Петербургские трущобы. Том 1 - Всеволод Крестовский

По прошествии десятиминутного срока акт политической смерти был исполнен. Уголовную преступницу, Юлию Николаевну дочь Бероеву, сняли с эшафота. Военная команда после отбоя удалилась с площади, где остались одни полицейские и народ, не видя уже перед собою сдерживающего оплота, волнами отовсюду хлынул к арестантке. На многих женских глазах виднелись слезы — и трудовые, убогие гривны да пятаки со всех сторон посыпались к ногам Бероевой.

— Прими, Христа ради!.. Прими, несчастненькая! — то и дело слышались в толпе сочувственные, сострадающие восклицания. Кто находился ближе всех к осужденной, тот поднимал с земли эту мирскую лепту и старался всунуть то в руку, то в карман ей подобранные деньги; сама же Бероева стояла, поддерживаемая солдатом, смутно сознавая окружающие предметы, в каком-то апатическом, бессильном состоянии, весьма близком к бесчувственности.

— Бог весть, может, еще и занапрасно, может, она и не виновата еще — всяко ведь бывает! — толковали в народе.

— Надысь, сказывают, тоже одного безвинного наказали…

— Да уж теперича виновата ли, нет ли — дело поконченное.

— Не приведи господи!.. Сохрани и помилуй, заступница-матушка! — слышится слезно-сокрушенный бабий голос.

— А для ча ж не пороли ее? — раздается в другом конце голос мужской.

— Потому — благородная, надо быть, — откликаются ему.

— Да и слава богу… Что хорошо?.. Страсть ведь и глядеть на это, потому — человек ведь…

— Нет, ничево: мы привыкши к эфтим делам!..

— Привыкши!.. Да ты откелева?

— А здешние… Обыватели, значит, с самой с Конкой — тут и живем.

— Ну, это точно что… А мы — деревенские, так нам оно в диковину.

— По-настоящему, по-божескому, то есть, рассудить теперича, так хорошенькой душе и глядеть-то на это не след бы, да уж так только, прости господи…

— Любопытно, Дарья Савельевна, очинно уж любопытственно!..

— Я доседова с самой Гороховой бежала все… думаешь себе — хоть грошик подать ей: со всяким ведь это может случиться.

— А из себя-то она какая хорошая — и смотреть-то жалость берет.

— Гей, ребята! Пойдем глядеть: палачей повели в кабак водку пить.

— Это уж завсегда палачам по положению, опосля эшафота… Пойдем, робя!

— Да чево там глядеть-то? Абнаковенно — пьют… Нешто, кабы самим хватить по-малости?..

— Эка, «чево»!.. Поглядим! Цаловальник с них и денег николи не берет!

— Зачем не брать?

— А так уж испокон веку ни один не возьмет — это верно! И как только выпьет палач, так он сейчас, вслед за ним, и посудину, и шкальчик об землю хрепнет, разобьет, значит, чтобы никто уж опосли из него и не пил боле. А ино даже так и в кабак не впустит, а возьмет, да вынесет к порогу — тут и пей себе!

— Это точно, потому как палач по начальству присягу такую дает, что от отца-матери отрицается, коли бы и их пороть — он все ж таки должон беспеременно — отказаться не моги! — и, значит, он от бога проклятой есть человек за это.

— Как же проклятой, коли ему от начальства приказано так?

— Приказано! Силой ведь никто в палачи не тянет. Разве уж коли сам человек добровольно пожелает тово, а насильно идти начальство не заставляет.

— Это уж самый что ни на есть анафема, значит: хуже последней собаки — почему что даже не каждый убивца-разбойник в палачи пойдет!

— А и достается же этим цаловальникам, коли ежели который попадет в их лапы — на кобылу!

— Еще бы не достаться! потому — злость…

И среди таких разговоров народ расходится в равные стороны.

