Имперское наследство. Забытый осколок - Константин Федоров

— Ты позачем шрейн? — в голосе мужчины легко угадывалось крайнее раздражение.

— Чё? — не понял Кот.

— Ты позачем шрейн? — повторил мужчина, и кинул к его ногам комбез. — Вестир-се цее!

— Что это? — Кот брезгливо посмотрел на старую, явно уже кем-то ношенную вещь.

— Вестир-се! Той те гута! — мужчина повелительно указал на принесенный им комбез. — Софорт!

— Хрень какая-то! — ругнулся Кот, но комбинезон все же поднял, решив одеться.

Он уже понял, что оказался не на своей станции. И странное поведение мужчины его озадачило. Да и стоять голым на холодном полу удовольствия не доставляло!

Застежки комбинезона оказались странной конструкции, и Кот порядком намучался, пытаясь их застегнуть.

— Гута! Полещь цудеть! — мужчина указал на открытую им дверь в какое-то помещение. — Темь взуртя. Пойщи се!

Кот с опаской заглянул в дверь. Среди всякого хлама он увидел кучу старой обуви.

— Взуртя! Пойщи! Сейчас! — мужчина повелительно указал именно на эту кучу.

— Обувь, говоришь, найти? О’кей! — Кот наконец-то понял, что от него хотят.

— Шага! — подтолкнул его в спину мужчина и закрыл дверь.

169

— Где же комбез? Куда же я его положил? — Док отошел от открывающейся капсулы. — Ага! Вот он!

Подобрав отложенную вещь, он подошел к кричащему какую-то тарабарщину рабу.

— Ты чего орешь? — раздраженно спросил он.

— Чё? — спросил раб.

Смысл ответа ускользнул от Дока.

— Ты чего орешь? — вновь спросил он. — Надевай это!

Раб брезгливо посмотрел на почти новый комбинезон и что-то спросил.

— Надевай! Для тебя и это хорошо! — Док указал на принесенный им комбез. — Немедленно!

Раб послушался. Док чуть не рассмеялся, глядя, как раб долго не может справиться с застежками обычного комбеза. Наконец тот оделся.

— Хорошо! — похвалил его Док. — Иди туда! Там обувь. Поищи себе!

Раб подошел к двери, заглянул, и наконец нерешительно шагнул в кладовку Дока.

— Пошел! — толкнул его в спину Док, раздраженный непонятливостью раба. — Надо с ним что-то делать. Ничего ведь не понимает! Хорошо еще, что его обруч команды воспринимает, а то бы вообще беда была! — бормотал Док, нервно расхаживая по медблоку. — Что бы такого сделать, что бы сделать…

Вдруг он остановился, поймав за хвост интересную мысль.

— А что? Может сработать! — Док кивнул, соглашаясь с собственной идеей, и подбежал к пульту кибердока.

— Так… так… а это вот так… Базу... базу… Ага! А базу мы так загрузим… — Док, высунув от усердия язык, колдовал над пультом.

От программирования капсулы его отвлекла серия ударов в дверь кладовки. Рабу, видимо, надоело сидеть взаперти, и он попытался вырваться.

— Вот дурной-то! Вот буйный! Понятно, почему его на препаратах держали! Идиот! Дверь же заблокирована! Придурок! Пусть, пусть подолбит. Выдохнется, смирным станет. — Док хихикнул, но вдруг напрягся. — А... Там же мои вещи! Вдруг он что-нибудь сломает?

Бросившись к двери Док дал команду разблокировать замок. В распахнувшемся проеме стоял раб, держащий в руках, похоже, окончательно сломавшийся технический тестер, которым он колотил в дверь.

— Ну что за идиот! Брось! И отойди! Отойди! — Док безуспешно пытался разглядеть происходящее за спиной раба. — Уйди с дороги!

Раб двинулся на Дока, сжимая в руках испорченную вещь.

Он! Посмел! Испортить! Вещь! Личную вещь Дока!

Взвизгнув от избытка чувств, Док активировал комплекс имплантов, ускорился, и практически смел раба в сторону, за короткий промежуток времени успев нанести серию тяжелых и крайне болезненных ударов. Не обращая внимания на скорчившегося от сильной боли раба, Док принялся перебирать раскиданные вещи.

— Дебил! Урод! Тупая скотина! Дерьмо харша! — истерично выкрикивал Док, пытаясь привести в порядок свою кладовку.

Обернувшись, он наткнулся на недоуменный взгляд лежащего на старых комбезах раба, и вспомнил, что раб его не понимает.

— Встань! Что лежишь? Поднимайся! Иди туда! Иди! — подкрепляя свои слова действиями, Док поднял раба на ноги и вытолкал из своей сокровищницы.

Дотолкав его до подготовленной капсулы Док показал на нее пальцем.

— Раздевайся! Лезь туда! — скомандовал он.

Видя непонимание в глазах раба и чувствуя его сопротивление, Док разозлился.