Дикая Роза - Анна Альварес

Свидание Агустина Кампоса с сеньорой Дульсиной Ли-нарес было кратким.

Она вопросительно взглянула на него.

— Да, сеньора, — сказал он. — Я пришел, чтобы сказать, что готов ликвидировать Розу Гарсиа.

ДВЕ ВДОВЫ ОДНОГО ЛИЦЕНЦИАТА

В следующую свою встречу с Розой Херман Лаприда вдруг спросил:

— Скажи, Роза, ты знакома с журналистом Эрнесто Рохасом и хозяином магазина Анхелем де ла Уэрта?

— А откуда ты знаешь о них?

Он промолчал, и она поняла, что он специально интересовался ее прошлым. Это задело ее.

— Разве я спрашиваю тебя о твоем прошлом?

— Но я мужчина, — живо отозвался он.

— Ну и что? Разве у мужчин нет прошлого? Или им все списывается? А вот женщина должна ходить опозоренной до самой смерти, если совершила хоть одну ошибку.

Он не возражал. Сказал только, что существуют неписаные законы, по которым одним позволительно совершать то, что непозволительно другим.

— А эти неписаные законы распространяются на ту, которая подходила к тебе в ресторане? Она небось и разносит слухи, которые тебя заинтересовали.

Роза спросила, был ли у них роман.

— Если и был, что тут такого? — ответил Херман.

— Браво! — отреагировала Роза. — А я, по-твоему, должна выслушивать попреки за то, что жила по каким-то неписаным законам? Почему ты пристаешь ко мне с мерзкими вопросами?

Он ответил просто:

— Потому что я люблю тебя.

— Странная любовь, — отозвалась она сердито.

Действовать без плана было опасно. Агустин считал, что Роза должна попасть в руки Дульсины без применения какого бы то ни было насилия.

Где грубое насилие, там, как правило, появляются сви детели. А свидетели им были не нужны. Дульсина так торопилась, что готова была платить за любой риск.

Ему пришлось объяснить ей, что если он окажется за решеткой, то ему будет мало проку от денег, которые она согласна ему заплатить за риск. Он попросил ее несколько минут помолчать и послушать, что он ей предложит…

В это же время в противоположном конце дома, в гостиной, Леопольдина рассказывала Леонеле о звонке сеньориты Фернанды Араухо.

Леонела помнила эту сеньориту. Она была на свадьбе Рикардо и Розы.

— А что ей надо? — спросила она Леопольдину.

— Навести справки о дикарке. Дикарка у нее жениха решила отбить! — с наслаждением выпалила Леопольдина.

Леонела вслух удивилась власти, которую имеет над мужчинами эта оборванка.

— Она их, наверно, опаивает, — предположила Леопольдина, давно подозревавшая Розу в знакомстве с нечистой силой.

Старшая служанка огляделась, будто боялась случайного подслушивания, которым постоянно грешила сама, и добавила:

— Но я рассказала сеньорите Фернанде такие подробности о Розе Гарсиа, что, думаю, дикарке не поздоровится!

Когда Рикардо был приглашен в неизвестную ему юридическую контору для конфиденциального разговора, он сразу понял, о чем пойдет речь.

И в самом деле, первые же слова незнакомого адвоката были о том, что дом Линаресов больше им не принадлежит.

Рикардо как юрист сам понимал, что все рассуждения о том, что этот дом — родовое гнездо Линаресов, ставших жертвой афер покойного лиценциата Роблеса, что сестра подписала роковой документ не глядя, попросту неуместны в разговоре между деловыми людьми.

Но он все-таки изложил все это адвокату. И, конечно, тот ответил, что сестра сеньора Линареса совершила непростительную ошибку. Но, так или иначе, дом перешел во владение к Роблесу. А после его смерти стал собственностью его законной жены Марии Елены Торрес, которую он имеет честь, представлять. В настоящее время законная вдова лиценциата Роблеса заявила о немедленном востребовании своего наследства.

Видя, как сокрушен представитель одного из самых знатных семейств города, адвокат посоветовал ему поговорить с сеньорой Марией Еленой, которая сейчас в Мехико и живет в отеле неподалеку от его конторы.

Адвокат рассказал Рикардо, что она всю жизнь еле сводила концы с концами и, наверное, поэтому так торопится сейчас получить неожиданное богатство. Если сеньор Рикардо пожелает, можно устроить его встречу с сеньорой.

Леопольдина раздувалась от гордости и одновременно тряслась от страха. Много важных поручений выпадало на ее долю. Но таким опасным делом она еще никогда не занималась. Именно ей поручено было подыскать дом, в который предстояло заманить Розу Гарсиа.

И Леопольдина нашла такой дом. Рассказывая о выполненном поручении Дульсине, старшая служанка особенно гордилась тем, что стоить он будет недорого. Потому что находится в трущобах. Сейчас ведь им, Линаресам, не до роскоши!

Она уже не замечала, что давным-давно причислила себя к этому семейству, где ее кто ненавидел, кто презирал, но все же нуждались в ней. Дом сдавался в аренду и находился в квартале Сан-Карло, мало чем отличавшемся от приказавшего долго жить Вилья-Руин.

Эту новость Дульсина приняла с удовлетворением. Другая была значительно хуже.

Первая же фраза Рикардо так и звучала:

— У меня плохие новости. Дульсина отреагировала злобно:

— Ну, конечно.. Умер Себастьян, и ты должен бежать туда, потому что там твоя дикарка.

— Оставь свои идиотские насмешки, Дульсина. Дело серьезное. И особенно для тебя, любящей этот дом.

Дульсина насторожилась.

— Нас выбрасывают из него на улицу, — продолжал Рикардо. — Приехала законная жена Федерико Роблеса.

Дульсина на какое-то мгновение словно окаменела, потом у нее началась истерика:

— Меня никто не может выбросить отсюда! Это самозванка!

Рикардо сказал, что попробует поговорить с нынешней хозяйкой этого дома, но очень сомневается в успехе.

— Господи! Какие еще унижения ты собираешься послать на голову Линаресов?! — продолжала кричать Дульсина.

Отель в котором остановилась Мария Елена Торрес, был не из тех, в которых обычно останавливаются миллионеры.

Видимо, вдова Федерико Роблеса еще не привыкла к своему новому положению.

Это была дама с довольно явными следами былой привлекательности, но уже сильно расплывшаяся и не очень следившая за собой. Она сразу дала понять Рикардо, что он нуждается в этом разговоре больше, чем она.

Выслушав его, она спросила:

— Если я правильно вас поняла, вы хотите сохранить дом, где родились Линаресы.

— Да, сеньора.

Она сказала, что такая возможность существует. Их дом ей, в сущности, не нужен. Она предлагает выкупить его у нее.

— Выкупить у вас свой собственный дом?.. — переспросил Рикардо в задумчивости.

— Простите, но он теперь не ваш, а мой, — улыбнулась Мария.

— Он отнят у нас в результате аферы вашего… покойного мужа, — сказал Рикардо, в душе проклиная себя за эти беспомощные и жалкие упреки.