверных альсарян.

Отовсюду слышались крики:

— Слава Дориану, нашему императору. Авэ Дориану. Дориан герой.

Имя это было святым для миллионов Альсарян, и Яков вовремя этим воспользовался. Теперь все хотели назвать детей Дорианами. Ведь это значило "великий победитель" для них. Каждый гордился тем, что он "Дориан" в своём деле.

Прямо из Ксилиана на огромном голографическом экране возникло изображение императора Дориана. И возгласы толпы, скандирующей его имя, заглушили всё вокруг. Тысячи барабанщиков и людей в карнавальных костюмах приветствовали Дориана. А собравшиеся не знали, как ещё выразить свою радость и восхищение.

И хоть южная Альсара и оплакивала катастрофическое поражение Непобедимой Армады, погибли многие, и траур по ним состоялся. Но радость великой победы, великого свершения преобладала.

— Я рад приветствовать мой народ, — начал Дориан — Яков. Все затихли, желая услышать вождя-императора. — Мы долго к этому шли. Это победа всей Альсары, не делимой на юг и север, не делимой на рейдеров и гарнизоны, — слово конкиста было не в моде, и его не использовал сам Дориан в своей речи. — Наша победа является самым большим событием тысячелетия, со времён путешествия Гая Монтага. — Все заорали, приветствуя нового императора и прежде всего свой вклад в общую победу. Дориан знал, что будет такая реакция в тысяче городов, где транслировали его выступление и дал народу нарадоваться. Джерри Пирм, как инквизитор-священник, короновавший Якова императором, сейчас находился на главной площади Ксилиана. — Мы сражались и мы победили. Это не заслуга моя или моих товарищей по Организации. Это заслуга альсарянина, который почувствовал себя подданным великой родины, великой Альсары. Но наша радость огорчена потерями. Погибли многие. Мы все оплакиваем потерю Азии Биары. Она для всех нас была близкой, тёплой, родной. Я знал её намного ближе, чем многие, и моей печали нет предела. Спи спокойно, моя дорогая Азия. Бедная, бедная девочка, так искренне жившая и верившая в победу революции. — Вся Альсара уже оплакивала Азию. Во многих городах были сооружены места, куда просто случайные люди приносили цветы и где все могли уединиться и поплакать за её преждевременный уход. Словно это произошло только сейчас. Для всех слишком больно и слишком близко было это воспоминание. Многие потеряли близких. Но все оплакивали Азию, она была родной для всех. И теперь ради её светлой памяти Яков предложил переименовать один небольшой городок в Азию. Революции ещё будут нужны герои, живые или мёртвые они продолжат битву за будущее Альсары. — Но, несмотря на это трагическое событие, мы всё же победили, мы стали единым народом, мы поднялись и сказали свой решительный ответ Александру Астрайдеру и всей его шайке в Бэйдонте и Палас дэ Фродосе. Для них у нас есть новое слово, битва добра со злом произошла на Полюсе Света и это будет Сталинградом для Астрайдеров. Никто более не сможет склонить великий и гордый народ Альсары. И ни перед кем больше не преклонится южный альсарянин, кроме как перед законный императором Дорианом и верным идеям революции последователям. Но революция ещё не закончена. Революция должна победить. Revolution must win!