'Я - кто?! Сенсей?' 2: Изменяющий судьбыю Том II. Часть 1. - Kerr Riggert

дети-то понятно, они не могли знать, что Какаши их отправит, вот и дергались. А я знал наверняка.

После короткого приветствия Третий умостил жопу на подушку, а вот нам присесть не предложили, мы выстроились в середине зала. От Какаши я отошел к Майто Гаю, так что оказался в крайнем правом ряду. Только сенсей девятой команды по-прежнему был приветлив и будто не замечал, как остальные джонины ко мне относятся.

Когда Хатаке выставил седьмых, я не сдержался и сказал, что уровень подготовки команды недостаточен, чтобы участвовать в экзамене на чуунина.

Знал, что эта реплика ничего не изменит, но смолчать не мог.

Не сказать, чтобы я соврал. Даже с моей помощью уровень команды все еще далек от среднего по больнице: у Наруто плохо с навыками добычи информации, Саске до сих пор неуравновешенный псих, которого в лесу будет ждать Орочимару, а Сакура просто бесполезна. Короче, нечего им там делать, на этом экзамене, и не доросли седьмые бодаться с нукенинами S-класса.

— Они больше не ваши ученики. Они мои солдаты. Впрочем, как и вы. Замолкните, Ирука-сан.

Поморщившись, я фыркнул, но ничего больше не сказал. Черт бы его побрал, но приказ есть приказ. Да и сказать мне было нечего. Не считать же за реплику оскорбления, что вертелись на языке.

— Ирука, место, — услышал за спиной сдавленный смешок, словно кто-то изо всех сил пытался не заржать в голос.

Обернувшись, я наткнулся на саркастические улыбки и неприязненные взгляды. В такой компании находиться было мерзко и крайне неуютно, да и не понимал я, какой смысл в моем присутствии, если мнение бывшего учителя Академии никого не волнует.

В такой "дружественной" компании поддержка Гая показалась чудом. Он сказал, что видел седьмых в деле и они действительно слабоваты. При этом Гай на удивление дипломатично сделал акцент на том, что седьмые еще недавно были учениками академии и им, возможно, просто нужно больше времени. Основания так говорить у Майто были — мы выполняли совместные D-эшки, пока Хатаке где-то пропадал.

Я чуть не рассмеялся, почуяв, как обиделся Какаши. Так и подмывало сказать: “А на что обижаешься? Они действительно слабы, ведь ты их не учил. А калека многому не научит. Особенно если запрещать ему учить”.

Но самым удивительным было другое — другие начали сомневаться! Ведь одно дело, когда говорит шестерка Данзо, и совсем другое — равный тебе джонин! Я даже оторвался от поиска остряка, решившего, что я чья-то псина. Кто именно сомневался, мне было не разобрать: народ стоял плотной толпой.

"Блин, я с этих людей поражаюсь! Неужели им нужно чье-то авторитетное мнение, чтобы согласиться с очевидным? Самим подумать не судьба?"

Впрочем, ничего это все равно не изменило, заявку Какаши приняли, а нас распустили после инструктажа.

А остряка я потом поищу в памяти и, когда пойму, кто решил, что Ирука — псина из своры Хатаке и всех его приказов слушаться обязан, вспомню и отомщу. Обязательно.

Уже уходя, я сказал Гаю:

— Спасибо за поддержку, Майто-сан. Я только не понимаю, зачем меня позвали, если мое мнение никому не интересно.

Зеленый зверь Конохи посмотрел на меня с удивлением.

— Это очевидно. Вас не могли не позвать, вы ведь обучали весь выпуск.

— Да, но я был не единственный учитель в Академии.

Майто неуклюже сослался на срочные дела и смылся.

Если дело было только в том, что я учил этот выпуск, отчего тут нет Кудряшки-четырехглазки в розовом кимоно, толстяка и других учителей? Что ж, один вариант отпал. Но, может, тогда дело в моем статусе опекуна Наруто? Или в том, что я ассистент в седьмой команде? Или в том, что из учителей я единственный клановый? Больше того — глава клана, пусть и номинально?

Или пригласили показать: "Мы не уважаем тебя достаточно, чтобы прислушиваться к твоему мнению, но достаточно, чтобы тебя проинформировать и дать тебе время подготовить седьмых"?

Или, позвав на это собрание, меня каким-то использовали в очередных играх?

Хмыкнув, я покачал головой, глядя в спину джонинов выходящих из зала.

— Ирука-кун, ты что-то хотел? — покряхтел Третий, зачем-то тоже задержавшись.

— Нет. Просто задумался. Уже ухожу, Хокаге-сама.

А мысленно сказал: "Я бы хотел спросить, но вряд ли получу честные ответы".

Наступил первый день июля, принеся с собой сырую духоту, как в бане, и редкие тучи, из которых капала какая-то морось, а не нормальный дождь. Из-за этого пришлось коротко подстричься, иначе под форменным беретом образовывалось мокрое гнездо, которое долго сохло и потом расчесывалось с трудом и матюгами. Говорили, что погода изменится только к сентябрю.

Трудно поверить, но прошел почти год, а я будто только вчера очнулся под деревом.

Страшно вспоминать, как глупо я себя вел поначалу, не задумываясь о последствиях и не представляя, где я нахожусь и к чему могут привести мои действия. Как потом вживался в чужую шкуру, боясь чихнуть лишний раз, и при этом все равно пер в гущу событий. Столько воспоминаний, переживаний, а рассказать о них никому нельзя. Даже самым близким и дорогим мне людям.

Заметив мое настроение, Наруто попробовал меня расспросить, а я почти не солгал:

— Ирьенинская хламида меня бесит. Неудобно. Длинная слишком.

Хотя она действительно меня раздражала, так что я решил в нее переодеться уже в башне. Мою принадлежность к медикам сейчас выдавал только бежевый берет, который позже я тоже хотел спрятать.

— Понятно. Зато ты теперь крутой ирьенин! Целый В ранг!

— Ну да, — что ни говори, а этот ранг я считал личным достижением и гордился им. — Так что там Сакура?

— Ага. А я такой говорю: “Ты же умная, кто кроме тебя сможет разобраться в аптечке?” И Саске кивнул. Сакура согласилась, она точно придет. Она подписала свое разрешение.

— Хорошо. Еду, аптечку, спальник взял?

— Да, а еще удочку, если со свитками что-то случится. Если что, то я вызову краба! И Саске обещал показать свой призыв! Какой он у него?

— Не буду портить сюрприз, сам увидишь,