Другой Шинигами - Alchoz

из какого-то внешнего источника. Глаза, скрытые маской, внезапно засветились агрессивным, неприятным красным цветом, создавая иллюзию горящих угольков, утопленных в черных орбитах. Он открыл рот, и на его языке очень быстро формировался маленький красный шарик, пульсирующий и излучающий зловещий свет, который освещал окружающую темноту.

Лейтенант, с его характерным спокойствием и сосредоточенностью, резко отпрыгнул в сторону, обдаваясь потоком воздуха и поднимая пыль под ногами. Его фигура, как танцующий воин, с грацией и точностью избежала грозящей опасности, демонстрируя удивительную ловкость и контроль над своим телом. Сфера, представляющая из себя сверкающий красный глаз диаметром в несколько метров, внезапно лопнула с одного конца, выпустив сильный и разрушительный поток духовной энергии насыщенного красного цвета, который, казалось, плавил воздух и всё прочее на своём пути. Энергия свистела и гудела, наполняя пространство вокруг оглушительным ревом, словно злобный дракон выбросил пламя из своих недр.

Шинигами, каждый с своим уровнем опыта и умениями, которые оказались на грани поражения этой атакой, отступали, отклоняясь в стороны с разной степенью успеха. Наши фигуры мелькали туда-сюда, создавая мозаичный узор движения и динамики по всему полю битвы. Никто не хотел принимать на себя такой удар, который без сомнений был бы катастрофическим.

Пустой быстро осознал, что ситуация для него становится не очень приятной, и уже хотел уходить, как можно скорее. Ну, это я так думал… что была ошибка. Он резко стартанул, размазался в воздухе и попытался наброситься на одного из офицеров десятого отряда.

Это было его последним действием, потому что офицеры не собирались стоять и бездействовать. Сразу трое накинулись на него в надежде порубить на куски и добраться до маски. Их клинки быстро и яростно опускались на тело пустого, отделяя большие куски, пока не начали добираться до маски. Первые удары она выдержала без особенных проблем, но дальше… дальше по ней пошли трещины, а также стали откалываться маленькие частички.

Из трещин стал вырываться сероватый свет.

— Разбей маску! — крикнул один из офицеров своему товарищу.

Того дважды упрашивать не потребовалось. Занпакто резко опустился на маску, попадая прямо в трещину. Секунда — и все вокруг заполнил слепящий белый свет. Обжигающая духовная энергия разошлась во все стороны. В этой энергии ощущалась смерть, которая неслась на всех и каждого. Кто-то из офицеров выпустил свою духовную силу, чтобы защититься, а затем это сделали и все остальные.

Свет медленно начал угасать, и мы открыли глаза. На месте, где умирал пустой, образовался достаточно большой и глубокий кратер. В кратере лежало полностью обгоревшее, но все еще живое тело шинигами. Стенки кратера были оплавлены и своей температурой заставляли воздух колебаться, создавая странные миражи.

Похоже, что пришло мое время действовать, потому что без помощи он умрет.

— Мизу но Нами! — я активировал кидо и залил дно морской водой. Сразу же повалил пар, который начал подниматься вверх. Но меня это не волновало. Мне нужно было хоть немного охладить стенки кратера.

Затем я быстро расстелил небольшой коврик на земле и с помощью сюнпо переместился к телу. Духовная энергия едва ли ощущалась в теле, но все еще была. Вся она шла на поддержание жизни. Без помощи офицер умрет очень быстро.

Схватив его за руку, я ощутил, что мясо у него начинает медленно отделяться от костей. Прыгнул с помощью сюнпо и уложил его на коврик.

— Действуем, — сказал я сам себе. Краем глаза я заметил, что шинигами стали внимательно оглядываться, но также я ощущал несколько взволнованных взглядов его товарищей, которые совсем не хотели, чтобы их друг умирал так глупо — от непонятного взрыва маски. Я никогда еще не видел, чтобы маска взрывалась… но да ладно. Думать об этом буду потом. Сейчас нужно заняться его спасением.

Моя рука засветилась легким серебристым светом, а вокруг нее начал быстро распространяться иней. Это сложная техника, которую изучают редкие духовные медики, потому что она сложная и требует более чем филигранного контроля духовной энергии. На такое способны немногие.

Приложив руку к голове, я стал смотреть, как с тела начал валить пар, особенно с тех мест, где от жары кожа лопнула. Такое резкое охлаждение тела опасно, но не в ситуации, когда все части тела прошли высокотемпературную термальную обработку.

Всё внутреннее давление медленно сходило на нет, что сразу же давало возможность духовной энергии офицера идти на восстановление и лечение. Отменив медицинское кидо, я создал ещё одно. Это был духовный скальпель… кидо очень простое и совсем неподходящее в бою, но для операций — самое то.

Не долго раздумывая, я стал срезать обугленные ткани тела, сразу же закрывая кровотечение ещё одним небольшим кидо. Вытерев рукавом пот, я продолжил работать, медленно восстанавливая тело. Первым делом я занялся внутренними системами: сердцем и мозгом, которые были главными. После этого — кровеносные сосуды и другие важные органы жизнедеятельности. Вроде бы духовное тело, в котором важен только сон души… А вот нет… если не работает сердце или мозг, то это смерть даже для шинигами. Когда работа над внутренними органами была завершена, я приступил к следующему этапу, который касался восстановления ранений кожи, которые я сам и создал.

Это заняло еще примерно час, после которого офицер уже был почти здоров. Ему нужно было еще немного очнуться и прийти в себя. Его занпакто подобрали другие офицеры десятого отряда и положили около его рук, чтобы, когда он очнулся, не искал его долго.

— Как он? — поинтересовался у меня лейтенант. Было видно, что он не хочет задерживаться тут на еще несколько часов.

— Должен скоро очнуться, — пожал плечами.

— Это можно как-то ускорить?

— Можно.

— Тогда делай, — сказал лейтенант Сасакибе и отвернулся в сторону.

Я только пожал плечами и приложил руку к его носу. Ещё одно медицинское кидо, и глаза у офицера резко открылись. Он вскочил и начал кашлять. На его глазах выступили слезы, а сам он скривился.

— Надевай, — бросил ему сменную униформу. Мне не нужно, а вот его полностью сгорела.

— Кхе! — едва ли не стошнило офицера. — Кха-кха.

Он поднялся и стал быстро трогать своё тело, удивляясь тому, что на нём уже нет никаких ранений или ожогов. После он понял, что стоит перед нами почти голый и начал быстро одеваться в предоставленную ему униформу. Она оказалась для него несколько большой в размере, но он не отчаивался. Ещё бы.

— Пришёл в себя? — поинтересовался лейтенант первого отряда.

— Да, — ответил тот и посмотрел на меня. — Большое спасибо за спасение.

— Это моя работа, — махнул рукой.

— Тогда двигаемся. Мы и так потеряли много