Звёздный десант - Коллектив авторов

– Удивительно. Я не раз видел пришельцев из других миров, но ни один из них не мог похвастать ни таким оружием, ни такими доспехами. Всем известно, что магия чужих миров не действует на Индероне.

– Это долгая история, уважаемый король, прости, не знаю, как следует обращаться к тебе.

– «Уважаемый король»? Меня это устраивает. Я люблю долгие истории. Не желаешь пройти в мой шатер?

– Нет, уважаемый король, сейчас действительно не время. Нам всем нужно убираться отсюда. И как можно быстрее.

– Почему это?

– Ты видел вспышку?

– Нет. То есть, я видел вспышку в небе, но ее закрывала от нас скала, а потом, когда прошла эта ужасная буря, мы увидели огромное облако, которое росло из земли, словно магический гриб. Что это? Темная магия этих зеленых выродков? Или это магия твоего мира?

– Это оружие моего мира. Страшное оружие. Я использовал его против тороков Роррага. Ты знаешь, что орды больше нет?

– Я послал туда своих разведчиков.

– Они не вернутся, король. Они обречены. Мне жаль… Нам тоже нужно уходить. Да, тот гриб – результат действия моего оружия. И он продолжает убивать. Мы все здесь рискуем. Многие из этих воинов, – Ал обвел поле битвы рукой, – умрут вскоре. Нужно скорее забрать выживших, и убегать отсюда. Не медли, уважаемый – каждый миг пребывания здесь отнимает здоровье у твоих людей.

– Ал! – послышался возглас сзади.

– Элаф! Ты жив! Я рад тебя видеть, хоть в это и трудно поверить. Нужно собирать раненых и бежать отсюда.

– Твое оружие?

– Да. Тут где-то Сибадал. Я искал его. Его могло унести бурей. Здесь столько тел. Помогите мне.

Король вардов все это время с интересом наблюдал за их разговором, не убежав после предупреждения об опасности. Видимо, мужества ему было не занимать. Дорнар дал знак своей свите, и варды помчались выполнять приказание. Элива, пришедшие с Элафом, так же молча занялись делом.

– Нужно привлечь всех магов жизни, какие остались, всех лекарей. Вскоре эти воины – все, кто тут сейчас – начнут болеть. Я не знаю, как пояснить природу этой болезни. Пока что просто собирайте всех, кого еще можно спасти, и увозите подальше. Это место будет опасным еще долгие годы.

– Значит, – вмешался Дорнар, – путь через Большой разлом теперь станет смертельным?

– Да, особенно там, где сейчас стоит этот огромный гриб. Почему вы еще здесь? Разве король не должен быть в безопасности в первую очередь?

– Я в безопасности. Думаю, – он пристально посмотрел в глаза Элафу, – наш новый союз включает в себя и магию жизни для меня и моих воинов?

– Разумеется, Великий Мастер.

– Великий Мастер? Мне нравится такой титул, – произнес Ал, – я могу называть тебя так, уважаемый король?

– Да, именно так. Что ж, у нас еще будет время для беседы, я надеюсь. А пока – давай найдем того, кого ты ищешь.

Долгое время они бродили по полю боя. Солдаты вардов и элива переворачивали тела, прислушивались, пытаясь уловить хоть малейшие признаки жизни. Ал потребовал, чтобы оба предводителя своих народов приказали оставить павших. Им было трудно понять это требование, ведь по древним обычаям воинов следовало с почестями проводить в последний путь. А оставлять их, брошенными рядом с телами врагов, выглядело, как полное неуважение к памяти павших. Однако, рассказ об отваливающихся с живого тела кусках мяса и выкашлянных легких все же подействовал, и к нему прислушались. Драгоценное время уходило, а Алу приходилось убеждать, запугивать и даже угрожать. В конце концов, оба короля угрюмо согласились и приказали уделять внимание только живым.

Ал обыскал все вокруг. Представил, куда могло раскидать людей ударом, осмотрел трещины в скалах, но все безуспешно – Сибадала нигде не было. Наконец, совсем рядом с тем местом, где маги держали свой Круг Силы, послышались крики, на зов стали сбегаться воины и он тоже устремился туда. Несколько солдат сдвигали достаточно крупный валун – под ним что-то блестело среди мусора и каменной крошки. Камень поддавался с трудом, Ал ухватил его за выступ – искусственные мускулы брони застонали от напряжения – и глыба, уступив общим усилиям, откатилась в сторону, открывая фигуру в доспехах. Мелкий щебень и ветки полетели в сторону, показалась неестественно повернутая голова Вигола – вся в порезах и ссадинах, с огромной раной на затылке. Руки скрывались внизу, будто он удерживал что-то. Ал подхватил его за плечи, четверо сильных вардских воинов взяли за ноги. Осторожно они подняли массивное тело, и вдруг увидели, что же держит Вигол. Это был Сибадал.

* * *

– Как он? – отодвинув полог палатки, спросил Ал.

Пожилой лекарь взмахнул рукой у лица, прося тишины, и указал наружу.

– Он в тяжелом состоянии: сломана шея, пробита затылочная кость. Но ему повезло: наша магия действует на его тело. Думаю, через неделю он сможет снова почувствовать свои конечности. Мы позаботимся о нем, не волнуйся. Элива умеют быть благодарными.

– А Сибадал?

Лекарь вздохнул и помедлил с ответом.

– С ним дело обстоит еще хуже: мало того, что у него много ран – сломано несколько костей и повреждены глаза – он, к тому же, отдал все свои силы в бою. Его тело полностью истощено, но страшнее всего то, что Великий Корень не принимает наше лечение. Что-то произошло, когда он схватился с той черной лентой. Тьма вошла в него. Он умирает. Мы будем поддерживать его столько, сколько можем, но конец неизбежен.

– Что же делать?

– Не знаю. Никто из нас не знает. Наш совет решил, что его нужно отправить в Священный Лес. Может быть там… Может быть, сам Лес сможет дать ему силы…

– Я хочу поехать с ним. Можно?

– Я не могу ответить на этот вопрос. Я – всего лишь лекарь. Думаю, тебе следует говорить об этом с Опорой Цветов.

Ал покинул палатку и понуро побрел по лагерю. Видеться с Элафом не хотелось. Единственный элива, который понимал его и уважал, лежал сейчас палатке, которая осталась за спиной, и медленно умирал от действия темной магии. Все планы и надежды рассыпались. Что делать дальше? Тгар-ха – изначальные тороки – приближаются как неотвратимое наводнение, как этому противостоять и что делать – непонятно. Возможно, Сибадал имел какие-то идеи, но с ним уже не поговорить. Элаф – самовлюбленный болван с завышенным самомнением, неспособный к масштабному мышлению. Может быть, самое лучшее, что можно сейчас сделать – дождаться, пока Вигол встанет на ноги и отправиться с ним в мир умма. Если его сородичи все же прислушаются к ним, за