Весенние заморозки (СИ) - Александр Хомяков

-Чего только на свете не бывает, - подивился я и спросил у Тари, следует ли мне ходить с моими-то ногами, или лучше сидеть да эль хлебать. Она сказала, что не уверена, но вроде как ходьба мне будет полезнее, а вообще лучше подождать лекаря. Ждать я не стал - не сиделось мне на одном месте.

Проверив, как устроились мои воины (вповалку в одном большом зале и трех комнатах поменьше, оружие и доспехи валяются где попало, одни только нерберийцы удосужились соорудить для него что-то вроде стойки), я отправился на прогулку.

Набережная была застроена фахверковыми домами, среди которых изредка попадались каменные строения. Фахверк придумали в нашей небогатой лесом Нерберии, но прижился он почти повсеместно, кроме Эсталы и Баариса, где климат был слишком жарким, и здания предпочитали строить из песчаника и ракушечника, да еще избалованные обилием древесины кассорийцы не экономили дерево при постройке. Но Скейр был городом старым, и арденских каменных построек здесь тоже уцелело довольно много. Каменным было здание биржи, из камня была и таможня в порту. Свернув в одну из улиц, уходивших к центру города, я стал часто замечать изящные каменные особняки, здесь и там разрывавшие сплошные ряды белых фахверковых стен. Над некоторыми из особняков вздымались в небо знаменитые скейрские шпили, сияя не тускнеющей с годами арденской бронзой.

Скейр был городом, густо заросшим зеленью. Там, где в Аглайле или Кайле было не протолкнуться от нависавших друг над другом многоэтажных стоечно-балочных чудовищ, где было тесно и темно от смыкавшихся над головой верхних этажей и мансард, в Скейре было свободно. Изящные балконы, порой совсем миниатюрные или даже декоративные, были увешаны горшками и ящиками с цветами, на улицах пошире стояли черные кованые фонари, а по мере приближения к району, где жили богачи и дворяне, все чаще попадались небольшие уютные скверики. На скамейках в тени густой майской листвы отдыхали солдаты в кожаной броне или, изредка, в громоздких рыцарских латах...

Горожане, конечно, мне тоже попадались. Суетились служанки, величаво шествовали матери семейств, спешили по своим делам молодые девушки, ловя на себе взгляды воинов, краснея и улыбаясь. Однажды я увидел, как эйторийский рыцарь, склонившись с седла своего тяжеловоза, протянул совсем еще юной миакоранской девчонке едва распустившуюся розу, и как девчонка зарделась подобно этой розе и убежала. Мда, Старшие есть Старшие... нербериец бы ущипнул в лучшем случае. Однако я смотрел больше с интересом, чем с удивлением, вот только скамейку свободную мне найти не помешало бы, потому что ноги уже начинали меня беспокоить.

Скамейки, как назло, все были заняты, а подойти к воинам и попросить их подвинуться не позволяли остатки гордости. На меня и так оглядывались: ардены и миакринги - с участием, а эйтории - чаще с удивлением. Полагаю, что первые принимали меня за эйтория, а вторые как раз догадывались, какого я роду-племени. В самом деле, что здесь делать нерберийцу?

Уличное кафе нашлось за поворотом улицы, на углу. Столики были сдвинуты поближе к стене, скорее всего, чтобы не мешать проходу войск. Один оказался свободен, я осторожно опустился в плетеное кресло, с наслаждением вытянул ноги. Подошла служанка, я заказал эля и бросил на стол одну из чудом уцелевших в моем кошеле медных монет, она странно на меня посмотрела и ушла внутрь. Из дверей заведения вышли двое арденов весьма воинственного вида, приблизились, внимательно меня осматривая. Спросили, кто я такой и что делаю в Скейре. Я объяснил, ардены объяснением уже привычно мне удовлетворились. Снова появилась служанка, принесла эль, попросила прощения, что меня потревожили. Я дернул плечами - пустяки. Странно, что меня не останавливали каждые десять шагов. Нет, ну мало ли шпион какой.

Напротив кафе давал представление уличный театр. Вокруг небольшого помоста, на котором труппа бродячих эйториев играла 'Богача и лекаря', столпилось довольно много народа. В основном в толпе были ардены и миакринги, хотя я заметил и двоих эйториев постарше, в искристых плащах и с огромными секирами за спиной.

Богача изображал молодой парень изумительно высокого роста, лекаря - старик, роль служанки богача выпала эйторийке неопределенного возраста и тоже в общем-то довольно высокой. Эйториев Катаар ростом не обидел, женщины Старших запада были ростом не ниже мужчин иных рослых народов. Странно, но высокий рост не казался уродством, эйторийка выглядела довольно изящной, хотя хрупкой ее мог назвать только начинающий поэт. Живая мимика на ее лице, то кривившемся от обиды, то загоравшимся радостным интересом, то вытягивавшемся в удивлении, отвлекала от ее роста и вовсе. Зрители хлопали в ладоши, смеялись, двое эйториев в толпе лишь изредка одобрительно кивали, но однажды и один из них не сдержал одобрительного возгласа. Но мне больше было интересно видеть улыбающихся арденов. Непривычное зрелище, право слово.

Монетку в кафе у меня так и не приняли, но тут уж должны были принять. Не может же весь город заниматься благотворительностью, хоть и война на пороге? Я протянул руку к кошелю на поясе, и рука моя накрыла еще чью-то руку.

Пальцы на руках у меня гнулись еще очень плохо, но тут я скривился от боли и сжал добычу так, что она взвизгнула. Мальчишка, лет двенадцать от силы. Мальчишка-арден... эти черты лица невозможно перепутать ни с какими другими. Неужели и среди арденов бывают уличные воришки?

В конце концов, они все же завоеванный народ. У завоеванных не может быть все благополучно.

Вокруг нас быстро собралась толпа, вперед протолкались те самые двое эйториев. Я держал мальчишку крепко, он сжимал зубы, чтобы не заорать. Грязные нечесаные волосы, лохмотья вместо одежды, волчий взгляд. И короткий меч на поясе.

Эйториям хватило лишь одного взгляда, чтобы понять, к какому народу принадлежит мальчуган. Они отступили в сторону, один из них окликнул проходящих мимо лучников-арденов. Те подошли, один из лучников выступил вперед, посмотрел на мальчишку, потом на меня.

-Вор? - коротко спросил он. Я кивнул. Арден наклонился к мальчугану, внимательно посмотрел ему в глаза. Мальчишка не отвел взгляда, и во взгляде явственно читалась ненависть.

-Ты арден? - спросил он совершенно неожиданно для всех, включая меня.

-А кто же? - фыркнула дородная женщина справа от меня. - По лицу ж видать, что арден. Во времена пошли: раньше арденских детей и не видал никто, а сейчас они на улицах по карманам шарят. Вы уж разберитесь с ним, любезный, чай ваша кровь. Мне-то с Серым волком встречаться не больно охота.

-Никакой я не арден! - процедил мальчишка. - Полукровка я, ясно вам?