Япония. От сегуната Токугавы - в ХХI век - Джеймс Л. Мак-Клейн

которую входило большинство крупнейших фирм страны, заявила, что правительственные бюрократы являются известными растяпами. Она также заявила, что правительственный контроль над прибылью неизбежно вызовет «сокращение деловой активности, падение производства и резкое уменьшение налоговых поступлений». Это была тщательно организованная атака, и 7 декабря 1940 г. Коноэ отступил. В этот день его кабинет принял план Новой экономической системы, который был значительно менее масштабным, чем того хотелось обновленцам. Премьер-министр смог только «поддержать» создание контрольных ассоциаций. Ни одно производство и ни одна компания не были национализированы. Традиционная прослойка управленцев осталась на своих местах, прибыли были разрешены, а национальные координационные агентства так и не были созданы.

Коноэ умылся кровью во время сражения за Новый экономический порядок, но он был далек от того, чтобы проиграть войну. Между весной 1938 г., когда вступил в силу Закон о всеобщей национальной мобилизации, и осенью 1941-го, когда Коноэ окончательно покинул пост премьер-министра, кабинет и бюрократы-обновленцы как с цепи сорвались. В этот период они приняли более 100 законов и декретов, которые различными способами способствовали проникновению государства в экономическую деятельность. В это время премьер искал у парламента поддержки своей деятельности. Но, если депутаты упорствовали, Коноэ и его сторонники обращались к императору или задействовали один из пунктов Закона о всеобщей национальной мобилизации, несмотря на торжественное обещание не прибегать к нему до окончания конфликта с Китаем. Например, когда в конце 1938 г. японские войска продвигались к Кантону и Ханкоу, только что принятый закон о производстве механического оборудования и производстве самолетов обеспечил правительственными субсидиями эти важные в стратегическом отношении направления. Правда, при этом они попала-ли под плотный контроль со стороны государства. В ноябре того же года армия успешно продавила постановление о введении максимального уровня прибылей для крупнейших корпораций. 20 октября 1939 г. были приняты Постановления о контроле над ценами и о временных ограничениях заработной платы. Они устанавливали максимальный уровень зарплаты, розничных цен и арендной платы. В 1940 г. правительство ввело фиксированные нормы на продажу риса, сахара и спичек.

Почти за каждым листком календаря в конце 1930-х стояло новое мероприятие по усилению контроля над экономикой. Несколько раз это десятилетие становилось свидетелем глубоких, почти революционных изменений в отношениях между частным капиталом и государственной бюрократией. Гражданские бюрократы-обновленцы и военные планировщики создали новую могучую коалицию, которая предоставляла им возможность доминировать в агентствах, созданных под эгидой кабинета, и выдвигать большое количество предложений, которые побуждали правительство перейти от мероприятий косметического характера, столь популярных в 20-е гг. среди пастырей людей, к более радикальным действиям, поддерживаемым сторонниками управляемой экономики. За годы, прошедшие со времени Мукденского инцидента, правительство практически полностью поменяло свой набор инструментов по вмешательству в экономическую жизнь. Была дана путевка в жизнь контролю над заработными платами и ценами, введена практика распределения сырьевых ресурсов и потребительских товаров. Все это способствовало росту обороноспособности государства и побуждало основные японские корпорации к принятию новых путей ведения бизнеса. Тем не менее, несмотря на усиление контроля со стороны бюрократии, Коноэ в конце концов оставил должность премьера. Это произошло осенью 1941 г., спустя десять лет после начала военного конфликта в Маньчжурии. Но японцы так и не попали в условия тоталитарной экономической системы. Не был установлен в их стране и фашистский политический режим. Сторонники государственного планирования не могли праздновать окончательную победу. Дзайбацу по-прежнему украшали собой экономический пейзаж, а управляющие компаний сражались за сохранение концепции частной собственности в бизнесе. Как и политика и общество, экономика осталась частично свободной, а частично — контролируемой.

Преобразование империи

Призыв Коноэ к установлению нового порядка как внутри страны, так и по всей Азии основывался на желании сломить зависимость Японии от международной капиталистической системы, управляемой в соответствии с британскими и американскими интересами. На протяжении 30-х мир разделился на две зоны, в одной из которых доминировал доллар, в другой — фунт. В ответ на это многие японские планировщики предлагали создать зону йены. Это бы стало противовесом сползания Японии во все большую зависимость от Англии и Америки, а также от их колоний, в плане сырья, рынков, капитала и технологий. Разрастающийся конфликт в Северной Азии добавлял убедительности их аргументам. После создания Маньчжоу-Го Япония попыталась осуществить интеграцию своей экономики с экономиками своих колоний и зависимых от нее стран, чтобы создать автаркию. В некоторых местах эти усилия приносили определенные плоды. К 1939 г. около 99,9 % экспорта Карафуто направлялось в Японию. Для Нанъё и Тайваня этот показатель составлял соответственно 93,2 и 86 %. В Маньчжоу-Го пятилетний план, завершение которого приходилось на 1937 г., был выполнен лишь частично. Но к 1940 г. этот сателлит Японии начал снабжать своего патрона большим количеством угля, чугуна, стали, золота, химических удобрений и других важных товаров.

С более существенными трудностями японские планировщики и военные столкнулись в Китае. Когда в 1937 и 1938 гг. Императорская армия пробивала себе путь в глубь китайской территории, казалось возможным создание «приемлемою» режима, который со временем завоюет признание китайского народа, хотя и сохранит при этом верность Японии. На севере Китая японская армия создавала комитеты по сохранению мира, в состав которых входили видные представители китайского народа. Эти комитеты были призваны санкционировать оккупационную политику. 14 декабря 1937 г. на их основе было создано Временное правительство Республики Китай со столицей в Пекине. Во главе коллаборационистского режима стоял Ван Кеминь, банкир, прежде служивший советником по финансовым вопросам у Чжан Сюэляна.

Несколькими месяцами позже, в марте 1938-го, японцы создали второй марионеточный режим — Правительство реформ Республики Китай. Оно размещалось в Нанкине. В его задачи входило управление центральными и южными провинциями оккупированной китайской территории. Разумеется, осуществлять это управление китайцы должны были под бдительным надзором японских «советников». 30 марта 1940 г. оккупационные власти распустили и Временное правительство, и правительство реформ. Их функции были переданы Реорганизованному национальному правительству Республики Китай, возглавляемому Ван Цзинвэем. Ван получил образование в Японии, в Хосэйском университете. Долгое время он был соперником Чан Кайши в Гоминьдане. Ван был убежден, что Китай и Япония являются естественными союзниками. Поэтому он выступал за подписание соглашения с Японией, несмотря на все кровопролитие и кошмары 1930-х. Многие соотечественники проклинали его за изменническое сотрудничество с врагом, но сам Ван, будучи патриотичным, хоть и наивным человеком, верил, что сотрудничество с японцами позволит ему смягчить наиболее жесткие моменты оккупации и сохранить, по крайней мере, видимость китайского суверенитета