Миф о «застое» - Алексей Владимирович Самсонов

их не читает. Пресловутые «идеи Сахарова» оказываются чем-то вроде томов классиков марксизма-ленинизма – известно, что они есть, но почти никто их не читал. Но идеи у Сахарова были. Более того, они заслуживают пристального внимания. Считается (точнее, «приказано считать»), что с появления «Размышлений о прогрессе, мирном сосуществовании и интеллектуальной свободе», вышедших при помощи КГБ в самиздате, Сахаров противопоставил себя советской системе. Он закончил «Размышления» весной 68-го. Значительную долю «Размышлений» составляют идеи «борьбы за мир» и «мирного сосуществования». Также там присутствуют ресурсно-экологические тезисы, пропагандируемые Римским клубом. Есть там, конечно, и про свободу слова. Автор мыслил не в масштабах страны, а в масштабах всего мира. Внесённые в заглавие «прогресс» и «мирное сосуществование» он считал глобальными проблемами; «интеллектуальную свободу» он так же рассматривал не только применительно к СССР, но и как «гражданин мира».

«Размышления» были пронизаны убеждением, что ни одна страна не может решить своих проблем в отрыве от общечеловеческих (Горбачёв тоже постоянно твердил о неких «общечеловеческих ценностях»); общие проблемы могут быть решены лишь общими усилиями всех стран. Но главным содержанием «Размышлений» является идея «конвергенции двух систем». Впоследствии этот текст Сахарова многократно печатался на Западе – совокупным тиражом более двадцати миллионов экземпляров. Не стал бы Запад печатать враждебные идеи таким тиражом!

Если перевести идеи Сахарова с языка «посвящённых» на русский, получается вот что. Советский Союз в обмен на принятие его в «клуб цивилизованных стран» готов провести серьёзные изменения своего общественно-политического устройства. В частности – провести демократизацию и тесно координировать все свои действия с Западом. Ясно, что под «Советским Союзом» Сахаров имел в виду высшее руководство. Через Сахарова брежневское руководство подавало сигнал Западу: мы вас услышали, вот наши условия, давайте разговаривать дальше. Сигнал был услышан: Сахаров получил Нобелевскую премию. Следует подчеркнуть, что демонстративное неудовольствие верхов сахаровскими выступлениями тоже входило в правила игры: надо было создать образ «гонимого». Но наказывали Сахарова не больно: в ссылке в Горьком он жил не как ссыльный.

В 1989 г. он начал писать проект Конституции «Союза Советских Республик Европы и Азии». О нём – в книге о «перестройке».

Но из всей деятельности Сахарова видно, что желанное ему Мировое правительство есть синоним правительства США. Например, в телеграмме президенту Д. Картеру (1976) он пишет: «Я уверен, что исполненная мужества и решимости первая страна Запада – США – с честью понесёт бремя, возложенное на её граждан и руководителей историей». А СССР для Сахарова – именно «империя зла», не имеющая право на существование: «60-летняя история нашей страны полна ужасного насилия (Особенно над трижды Героем Сахаровым. – Л.С.), чудовищных преступлений» (1977). Или: «Западный мир несёт на себе огромную ответственность в противостоянии тоталитарному миру социалистических стран» (1976), а в 1979 г. он пишет «брату» Генриху Бёллю: «50 лет назад рядом с Европой была сталинская империя, сталинский фашизм, а сейчас – советский тоталитаризм». В СССР он видит угрозу миру и требует ввести экономические санкции, бойкот Олимпиады.

Сахаров и диссиденты. «Права человека» как маскировка

Академик Сахаров считается «отцом» диссидентского движения. Он, точнее, миф о нём, венчает всю пирамиду сказки о «героях – диссидентах». Считается, что Академик бросил вызов властям, в 1968 г. опубликовав «Размышления», где впервые высказал идеи, которые впоследствии были положены в основу «Правозащитного движения».

В ноябре 1970 г. Сахаров основал «Комитет прав человека». Обратите внимание на «государственное» название! Кроме него членами – основателями Комитета были Валерий Челидзе и физик Андрей Твердохлебов, позже к ним присоединился математик, член-корр. АН Игорь Шафаревич. Экспертами Комитета стали Александр Есенин-Вольпин (сын С. Есенина) и Борис Цукерман, а корреспондентами – Солженицын и Александр Галич [228; с. 217]. В учредительном заявлении указывалось, что целью Комитета является консультативное содействие органам государственной власти в создании и применении гарантий прав человека, разработка теоретических основ этой проблемы и пропаганда международных и советских документов по этой проблеме [228; с. 217]. Почти сразу после создания Комитет получил международное признание: в июне 1971 года он стал филиалом Международной Лиги прав человека – неправительственной организации при ООН. Также Комитет стал коллективным членом Международного института права в Страсбурге. Комитет вёл активную переписку с иностранными коллегами [228; с. 218]. А куда же смотрел КГБ?

Выше я уже говорил об «отказниках», чьи права так защищали западные политики. Но, как мы видим, лозунг «Права человека» был чисто техническим термином. В 60-е и 70-е годы он означал лишь одно: возможность еврея выехать из СССР. И более ничего. И даже более никого. Только еврея. Поэтому и был создан миф о «гонениях на евреев» и о «государственном антисемитизме».

Для СССР Рейганом и определение было придумано – «империя зла». Сама Америка в этом всемирном спектакле считалась, видимо, «империей добра». В «холодную войну», как уже говорилось, играли с обеих сторон – и со стороны руководства СССР, и со стороны руководств США и Европы. А диссиденты должны были стать одним из компонентов разрушения СССР.

Комитет стал «головной организацией» правозащитного движения, и стал заниматься, в основном, выступлениями перед западными журналистами, а также писанием и подписыванием разнообразных бумаг – писем протеста, воззваний, призывов, и иных жалоб в советские и международные (т. е. американские) организации.

12 мая 1976 года начался новый этап в «правозащитном движении»: на созванной Сахаровым пресс-конференции профессор Юрий Орлов объявил о создании Группы содействия выполнению Хельсинских соглашений в СССР (или кратко – Московской Хельсинской группы, МХГ). Эту идею Сахарову подсказал сотрудник КГБ Эрнст Генри [298; с. 278, 567]. Под учредительными документами МХГ подписались 11 человек: Людмила Алексеева, Михаил Берштам, Елена Боннэр, Александр Гинзбург, Пётр Григоренко, Александр Корчак, Мальва Ланда, Анатолий Марченко, Юрий Орлов, Виталий Рубин и Анатолий Щаранский [228; с. 252]. Все они были связаны с КГБ [298; с. 559 и др.], а Щаранский эмигрировал в Израиль, стал там Натаном и даже министром. Позднее, в 76-79-м, в МХГ вступили Владимир Слепак (вместо уехавшего в Израиль Рубина), Наум Мейман, Юрий Мнюх, Софья Каллистратова, Татьяна Осипова, Виктор Некипелов, Леонард Терновский, Феликс Серебров, Юрий Ярым-Агаев, Иван Ковалёв [228; с. 259]. Как видим, большую часть членов составляли евреи. Они провозгласили своей основной целью борьбу за права человека.

Уже в ельцинские времена «правозащитница» Валерия Новодворская сказала: «Я лично правами человека накушалась досыта. Некогда и мы, и ЦРУ, и США использовали эту идею как таран для уничтожения коммунистического режима и развала СССР. Эта идея отслужила своё и хватит врать про права человека и про правозащитников» [ «Правда», 1994, 30 ноября]. Как говорится, комментарии