Но замечательно нравственное отношение этого народа к палачу и преступнику: последний для него только «несчастный», за которого он молится и подает ему свои скудные гроши, тогда как о первом у него свои поверья имеются, и, кроме презрительной ненависти, он ничего к палачу не чувствует. Факт знаменательный и полный глубоко гуманного смысла: в этих поверьях, в этом битье стакана и посудины, в этом презрении к исполнителю кары, быть может, самым ярким образом выразилось отвращение народа нашего и к самой казни.

Потому что много страданий, много боли и крови лежит на его прошлом… Уж и без того преступник тяжким лишением прав и предстоящею каторгою несет искупительную кару закона. «С одного вола двух шкур не дерут» — говорит народный разум.

Примечания

[1]

Это старая история… это старая история, однако она всегда повторяется (нем.) — из стихотворения Генриха Гейне.

[2]

Крестовский имеет в виду судебную реформу 1864 г. По этой реформе учреждался гласный суд, формально независимый от министерства юстиции. (Ред.)

[3]

Текст настоящего издания печатается по: В.В.Крестовский. Петербургские трущобы: Книга о сытых и голодных. В 3 т. 1935.

[4]

Что скажет общество? (фр.).

[5]

Желтая перчатка (фр.).

[6]

Сударыни (фр.).

[7]

Это очаровательно! это очаровательно! (фр.).

[8]

Приличный человек (фр.).

[9]

Вор, специализирующийся на кражах платья (жарг.).

[10]

Воровское искусство высшего класса (жарг.).

[11]

Замаскированный вход в заведение (жарг.).

[12]

Участник воровской шайки из трактира «Ерши» (жарг.).

[13]

Лорнет, бинокль (жарг.).

[14]

Деньги (жарг.).

[15]

Ассигнации (жарг.).

[16]

Серебряный рубль, серебряные деньги (жарг.).

[17]

Одна комната (жарг.).

[18]

Возьми глаза в руки и смотри сквозь стекла! Может, сыщик какой! (жарг.)

[19]

Шинель (жарг.).

[20]

Полицейский (жарг.).

[21]

Собака (жарг.).

[22]

Выгодное воровское предприятие (жарг.).

[23]

Хороший (жарг.).

[24]

Негодный (жарг.).

[25]

Воровская доля (жарг.).

[26]

Вся выручка одному (жарг.).

[27]

Распределять выручку (жарг.).

[28]

Любой человек, не вор (жарг.).

[29]

Фальшивый паспорт (жарг.).

[30]

Женский (жарг.).

[31]

Особая воровская профессия (жарг.).

[32]

Завсегдатаи, постоянные посетители (фр.).

[33]

Наворованное (жарг.).

[34]

Есть с водкой (жарг.).

[35]

Гроник — грош; каника — копейка; колесо — рубль (жарг.).

[36]

Скупка и перепродажа краденых вещей (жарг.).

[37]

Сбыть ворованное (жарг.).

[38]

Плохо (жарг.).

[39]

Хорошо (жарг.).

[40]

Вынул кошелек да вытащил серебряную табакерку (жарг.).

[41]

Барышник во что ценит золотые часы? (жарг.).

[42]

Термин для обозначения всякой воровской вещи (жарг.).

[43]

Часы с цепочкой (жарг.).

[44]

Рыжик — червонец; править — просить (жарг.).

[45]

Полуимпериал (жарг.).

[46]

Серебряный рубль (жарг.).

[47]

Попался в воровстве (жарг.).

[48]

Камень (жарг.).

[49]

Взят полицией и отвезен в участок, тюрьму (жарг.).

[50]

Бежать (жарг.).

[51]

Стремить — смотреть, остерегаться (жарг.).

[52]

Будочник (жарг.).

[53]

Патрульный казак (жарг.).

[54]

Сидит в части (жарг.).

[55]

Попасть в тюрьму (жарг.).

[56]

Общая складчина на выкуп попавшегося (жарг.).

[57]

Откупиться (жарг.).

[58]

Слам — взятка; крючок — полицейский письмоводитель; выручка — квартальный надзиратель; ключ, ключай — следственный пристав (жарг.).