Украина: моя война. Геополитический дневник - Александр Дугин

Из такого анализа можно сделать множество различных выводов. Я предлагаю свой. Полюсом фиксации отныне должна быть зона патриотизма сама по себе. За Путина или против Путина — это отходит сейчас на второй план. Путин заново должен представить себя в истории. Его потенциал как центральной фигуры российского цезаризма исчерпан, равно как и сам цезаризм. Путин превратил Россию в суверенную корпорацию и сделал шаг к тому, чтобы сделать ее цивилизацией, вернее, восстановить ее статус цивилизации — мировой державы со своей идентичностью и системой ценностей. Но на этом первом шаге он застыл. И совершенно непонятно теперь, как к нему и к этому застыванию относиться. Определять политическую позицию по отношению к такой драматической неопределенности, к чистому откладыванию и самодезавуированию неконструктивно. Это ничего не говорит никому о сущности того, что мы утверждаем и что отвергаем. Путин — это и Крым, и невведение войск в Новороссию. И «Цивилизация Россия», и технологический и двусмысленный цезаризм.

Сейчас важно другое — бросить все силы на борьбу за Русскую Цивилизацию, а это значит, за Новороссию, ДНР и ЛНР против карателей хунты и шестой колонны внутри России. Если для Путина правая стена непреодолима, это ужасно, это может кончиться катастрофой, но, в конце концов, это тоже судьба. А для нас этой стены нет вообще, а правая стоит там, где заканчивается любовь к России и Русской Цивилизации. Гегемония должна начинаться за пределами наших русских стен. Поэтому мировой капитализм и мировой Запад могут быть лишь вовне нас и ни в коем случае не внутри. Это и есть суверенная цивилизация. Только такой должна быть Россия. Или с Путиным, или как получится.

13 августа 2014 в 14:40

Хроника. Впечатления. Эмоции

Если подтвердится версия о ранении Стрелкова, это с большой долей вероятности удар в спину. Отзыв Бородая и Стрелкова обозначил чистый либерал Юргенс (представитель не просто шестой, но почти пятой колонны) на «Политике». Далее в Донецк под прикрытием Ходаковского прибыл изменник Кургинян. Смещение Бородая с премьера. Затем Ходаковский выступил против ДНР и за единую Украину. И наконец, ранение и выведение из строя Стрелкова. Программа партии предательства реализована.

Сейчас трудно сказать, что за этим последует. Но ситуация на самом деле тревожная в высшей степени… На карте структуры цезаризма мы приближаемся к правой стене, за которой следует конец.

13 августа 2014 в 19:56

Далее последуют крайне неприятные новости. Даже не знаю, как к ним отнестись. И еще труднее выстроить планы, что же делать дальше. Все пошло как-то не так уже давно, а сейчас складывается впечатление, что партия измены вообще одержала верх. Самые мрачные прогнозы. До конца не хотелось верить, что все это возможно… Всегда оставалась надежда.

Дальнейшее будет вне рамок приемлемого. Когда вещи снова войдут в фокус — неясно.

Хайдеггер в какой-то момент в сердцах сказал: «Теперь нас может спасти только Бог». Для верующего человека только Бог может спасти в любом случае. Но Хайдеггер имел в виду нечто иное. Что развитие событий (на Западе в XX веке) по намеченному сценарию ведет только к одному — к бездне. Боюсь, что на предателях-медиумах и шестой колонне мы споткнулись не на шутку. Измена оказалась глубокой и мощной сверх ожидания. И теперь остается уповать на… Бога и чудо, хотя, впрочем, с этого, видимо, и следовало бы начинать.

13 августа 2014 в 21:58

Все готовятся к тому, что завтра что-то будет. Я — нет. Но в любом случае увидим. С моей точки зрения мы находимся за гранью того поля, где осуществляются разумные и мужественные действия.

