Жизнь замечательных времен. 1970-1974 гг. Время, события, люди - Фёдор Раззаков

— В чем дело, Манана? — спросил у коллеги Ромм.

— Михаил Ильич, да мы с вами счастливые люди, — перестав смеяться; ответила женщина. — Сегодня присутствовали при рождении нового имени в течении импрессионизма.

Панкратов похолодел, поскольку понял, что эта женщина его раскусила. Сейчас и у Ромма раскроются глаза на происходящее и его вышвырнут из кабинета. Но произошло неожиданное — Михаил Ильич тоже принялся громко хохотать. После чего обратился к своим коллегам по комиссии:

— Друзья мои, если молодое дарование так умеет врать, ему самое место в нашем советском кинематографе.

И Панкратову поставили "отлично".

Однако на этом "институтская" тема в июле не исчерпывается. 17 июля в "Комсомольской правде" была опубликована весьма актуальная даже по нынешним временам статья А. Шлиенкова, в которой рассказывалось о неких столичных дельцах, которые за деньги помогали абитуриентам поступать в вузы. Действовали дельцы изобретательно. У них была Целая обойма "подставников" — специалистов по математике, физике, химии, литературе и другим предметам, которые под видом абитуриентов сдавали экзамены в институты за тех, кто приехал издалека. Успешно сдав экзамены, "подставные" в течение некоторого времени исправно посещали занятия вместо настоящего студента, после чего брали академический отпуск. Им выдавалась справка (наличие фотографии на ней не предусматривалось), которая потом передавалась настоящему студенту, чтобы тот мог спокойно перевестись в любой вуз своего родного города. Естественно, все эти манипуляции осуществлялись за деньги. В упомянутой заметке фигурировали следующие суммы: например, некий уроженец Грузии Картлоз, мечтая поступить в столичный Институт советской торговли, заключил сделку с экзаменационными дельцами и в качестве первого взноса выложил 500 рублей. Затем, когда "подставной" закончил за него первый курс, он заплатил 1 тысячу рублей.

Среди дельцов, промышлявших подобного рода махинациями, в заметке был назван некий заведующий лабораторией в одном из московских институтов. Десятки (!) раз он поступал в институты как "подставной" и практически никогда не проваливался на экзаменах. Бывало, что он сдавал экзамены сразу в несколько вузов. На этом деле он в среднем зарабатывал 3 тысячи рублей. А вот его шеф по мошеннической группе получал вдвое больше — 6 тысяч.

Во вторник, 20 июля, в той же "Комсомолке" появилась еще одна громкая заметка — "На мели" В. Цекова. На этот раз дело шло об иной сфере деятельности — о футболе. А если конкретно — о вопиющей обстановке, сложившейся в одной из команд первой лиги — одесском "Черноморце". Главным героем заметки был 24-летний стоппер (центральный защитник) команды Виктор Лысенко. Однако прежде чем перейти к его "подвигам", стоит вкратце ознакомиться с его биографией, которая в заметке по каким-то причинам опущена.

Воспитанник футбольной школы № 3 в Николаеве, Лысенко один год играл в местной команде "Судостроитель", после чего был приглашен в "Черноморец", игравший в высшей лиге. За пять лет своего пребывания в команде Лысенко сыграл сотню матчей, забил 3 гола. В 68-м он попал в список 33 лучших футболистов страны под номером 3. В 69-м был приглашен в сборную СССР, где провел одну игру (20 февраля со сборной Колумбии в Боготе, где наши победили со счетом 3:1). Как напишут позднее в футбольной энциклопедии про Лысенко: "Атлетически сложенный, цементировал действия оборонительной линии команды, хорошо предвидел развитие атак соперников, своевременно подстраховывал партнеров, умел полезно сыграть в подыгрыше, владел сильным ударом".

А теперь вернемся к заметке в "КП". По словам ее автора, Лысенко являлся чуть ли не главным нарушителем дисциплины в команде, ему прощались любые грехи, вплоть до уголовно наказуемых. Например, в 1970 году, усевшись в нетрезвом виде за руль автомобиля, Виктор сбил человека, к счастью для последнего — не насмерть. ГАИ хотела отобрать у футболиста водительские права, однако за него вступились чиновники из Черноморского бассейнового совета ДСО "Водник", взявшие стоппера на поруки. Но Лысенко этот урок не запомнил. И весной следующего года он вновь выпил лишнего, сел за руль и опять угодил в историю, но на этот раз более страшную. Теперь пострадавших по его вине оказалось четверо, причем двое из них погибли. Сам футболист упорно отстаивал версию о том, что за рулем злополучного автомобиля в тот день был не он, а его погибший приятель, однако последний незадолго до своей смерти в больнице якобы указал в качестве водителя именно на Лысенко. Это сыграло против Лысенко, и хотя от уголовного наказания ему удалось уйти, однако карьера в большом футболе была завершена — из "Черноморца" его отчислили навсегда.

