След зомби (Трилогия) - Олег Дивов

Кремер не понял, отчего согласился со всем этим бредом. Он просто вдруг ощутил, что так будет правильно и Нине действительно требуется его помощь. Более того, ему вдруг стало так хорошо, как будто он всю жизнь мечтал приютить и обогреть совершенно незнакомую девицу, к тому же не достигшую совершеннолетия. Он накормил ее, усадил перед маленьким телевизором на кухне, а сам вдруг снова почувствовал усталость и прилег. Тут же вырубился, и ему приснилось, что он эту юную прелестницу зверски насилует во всех доступных воображению формах. Проснулся Кремер от поллюции, мокрый, злой и угрызаемый совестью.

Спросонья он был с девчонкой не особенно ласков, недоумевая, какого черта впустил ее в дом. А потом ему вдруг стало с ней комфортно и легко. И он упоенно болтал с Ниной обо всякой ерунде, пока не позвонил Тим.

— Отец сказал, чтобы ты ни в коем случае не звонил ему, — говорила Нина, не глядя на Тима и притопывая ногой в такт словам. — Он сам позвонит, в субботу или воскресенье. На выходные его должны отпустить. Он сюда позвонит, нам нужно быть здесь. Он сказал, что это безопасное место.

— Так, — кивнул Тим, ощущая растущее беспокойство. Он «щелкнул», просканировал ауру Нины, но опять не разглядел никаких аномалий. Следящий контур тоже молчал. Тем не менее Тиму было неуютно. Он чувствовал, что девчонка неумело, скорее бессознательно, чем по злому умыслу, старается подавить его волю методами пси. В этом не было бы ничего удивительного — многие латентные сенсы ведут себя так — если бы не преувеличенная серьезность тона девушки и жесткость построения фраз. Еще несколько минут назад она вела себя естественно. А теперь — нет.

— Я не знаю, как ты к этому отнесешься, — сказала Нина, по-прежнему не глядя Тиму в глаза. — Это не я тебя прошу, это отец просит. А я ему верю, понимаешь? Он хочет, чтобы ты за мной присмотрел. Он именно так и выразился: «присмотрел». Он сказал, что ты все знаешь, все понимаешь и не откажешься. А к выходным он все уладит и свяжется с нами. И все будет нормально. Вот так он сказал. Ты что-нибудь понимаешь? Я — нет. Может, ты мне объяснишь?

— Да-да, погоди… — рассеянно пробормотал Тим. У него уже накопилось слишком много вопросов для того, чтобы еще и слушать, что там лепечет этот ребенок, используя взрослые конструкции и слова. На его взгляд, Нина не была зомбирована. «Но мало ли способов заставить человека делать то, чего он не хочет… Девчонка очень естественно себя повела, когда меня увидела. Ни малейшего испуга, только острый интерес. А вот сейчас с ней что-то происходит. Я уверен, что ее прислал не Самохин. Ее сюда загнал Проект. Но каким образом? И почему именно ее?»

Тут размышления Тима прервал неожиданный звук. В комнате громко пискнуло.

Это отбили час большие электронные часы на левом запястье девушки. Тим машинально посмотрел на свои, задумался, почему у него на часах всего лишь полдесятого, и чуть было не прозевал выстрел.

Тим блокировал двигательные реакции Нины буквально в последний миг — и фиолетовая молния распорола воздух прямо у него перед носом. Некоторое время Тим сидел, тяжело дыша, и даже «принюхаться» не пытался, что там происходит справа, откуда пытались выстрелить из «коробочки» ему в висок. Он был в легком шоке. В комнате пахло озоном.

— Вы чего там притихли? — позвал с кухни Кремер. — Целуетесь уже?

— Я сейчас! — с трудом выдавил Тим, собрался с духом и посмотрел направо — и глазами, и в измерении пси.

Девушка застыла, подняв руку с часами на уровень головы Тима. В торце корпуса часов, между регулировочными кнопками, виднелось отверстие, явно для этого механизма инородное. Тим покачал головой, старательно исследовал часы и по остаточному излучению понял, что стреляли именно они. Это был миниатюрный однозарядный СВЧ-излучатель, настолько компактный, что Тим его просто не «унюхал».

В ауре девушки по-прежнему не было никаких аномалий. Пытаясь установить, что же с Ниной сделали, Тим настолько разволновался, что даже пустил в ход руки, пытаясь мягкими пассами нащупать инородные кластеры в ее волновой структуре. Ничего. Перед ним сидела абсолютно здоровая девушка-сенс, по-прежнему теплая, спокойная и привлекательная, с полем сочных оранжевых тонов.

Тим поднялся и зашагал по комнате взад-вперед, не прерывая контакта с исследуемым объектом и пробуя унять дрожь в коленях. Ему было страшно. Он впервые увидел воочию существо с бинарной психикой и не смог вычислить его опасность для себя методами пси. Скорее всего для программирования этого зомби использовался гипноз. Так или иначе, а на этот раз Тим не «унюхал» беды. Он просто догадался, что дело нечисто. И едва-едва успел спастись.

Тим вышел на кухню и уставился на Кремера. Тот прихлебывал из кружки чай и рассеянно улыбался. Смотреть на этого нового Кремера было жутковато. Тим старательно подавил эмоции. «Истеричен я стал до безумия. Не ровен час, расплачусь. И, в общем, есть от чего. Как же я тебя, Коля, изуродовал! Похлеще, чем бог черепаху. Хотя если вспомнить, как ты от Проекта свое „вознаграждение“ получал… Эх, ладно! Не хватало мне еще с Проектом сволочизмом мериться. Главное — ты живой».

Тим налил себе чайной заварки, выпил, погонял ее во рту и с гулким бульканьем проглотил. Страх не улегся и после водки, но Тим надеялся, что она просто еще не подействовала. Тим внимательно «обнюхал» Кремера, и ему слегка полегчало. Какое-то легонькое пси из Николая все-таки пробивалось. Конечно, он пережил сильнейший шок, а потом еще весь день проторчал под мощным, но неприцельным экстрасенсорным воздействием. Это его обработала Нина. Тим представил себе, что девчонка творит с одноклассниками и учителями, и невольно поморщился. Латентный сенс не отдает себе отчета в том, каким образом добивается своего. Он просто знает, как себя вести, чтобы все получилось. Вот и на Кремера девочка наехала методами пси, сама того не подозревая. А в том, что сюда прислали именно ее, ничего удивительного не было. Проект начал расставлять на Тима капканы и брать заложников.

«Ох, проклятье! — Тим, приоткрыв рот, уставился на Кремера. — А как там остальные? Как Заяц, как Володька Гульнов? Да нет, их-то скорее всего не тронули. Проект знает, что я к ним прятаться не пойду. У них семьи, а Проект в курсе, что я не стану подвергать опасности ни в чем не повинных людей. Хотя тут-то Проект, наверное, отстал от жизни. Я теперь кого хочешь на уши поставлю…»

— Ты чего на меня так вылупился? — удивился Кремер.

— Да так… Задумался.

— Что с ней-то делать? Похоже, у нее беда какая-то.

— Трахнуть ее надо, и все тут. Не хочешь? Ладно, шучу. Сиди тут, я разберусь. Понял?