13 августа 2014 в 23:44

Герои Новороссии стоят. И с ними стоит вместе вся Россия, весь наш Народ. Тот, кто не с Новороссией сейчас душой и сердцем, тот просто не русский. Перелом будет. Сейчас очень трудно. Но верю: мы выстоим вопреки всему! С нами Бог, разумейте языцы и покоряйтеся, яко с нами Бог.

14 августа 2014 в 9:59

Русское ополчение как новый полюс российской политики

Ополчение — это не только феномен Донбасса, это общероссийское явление, течение внутри всего Русского Мира. Те, кто против хунты в бывшей Украине, те же против пятой и шестой колонн в самой России.

В Киеве на Майдане победил альянс пятой и шестой колонн в Украине. Пятая — оппозиция, шестая — предатели из Партии регионов и Рады. В России пока зеркальная ситуация: пятая колонна выброшена за пределы политического поля, а шестая (= институционалисты) до последнего времени сдвигалась по миллиметру от центра власти. Но резкие события на Майдане изменили баланс сил и в самой России.

Новороссия пробудила феномен Русского Ополчения.

Оно бьется с оружием в руках и по собственной воле против хунты. Но к пятой и шестой колоннам в самой России это Русское Ополчение настроено точно так же. И шестая колонна активно сливает Новороссию, лезет из кожи вон, чтобы подтолкнуть Путина к предательству Донбасса.

Радикализация формы отношений на Украине, где Русский Мир воюет с оружием в руках с миром либерально-нацистским и проамериканским, то есть с Западом, неминуемо влечет за собой аналогичную радикализацию внутри России. Это и есть закат цезаризма.

Русское Ополчение — это необратимый феномен. Шестая колонна лезет из кожи вон, чтобы его не допустить. Она сеет раздор среди патриотов, пытается их расколоть, стравить лидеров. Вся история с сектой Кургиняна и атакой на Стрелкова, а также все остальные интриги в Новороссии, включая блокаду реальной поддержки, — все это ответные шаги шестой колонны, классово и мировоззренчески родственной олигархам и либералам киевской хунты. Это начало жесткого противостояния Русского Ополчения и шестой колонны в самой России. По мере того как Русское Ополчение приобретает зримые выпуклые черты, все более отчетливо проступают контуры и шестой колонны.

Путин же оказывается между двумя антагонистическими полюсами: между Русским Ополчением (признать которое друзьями и союзниками он пока колеблется) и шестой колонной (партия слива, олигархи, либералы), с которой Путин, увы, привык работать все 14 лет, да и раньше в мэрии Санкт-Петербурга.

За чистым бредом Кургиняна об «апрельском пне» и «тайном гитлеризме» (все это просто идиотские пейоративные метафоры для Русского Ополчения, пугающие обывателей и мобилизующие «малый народ») стоит та же логика, что и в начале 90-х, когда внутри России в оппозиции Ельцину начинал формироваться полюс Народного Сопротивления. Работавший тогда прямо на Березовского и Гусинского, не скрывавший своих связей с Моссадом Кургинян начал под эгидой борьбы с «фашизмом» в патриотическом движении его раскол. Началось с той же песни, за которую взялся снова через двадцать с лишним лет, — со слюнявых воплей против Консервативной Революции и евразийства. В 90-х это было актуально, чтобы не допустить синтеза правых и левых антилибералов. Конечной цели Кургинян не достиг благодаря выдержке Проханова, но идеологически навредил основательно. А главное — отбросил процесс интеллектуального становления на долгий срок, смутив сомневающихся и растерянных патриотов постсоветского разлива. Сегодня, когда появились Русское Ополчение и Новороссия, это снова чрезвычайно актуально. И снова Кургинян, и снова те же технологии. То есть все остается ровно там, где было 23–22 года назад. И тогда после 1993 года либералам, имевшим тогда полноту власти, задавить Народную Оппозицию («красно-коричневых») удалось. В 1996 году Кургинян вообще открыто работал на олигархов (семибанкирщина) и спасал гибнущего Ельцина и снова — якобы перед лицом угрозы «русского нацизма» — «антисемитизма», в качестве которых выступали РНЕ и даже КПРФ Зюганова.