Автор статьи ставил в укор руководителям "Черноморца", что они в погоне за результатом — желанием во что бы то ни стало вернуться в высшую лигу (покинули ее в 1970-м) — идут на поводу у игроков: выделяют им квартиры, машины, дают крупные суммы денег на "карманные" расходы. Например, некий форвард из Винницы получил в Одессе двухкомнатную квартиру, обставил ее мебелью, однако играть в "Черноморце" не стал и уехал в Донецк, где местный "Шахтер" выделил ему еще одну квартиру. Кстати, между строк этой заметки умные люди читали, что подобная ситуация привычна не только для команд первой, но и высшей лиги. Просто про именитые клубы писать правду было запрещено — могли обидеться высокие покровители команд.

Кстати, такая же ситуация была и с договорными играми. Все, кто увлекался футболом, прекрасно знали, что такие игры существуют и их даже с каждым годом становится все больше и больше. Однако в прессе говорить об этом было нельзя. Зато о договорных играх за рубежом писали охотно и подробно. Например, в начале августа все в той же "Комсомолке" напечатают заметку о шумном судебном процессе, проходившем в ФРГ, в городе Франкфурте-на-Майне. Там под суд попало сразу несколько футболистов, которые брали деньги с соперников и "сплавляли" игры. Так, вратарь команды "Кельн" М. Манглиц был приговорен за подобные "штучки" к штрафу в 25 тысяч марок. Играть в бундеслиге ему было теперь запрещено.

И еще о футболе. На момент выхода статьи В. Цекова в отечественной высшей лиге наступил недельный перерыв между 1-м и 2-м турами. К этому моменту турнирная таблица среди лидеров выглядела следующим образом: на 1-м месте находилось киевское "Динамо" (23 очка), на 2-м — ереванский "Арарат" (21), на 3-м — московское "Динамо" (19).

Но вернемся к хронике событий.

В Москве продолжается Международный кинофестиваль. Еще задолго до его начала в столичной тусовке говорили о том, что на него привезут скандально известный фильм "Беспечный ездок" с Фондой-младшим и Денисом Хоппером (он же режиссер) в главных ролях. Картина про бунтарскую молодежь успела наделать много шума в мире, поэтому в Москве ее ждали с огромным нетерпением. Однако вышел "облом". В один из фестивальных дней по столице пронесся слух, что "Ездока" будут показывать в "Ударнике". Легко представить, что творилось возле кинотеатра в тот день: толпы молодых людей штурмовали кассы, едва их не разгромив. Объяснения работников кинотеатра, что "Беспечного ездока" показывать не будут, никакого впечатления не производили: все считали, что их просто обманывают. Но, конечно, это был просто слух. В тот день вместо "Беспечного ездока" был показан фильм "Наездники" с красавцем Омаром Шарифом в главной роли. Ничего общего между этими фильмами, естественно, и близко не было.

Еще один забавный случай произошел в те дни с одной японской критикессой, которая приехала в Москву на фестиваль. Она была хорошо знакома с женой режиссера Василия Катаняна Инной, остановилась у нее дома и стала взахлеб хвалить жизнь советских женщин: дескать, им не надо бороться за свои права, профсоюзы стоят на страже их интересов, медицина бесплатная и т. д. и т. п. Жена Катаняна не стала с ней спорить. Она поступила иначе: на второй день после приезда японки повела ее по продуктовым магазинам, расположенным в самом центре Москвы — на улице Горького. Когда гостья увидела, что на прилавках и в помине нет никакого изобилия и в разгар фруктово-овощного сезона продают один лишь "лук зеленый несортовой" с кусками земли, ее вера в счастливую жизнь в СССР была поколеблена. Во всяком случае, вплоть до своего отъезда с фестиваля она уже не заикалась о преимуществах советских женщин перед японскими.

Популярный киноактер Юрий Соломин все дни проведения фестиваля вынужден был пролежать на больничной койке. Угодил он туда неожиданно. Малый театр летом отправился на гастроли в Киев, где с Соломиным и случилась беда — прямо на сцене, во время спектакля "Пучина" у него начались дикие боли. Со сцены его буквально вынесли коллеги. Оказалось, что у него не просто аппендицит, но и перитонит. Соломина немедленно прооперировали, после чего отправили долечиваться в Москву. В итоге почти два месяца он вынужден был провести в больнице. За фестивальными событиями он следил по радио.