Человечество: История. Религия. Культура Древний Рим - Константин Владиславович Рыжов

диктатором для проведения законопроектов, которые он составит лично сам для упорядочения государственного строя.

Чтобы сохранить видимость исконного государственного строя, Сулла допустил в 81 г. до Р. Х. назначение консулов. Ими стали Марк Туллий и Корнелий Долабелла. Сам Сулла, будучи диктатором, стоял выше консулов.

К числу членов сената, совершенно обезлюдевшего из-за междоусобных распрей и войн, Сулла прибавил до трехсот новых членов из наиболее знатных всадников, причем голосование каждого из них поручено было трибам. В состав народного собрания Сулла включил, даровав им свободу, свыше 10 тысяч наиболее молодых и крепких рабов, принадлежавших ранее убитым римлянам. Всех их Сулла объявил римскими гражданами, по своему имени назвав их Корнелиями, чтобы тем самым иметь возможность пользоваться голосами 10 тысяч таких членов народного собрания, которые готовы были исполнять все его приказания.

В 80 г. до Р. Х. Сулла, хотя он был диктатором, притворно желая сохранить вид демократической власти, принял во второй раз консульство вместе с Метеллом Благочестивым.

На следующий год народ, ублажая Суллу, снова избрал его консулом. Но он не принял этого избрания, назначив консулами Сервилия Исаврика и Клавдия Пульхра, а сам добровольно сложил с себя свою большую власть, хотя никто его к этому не побуждал. На форуме было объявлено, что, если кто-либо потребует, он готов дать отчет во всем им совершенном. Вслед затем Сулла отослал от себя ликторов, отставил телохранителей и в течение долгого времени один, лишь со своими друзьями, появлялся среди толпы, которая и теперь еще смотрела на него со страхом. Из Рима Сулла переехал в поместье в Кумах, и там в тишине развлекался рыбной ловлей и охотой.

Лишь только Сулла удалился от дел [в 78 г. до Р. Х.], снова стали возгораться новые волнения. Назначенные консулы, Квинт Катул, из партии Суллы, и Эмилий Лепид, из противной ему партии, питали один к другому злейшую вражду, и между ними тотчас же началась размолвка. Ясно было, какие из всего этого произойдут беды.

Сулла, проживая в своем поместье, увидел сон. Ему приснилось, что его зовет к себе его гений. Он поспешно стал составлять завещание, окончил его в тот же день, приложил печать и к вечеру заболел лихорадкой, а ночью умер, будучи шестидесяти лет.

Возвращаясь от погребального костра Суллы, консулы стали пререкаться и ссориться между собою; горожане же были одни на стороне одного консула, другие – другого. Желая привлечь на свою сторону италийцев, Лепид говорил, что вернет им землю, отнятую у них Суллой. Получивпо жребию Трансальпийскую Галлию, он не прибыл на выборы, намереваясь на следующий год начать войну против приверженцев Суллы. Так как консул не скрывал своих планов, то сенат решил отозвать его из Галлии. Лепид явился со всем своим войском, собираясь войти с ним в город. Когда ему не дозволили это сделать, он через глашатая приказал взяться за оружие. То же самое, в противовес ему, сделал Катул. Недалеко от Марсова поля между ними произошла битва. Лепид потерпел поражение и, не имея сил дальше сопротивляться, отплыл в Сардинию, где и умер от чахотки. (Аппиан; XIII; 97-107).

13. Серторианская война

Из всех союзников Мария оружия не сложил один только Серторий. Избранный для управления Испанией, он прогнал оттуда всех бывших там до него начальников (которые, желая угодить Сулле, не передавали Серторию своих полномочий) и храбро сражался против Метелла, посланного Суллой.

После смерти Суллы, а затем и Лепида [77 г. до Р. Х.] Серторий с войском из италийцев (которое привел к нему полководец Лепида Марк Перперна) намеревался идти походом на Италию. Это и случилось бы, если бы сенат не послал в Испанию другое войско и другого полководца, а именно Помпея.

Помпей смело перешел Альпы и явился [в 76 г. до Р. Х.] в Испанию. Начало войны было для него неудачно. Серторий перебил весь его легион, вышедший за фуражом, со вьючными животными и обозной прислугой, разграбил и разрушил на глазах у самого Помпея город Лаврон

Наступившая зима [75 г. до Р. Х.] положила конец военным действиям. Но с началом весны враждующие стороны вновь выступили друг против друга: Метелл и Помпей с Пиренейских гор, где они зимовали, Серторий и Перперна – из Лузитании. Стычка произошла около города Сукрона. Резня с обеих сторон была жестокая до тех пор, пока Метелл не обратил в бегство Перперну и не подверг разграблению его лагерь, а Серторий одержал победу над Помпеем, причем последний был опасно ранен в бедро копьем. Это положило конец сражению.

Немного спустя Серторий выдержал большой бой около Сагунта, продолжавшийся от полудня до восхода звезд. Сражаясь сам на коне, он одолел Помпея, убил из его войска до 6 тыс. человек, потеряв сам половину того. Метелл и в этой битве истребил около 5 тыс. из армии Перперны. Таковы были военные действия в течение лета. Зима снова разъединила врагов.

В следующем году [74 г. до Р. Х.] римляне послали в Испанию два новых легиона. С ними и со всем старым войском Метелл и Помпей снова спустились с Пиренейских гор к Иберу. Серторий и Перперна вышли к ним навстречу из Лузитании. В это время многие из войска Сертория стали перебегать к Метеллу. Разгневанный этим Серторий жестоко и по-варварски поносил перебежчиков и этим навлек на себя ненависть. Всего же более обвиняло Сертория войско в том, что он вместо римлян повсеместно стал привлекать на службу в качестве копьеносцев кельтиберов и поручал им, отстранив римлян, должности телохранителей. При всем этом римляне все-таки не уходили окончательно, нуждаясь в Сертории: не было на то время человека более воинственного, более удачливого, чем он. Поэтому и кельтиберы называли Сертория за быстроту его действий вторым Ганнибалом

В следующем году [73 г. до Р. Х,] римские полководцы стали нападать на города, находившиеся во власти Сертория. Однако до большой битвы дело нигде не дошло. Таким же образом обстояли дела и в следующем году, с той разницей, что римские полководцы стали действовать напористее и решительнее. Как раз в это время, пишет Аппиан, Серторий ни с того ни с сего перестал заниматься делами, обставил себя роскошью, проводил время в обществе женщин, в пирах и попойках. Поэтому он терпел неоднократные поражения. Разного рода подозрения сделали Сертория чрезвычайно раздражительным и жестоким в применении карательных мер. Он стал подозревать всех, так что и Перперна стал опасаться за себя и вместе с десятью другими лицами составил заговор против Сертория. После того как некоторые из заговорщиков были изобличены и одни из них понесли