Настоящая фантастика – 2014 (сборник) - Марина Ясинская

А что же отсталый «хвост», сорри, Восток? Кин-Нан-Тэ показан нам только в развалинах, но:

«Гэн Атал силился вспомнить, где на Земле он видел подобную архитектуру. В каких отреставрированных городах древности?

Не на востоке ли Азии?»

Вот и ответ: Кин-Нан-Тэ – чисто восточный город и по сохранившейся архитектуре, и памятникам, и по множеству тщательно выписанных Ефремовым деталей. Случайность? Иван Антонович таких случайностей не допускал. Значит, крышка всепланетной монокультуры захлопнулась над Тор… простите, Землей, не сразу, а через конфликт. В данном случае нам не важно, имело ли место масштабное боестолкновение или писатель прибегнул к метафоре.

Оторвемся на минуту от экрана монитора, оглядимся окрест. Процесс запущен и идет полным ходом. Американская массовая культура, замешенная на культе техники, победно шагает по планете. «Прогибаются», как это предсказал Ефремов еще в семьдесят первом, даже Китай и Индия. О России и говорить не станем. А те цивилизации, которые изначально невосприимчивы к «западным ценностям», например, исламские, вгоняются в средневековье путем насаждения радикального фундаментализма и отчуждения природных ресурсов (Ирак, Ливия). И тем самым выводятся из геополитической и идеологической борьбы в качестве серьезных игроков. Предсказание сбывается, конфликт в разгаре.

Итак, крышка монокультуры над Тормансом/Землей захлопнулась. Это автоматически означает установление власти кучки олигархов с полной монополией на информацию. Что и отражено в тексте:

«– Понимаю, – кивнула Фай Родис, – показать только то, что хотят правители Торманса. Подбором новостей создается «определенное впечатление». А может быть, создаются и сами «новости».

Ах, как знакомо, как знакомо. «Ядерное оружие» Саддама Хусейна, «этнические чистки» албанцев в Косово. И ведь поверили! Поверили. Даже при наличии противоречивых источников информации. А если источник информации один? Представим нашего современника, офисного сидельца, в этих условиях. Думая, что получает достоверную картину мира, он видит только создаваемые симулякры, ничего общего с действительностью не имеющие.

Что дальше? Порог Синед Роба преодолен, раскручивается маховик потребления, финал закономерен.

«Ученые – обманщики, трусы и ничтожные прислужники. Во многих поколениях они обманывали правителей и народ Ян-Ях, и, насколько я знаю, то же было в старину на Земле. Они обещали, что планета может прокормить неограниченное количество людей, и совершенно не учли, что земля истощится задолго до назначенной ими предельной цифры. Не учли вреда химических удобрений, отравивших растения и почвы, не учли необходимости определенного жизненного пространства для каждого человека. Не понимая всего этого, они не постеснялись выступить с категорическими заключениями. И в результате вызвали страшную катастрофу. Восемьдесят лет Голода и Убийств! Правда, за ошибки и наглость они расплатились. Тысячи ученых повесили вниз головами на воротах городов или перед их научными институтами. Ученые всегда обманывали нас, владык, и особенно математики и физики, в реальных успехах которых никто, кроме них самих, не мог разобраться».

Разумеется, владыка Торманса сильно лукавит. Ефремов был прекрасно осведомлен о людоедской концепции Римского клуба. Есть предпосылки полагать, что и восемьдесят лет Голода и Убийств, и последующие эпохи жестко управлялись и даже были инспирированы сверху.

Во-первых, был сохранен весь хай-тек. А потом и приумножен. Странно при катастрофе, унесшей жизни девяти из десяти жителей планеты.

Во-вторых, легенда о добром докторе Рце-Юти, первооткрывателе Нежной Смерти, слишком красива, чтобы оказаться правдой. Особенно в части массового внедрения этого передового средства умерщвления.

И, наконец, в-третьих.

«Гзер Бу-Ям долго молчал, затем принялся рассказывать Родис о беспримерном угнетении «кжи».

– Все это, – сказал он, – вычеркнуто из истории и сохранилось лишь в изустном пересказе.

Родис узнала о массовых отравлениях, убавлявших население по воле владык, когда истощенным производительным силам планеты не требовалось прежнее множество рабочих. И наоборот, о принудительном искусственном осеменении женщин в эпохи, когда они отказывались рожать детей на скорую смерть, а бесстрашные подвижники – врачи и биологи – распространяли среди них нужные средства. О трагедии самых прекрасных и здоровых девушек, отобранных, как скот, и содержавшихся в специальных лагерях – фабриках для производства детей».

Управление процессом не прерывалось ни на минуту.

Это будущее видится нам куда более вероятным, чем ласковый мир ХВВ. Устройство Торманса/Земли – высокотехнологичный фашизм, причем по научной мощи мало уступающий Земле коммунистической (в чем, кстати, видится определенное сходство с цивилизацией Третьего рейха, породившей львиную долю прорывных открытий двадцатого века).

Доказательства? Их есть в тексте изрядно.

Очень мало времени понадобилось тормансианам, чтобы разгадать тайну защитного поля землян. Стоило Вир Норину прочесть лекцию об устройстве Вселенной, правильные выводы воспоследовали немедленно: сверхдальняя связь «Темного Пламени» с Землей – фальшивка, спектакль. А чего стоит бытовая машинка для определения умственных способностей на городском почтамте? Посложнее иного мнемоскопа будет и диагностика – почти мгновенная. А волновая психотехника «Встречи со Змеем»? Заметим в скобках, что здесь антиутопия Ефремова смыкается с другой великой антиутопией АБС – «Обитаемым островом». И тут, и там решается проблема дисторсии психики, вызванной различием между внушенными симулякрами и тем, с чем человек сталкивается повседневно – ежечасно и ежеминутно. У АБС это «башни ПБЗ» (в ХВВ – «дрожка»), у Ефремова – «Встреча со Змеем». Удивительное совпадение, и совпадение ли? Не секрет, что в ОО АБС писали Советский Союз, переживший ядерную войну, поэтому можно рассматривать роман как антиутопию «близкого прицела». У Ефремова прицел – на века, однако методы, методы…

Отдельный вопрос – способна ли цивилизация Торманса выйти в космос? Еще как!

«Сообщение главной обсерватории Хвоста подтверждено следящими станциями. Вокруг нашей планеты обращается неизвестное небесное тело – вероятно, космический корабль. Орбита круговая, угол к экваториальной плоскости – 45, высота – 200, скорость…»

– Они умеют рассчитывать и орбиты, – буркнул Гриф Рифт».

Знания не утрачены. Не утрачены и боевые умения.

«– Что это было? Нападение? – встретила их Фай Родис.

– Очевидно, – угрюмо кивнул Гриф Рифт. – Вероятно, стреляли ракетами».