Борьба за евразийские пограничные территории. От возвышения империй раннего Нового времени до окончания Первой мировой войны - Alfred Rieber

гетмана Павла Скоропадского. Он был вынужден опираться на консервативных землевладельцев и представителей старого режима из неукраинского, в основном русского, населения, чтобы укомплектовать правительство и командовать зарождающейся украинской армией. Ненависть к большевикам окончательно убедила его в июне одобрить украинизацию как способ сохранения боеспособности бывшей императорской армии. На протяжении лета и осени 1917 года в условиях распадающейся политической ситуации его взгляды эволюционировали в сторону создания украинского государства как своего рода вольного казачьего общества. Он разрывался между верностью исчезающей идее имперского правления и требованиями национальной автономии, усложненными социальными противоречиями между российскими правыми и украинскими левыми. В то же время он с подозрением относился к галицким украинцам, которых считал крайними националистами, пропольски настроенными и отличающимися в социальном и культурном плане от "русских" украинцев.

После заключения Брест-Литовского договора Скоропадский колебался над различными вариантами, ни один из которых, как он извинялся в своих воспоминаниях, не был идеальным. Он выбрал Центральные державы, полагая, что сможет добиться от них больших уступок, чем от белых или большевиков. В этом он оказался прав. Он смог способствовать развитию украинских культурных учреждений и добиться от центральных держав обещания включить в состав своего государства Крым, Бессарабию и Кубань. Он также создал большую армию в 65 000 человек. Но он управлял как диктатор, не имея широкой народной базы. Австро-германская политика ограничения поставок продовольствия и поддержки землевладельцев, пытавшихся вернуть экспроприированные крестьянами поместья, подорвала его авторитет и вызвала крестьянские восстания. После капитуляции Германии он искал поддержки у союзников, которые выступали против независимости Украины и требовали вместо этого федерации с Россией под управлением белого правительства.

Недовольные группы украинских националистов объединились, чтобы организовать народное восстание под руководством нового правительства, названного Директорией и напоминающего умеренную фазу Французской революции. Как и в Финляндии и странах Балтии, ключом к украинской независимости была организованная вооруженная сила, которая могла бы получить одобрение союзников. Главным лидером в создании украинской армии был Саймон Петлюра, известный журналист и политический активист, который начал работать в этом направлении летом 1917 года. Он стал инициатором серии Всеукраинских военных съездов, которые стремились заручиться одобрением Временного правительства. Будучи соперником Скоропадского, он не решался взять на себя контроль над национальным движением и не смог обеспечить сильное политическое руководство в критические моменты как до захвата власти большевиками, так и после заключения Брест-Литовского договора. Другими словами, он не был Маннергеймом. Однако не стоит недооценивать препятствия, с которыми столкнулся он и другие украинские лидеры на пути создания сильной армии, стоящей на страже интересов правительства. Главными проблемами были политический раскол между Западной и Восточной Украиной и анархическая социальная революция в сельской местности.

В Галиции на закате Габсбургской монархии группа украинских военных захватила власть в Львове и провозгласила Западно-Украинскую республику, в которую вошли Галиция, Северная Буковина и Закарпатье. Поначалу республика имела преимущества в государственном строительстве по сравнению с Восточной Украиной. Как мы уже видели, при Габсбургах украинцы в провинции Галиция развивали активную общественную жизнь и приобрели политический опыт в соперничестве с поляками. Когда началась война, украинские политические лидеры в Галиции заявили о своей лояльности короне и ходатайствовали о создании украинского военного подразделения. Монархия призвала сотни тысяч галичан в регулярную армию, а также разрешила сформировать элитные войска, Украинскую Сечь, подобную Польскому легиону Пилсудского. Австрийцы использовали эти войска при оккупации Украины.

После прекращения войны Западно-Украинская Республика быстро установила контакт с Украинской Народной Республикой в Киеве, и в январе 1919 года два правительства объединились в хрупкий союз. В нем были идеологические разногласия, и Западная Украина сохранила автономный статус. Но настоящие проблемы пришли извне. На Западной Украине главным внешним врагом было новое польское государство, претендовавшее на территорию восточной Галиции. Были и другие: румыны оккупировали Буковину, а венгры сохраняли контроль над Закарпатьем, пока их не вытеснили чехи. Западноукраинцы быстро восстановили армию, разбежавшуюся после ухода Скоропадского с немцами. Но они не смогли противостоять 100-тысячной Голубой армии генерала Галлера, вооруженной, оснащенной и поощряемой французами. Тем временем в начале 1919 года Директория оказалась зажатой между возобновившимся наступлением большевиков с севера и наступлением белой Добровольческой армии, поддерживаемой 60 000 французских солдат, высадившихся в Одессе. По словам Сергея Екельчика: "Украина должна была стать полем битвы в российской гражданской войне между красными и белыми". Но события можно охарактеризовать и как украинскую гражданскую войну, поскольку этнические украинцы, служившие в большевистской и белой армиях Директории убивали друг друга ради победы своего видения "Украины"".

По мере формирования и распада военных фронтов - с 1917 по 1920 год Киев шесть раз переходил из рук в руки - сельская местность полыхала. Десятки тысяч распущенных солдат, дезертиров и вооруженных крестьян погрузили сельскую местность в хаос. Они изгоняли помещиков и разоряли крупные имения; они устраивали оргии грабежей и антиеврейского насилия; они часто объединялись с регулярными армиями, но не прочь были перейти на другую сторону. В попытке спасти что-то из обломков Петлюра обратился к полякам. Пилсудский приветствовал возможность союза, как только ему стало ясно, что белые проиграли гражданскую войну на Украине и борьба с большевиками неизбежна. В апреле 1920 года польское правительство и Директория подписали политическое соглашение и военную конвенцию. Однако все карты были в руках поляков, а украинцы были вынуждены занять подчиненное положение в союзе. Их политические отношения с Польшей и границы оставались туманными и неясными. Для Пилсудского соглашения оставляли открытой возможность включения Украины в его большую федеративную схему. По противоположным причинам Дмовский и его сторонники выступали против соглашения. Они предпочитали иметь в качестве соседа Россию, а не Украину. Как заявил Станислав Грабский: "ибо мы, поляки, имеем больше прав на земли, лежащие к востоку от реки Збруч, чем русские", в то время как Украина требовала бы своих прав на восточную Галицию на основе национального самоопределения.

Когда Пилсудский наконец начал наступление на большевиков, украинские войска укрепили его правый фланг. Но поляки не выполнили своих обещаний по снабжению большой украинской армии. Подозревая, что этого не произойдет, части Сечевых стрельцов покинули фронт и переправились в Чехословакию, где были интернированы. Польско-русская война превратилась в борьбу на равных: поляки заняли Киев и были отброшены к Варшаве, а затем в ходе контрнаступления вернули себе большую часть Галиции и западную Белоруссию.

Взаимно измученные, поляки и большевики подписали в 1920 году Рижский договор, который признавал линию военного фронта международной границы. В результате украинская армия столкнулась со всеми силами Красной армии. Сильно потрепанные, они отступили в Польшу, где были интернированы. Попытка Петлюры организовать движение