Черная невеста (СИ) - Unknown

  Но этот морф! Что-то я расслабился в последнее время, что смог позволить ему диктовать свои условия. Впрочем, в данном случае пострадала лишь задетая гордость, ведь было бы много хуже, если бы Люцифэ сбежал или нанёс непоправимый вред Дариону. А так можно попытаться его контролировать или, во всяком случае, постоянно держать в поле зрения. Он слишком самоуверен, и когда-нибудь это его погубит.

  Однако требование Люцифэ лишь подтвердило мою уверенность, что исчезновение Зака и Гроссера его рук дело, но как это доказать? С другой стороны, получается что-то этому морфу нужно, если он поставил столь странное условие - продолжать обучение в Академии. И к Совету Города он не относится никоим образом - это точно.

  Я привалился к стене коридора и сконцентрировался, настраиваясь на ауру морфа. Тот до сих пор расслабленно сидел в кресле. Но вот по телу прошла лёгкая дрожь, и оно стало быстро меняться. Люцифэ распахнул опушенные густыми ресницами глаза и бездумно уставился в потолок. Ну и? в первый раз вижу, чтобы морф трансформировался в два этапа. Пока что я наблюдаю лишь мужскую копию девчонки. Накрашенный, как продажная девка, этот парень смотрится откровенно оригинально, если не сказать больше. Однако между этим парнем и Люцифэ, которого все знают разница минимум сианов двадцать. По правде сказать, я лишь в замшелых легендах встречал возможность морфов менять пол и биологический возраст. Что ж, на мою долю выпала редкая возможность видеть подобные преобразования.

  Наконец, Люцифэ глубоко вздохнул, стал и закрыл глаза. Воздух вокруг него покрылся лёгкой рябью и тело стало медленно... молодеть? На достижение окончательного результата понадобилось почти две стигны, после чего морф мешком свалился на пол. Трясущиеся руки и сбивчатое дыхание однозначно указывали на сильное перенапряжение от произошедшего процесса. Пошарив в пышных юбках ставшего слишком большим платья, Люцифэ достал из потайного кармашка дозу наркотиков и без всяких предосторожностей вогнал иглу в кожу на внутренней стороне запястья. Ни одной ранки или пятен от прошлых приёмов не было, хотя мне не раз доводилось видеть руки тех, кто употреблял 'слёзы ангела' и им подобное. Чем-чем, а уж белизной и ухоженностью они похвастаться ну никак не могут.

  Тем временем Люцифэ извлёк из-под кожи иглу и тут же вколол вторую дозу, затем третью. Мне стало слегка не по себе? Что же должен быть за организм такой, чтобы справиться с подобной дозой яда?

  Впрочем, морф, похоже, сильно переоценил свои силы, так как буквально полстигны спустя его лицо подёрнулось дымкой муки. Люцифэ только успел нагнуться вперёд, как его стошнило. Взгляд светлых глаз так и норовил расфокусироваться. Что ж, мне даже голову ломать не пришлось. Можно брать этого недоумка голыми руками. В ближайшие боя три он всё равно не в состоянии защищаться.

  Отлепившись от стены, я быстрым шагом направился обратно к комнате. Быстро войдя внутрь, я активировал защиту на двери. А то мало ли какие ещё сюрпризы могут сегодня произойти. Скользнув взглядом по раскачивающемуся в трансе морфу, с силой сдавливающему виски, посмотрел на Дариона. Тот, как обычно с ним в последнее время случается, выбрал самый неудачный момент, чтобы прийти в себя и теперь, приподнявшись на локте, непонимающе смотрел на Люцифэ.

  И почему бы ему не прийти в себя хотя бы на четверть боя позже? Нужно будет проверить как-нибудь мальчишку на наличие активных проклятий... да и себя заодно не помешает. Может, его обратно вырубить, пока он окончательно не осознал, что здесь происходит? Всяко будет меньше головной боли и ему, и мне.

  Мысль показалась довольно здравой, особенно, если представится хотя бы полбоя времени подредактировать ребёнку память. Варан поймёт необходимость столь радикальных мер. Я уже шагнул было к кровати, но застыл, вздрогнув.

  - Придурок ты, Дар. А ведь я тебе доверяла. - У Дариона расширились от изумления глаза, я поспешно повернулся. Люцифэ, в съехавшем до локтей платье, всё так же стоял на коленях и неотрывно смотрел на одногруппника. Но не это заставило приподняться волосы на голове. Голос морфа был другой и интонации однозначно принадлежали Дарку! - Если бы ты всё не испортил...

  Внезапно Люцифэ с силой замотал головой и, обхватив себя руками, вновь стал маятником раскачиваться, повторяя в полголоса как заклятье:

  - Я Фэ, я Фэ, я Фэ. Я не Дарк и не Арион. Джеров откат! Я...

  Сообразив, во что вляпался, я мученически вздохнул. Дознаватели Города перебьются и без подопытного морфа. А мне нужно однозначно провериться на проклятия.

  ХХХ

  Нам два дня пришлось по очереди дежурить у постели Люцифэ, пока он полностью не пришёл в себя. Довольно жуткое, надо сказать, зрелище, чем-то похожее на одержимость, когда одногруппник внезапно начинал вести себя и говорить то от имени Дарк, то Ариона.

  Причиной столь странного поведения, как рассказал мне Амореонэ, стал 'поцелуй русалки' - своеобразная способность впитывать в себя чужую память. Побочным эффектом, как оказалось, была возможность потерять собственную личность, растворившись в чужих воспоминаниях. Следовательно, Люцифэ знает всё о Дарк и - я невольно покосился на задремавшего в кресле магистра - Арионе.

  Как относиться к одногруппнику в свете последних событий и рассказа Амореонэ, я не знал. К магистру Ариону тем более. Как ни удивительно, но наставник не заикался больше о передаче Люцифэ властям. Наблюдая за каменеющим лицом, когда на морфа находили воспоминания о личности стража тёмного факультета, я даже понимал почему. Кому хочется отдавать подобное оружие против себя? В данной ситуации, похоже, даже долг перед Империей малодушно капитулирвал. Меня удивляло только одно: что Арион не воспользовался возможностью, чтобы убить морфа или выудить интересующие его сведения. Хотя по поводу последнего, я, кажется, понимаю причины - пытаться выудить информацию из головы, где такая каша - довольно рискованное предприятие. Несмотря на то, что магистр очень силён в ментальном плане, это его непрофилирующая способность.

  Люцифэ пришёл в себя внезапно. Я почувствовал на себе его долгий взгляд и отвлекся от размышлений. Морф выглядел вполне вменяемым и безгранично спокойным.

  - Долго я был... неадекватным? - тихо спросил он.

  - Два дня.

  - Понятно. И ты за мной присматривал. Почему?

  - То есть?

  - Ты мне доверился, а я тебя использовал. Почему ты вызвался присматривать за мной?

  - Так ведь больше некому, - стараясь говорить небрежно, откликнулся я.

  - И Арион не стёр тебе память... это на него не похоже.