Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

такие операции — по моей части. В них я — главный, особенно когда это касается безопасности торговца Чэна. Как в данном случае. Кроме того, — добавил я, — обмотайте копыта лошадей тряпками, чтобы совсем не оставлять следов, и отправляйтесь вон к той роще. Там вы подождёте пока каганы не поедут по моим следам. После этого отправляйтесь дальше на север.

— Ты хочешь остаться один против рати каганов? — удивился Фань. — Ты же должен охранять Чэна, Вэй-ли!

— Охрана состоит не в постоянном нахождении рядом с тем, кого охраняешь, — процитировал я мастера Чжоу, — но предотвращении всех опасностей, грозящих ему. Сейчас я как раз этим и занимаюсь. Я попробую поводить каганов за собой ещё несколько дней, за это время вы уйдёте достаточно далеко и напасть на ваш след снова у них навряд ли получится. А если и получится, то фора у вас будет весьма приличной.

— Идёшь на смерть? — спросил у меня Цинь-ин, глядя прямо в глаза. — Ради чего? Или кого?

— Тебя, повелитель Чэн, — усмехнулся я, — и всех нас. Не забывай, это — моё ремесло.

— Брось это лицедейство, — отмахнулся тот. — Я ведь вижу, как ты смотришь на принцессу Юнь. Теперь же хочешь умереть, чтобы доказать мне и ей свою любовь, так?

— Не в этом дело, — бросил я. — Я всего лишь делаю своё дело. И советую всем поторопиться, как и поторопить принцессу. — Очень надеюсь, что мой голос не дрогнул, когда я произносил последнее слово.

Когда мы остались одни с Цинем-ин, он специально отозвал меня в сторону, пока все были заняты носилками и копытами лошадей, сын предводителя первым делом спросил у меня:

— Зачем ты делаешь это? Что хочешь доказать? И кому?

— Да, да, да, — рассмеялся я, — три тысячи раз «да». Я впервые испытал настоящее чувство, когда увидел принцессу в том возке. Даже если б мы решили не отбивать её у каганов, быть может, я бы и сам, нарушив слово, данное твоему отцу, кинулся спасать её. Я понимаю, что — не пара ей. Какой-то жалкий тяньган с оловянными глазами и принцесса правящего дома Мин, — это даже не смешно. Другое дело ты, Чэн, — даже сейчас я ни на мгновение не забывался, называя Циня-ин вымышленным именем, — глава отряда и человек видный, не то что я. Мне даже и думать нечего тягаться с тобой на этом фронте. А вот жить с таким грузом на душе почему-то совершенно не хочется.

— Да это предательство какое-то! — вспылил Цинь-ин. — Ты предаёшь и меня, и всё наше дело, ты даже принцессу предал, и своё чувство к ней, ты это понимаешь?

— Понимаю — не понимаю, какая разница, — отмахнулся я. — Может и предаю, но наказание последует через несколько дней максимум. И знаешь, что скажу тебе, Чэн: проживи жизнь с принцессой Юнь и за меня тоже. А я из Подземного мира[302] погляжу на вас.

— Ты сейчас говоришь как старик ста лет со своими правнуками, — сплюнул на землю Цинь-ин. — Слушать противно.

— Старики разговаривают так, чувствуя скорую смерть, также и я, — пожал я плечами.

Тут к нам подошёл лучник Чин и сообщил, что всё готово. Я кивнул ему и зашагал не оглядываясь к возку, от которого уже тянулись несколько длинных ремней, к каждому привязана по паре лошадей — все наши заводные, отбитые у каганов.

— Каганы попытаются взять тебя примерно вот здесь, — указал мне на карте, купленной у торговцев, место лучник Чин. — Никаких деревьев голая степь, практически как на их родине. Они окружат тебя и станут кидать арканы, чтобы стащить с козел, и мой тебе совет: лучше покончи с собой до того, как они возьмут тебя.

— Я знаю нравы каганов, — мрачно улыбнулся я, — и совсем не понаслышке, мастер Чин. Или вернее, учитель Чин по прозвищу «Молниеносный лук». Я много слышал вас от мастера Чжоу, передайте ему привет от меня и поблагодарите за науку, преподанную мне.

— Ты славно усвоил её, Вэй-ли, — кивнул Чин, отходя от возка, на козлы которого я забрался.

Я слегка хлопнул коней вожжами по спинам и те понесли меня размеренной рысью, всё сильней отклоняясь к западу от нашего маршрута к Боян-Обо. В то время как Цинь-ин, полководец У, мастер Чин, принцесса Юнь на своих носилках, закреплённых между двумя лошадьми, и солдаты с воинами скрылись в указанной мною роще.

Конечно же, водить каганов несколько дней мне не удалось, уже спустя полчаса с нашего разброда на горизонте за моей спиной показались фигурки конников, а вскоре я услышал их крики, которыми они подбадривали своих лошадей, радуясь тому, что нагнали наконец беглецов. Разглядеть, что вместо беглецов к возку привязаны лишь кони они ещё не могли — расстояние велико, но что будет, когда они это увидят? Скорее всего, всё равно продолжат преследование, хотя для того, чтобы узнать куда поехали остальные.

Так оно и вышло. К вечеру того же дня, когда я увидел и услышал каганов, они окружили возок и принялись брать меня «на копьё». Засвистели волосяные арканы, некоторые вытащили из саадаков[303] луки, на скаку принялись натягивать тетивы. Я как мог отмахивался от них копьём, мне даже удалось сбить с седла парочку, но это так — капля в море. Меня опередил один из каганов в богатых доспехах — предводитель отряда, он ловко гарцевал перед носами лошадей возка и что-то крикнул на своём языке. Я в ответ послал его подальше, одновременно откидываясь назад, чтобы увернуться от очередного аркана. Вместо моей шеи он поймал середину моего копья и я, используя его как рычаг, сорвал с седла неудачливого метателя. Тот сорвался с седла и протащился за возком несколько ярдов, покуда не отпустил свой конец аркана. Я же быстрым движением скинул аркан с копья, приготовившись к следующей атаке. Поводья я почти сразу привязал к козлам, чтобы отбиваться было сподручней.

— Эй ты, ответь где остальные! — крикнул мне по-цинохайски предводитель каганов. — Ответь — и мы дадим тебе уехать!

Ну раз ты говоришь по-нашему, то и понимаешь, что говорю я. На сей раз я изгалялся в словоблудии битых несколько минут. Предводитель каганов зло сплюнул под копыта коня и что-то крикнул своим людям. Тут же засвистели несколько арканов одновременно, мне пришлось пригнуться к самым ногам, сложившись почти вдвое и едва не ткнувшись носом себе же в ботинки. О том, чтобы отмахиваться копьём нечего было и думать. Воспользовавшись этим, несколько каганов подъехали вплотную к возку и перерубили вожжи. Обезумевшие от погони лошади рванулись вперёд,