Барсук (СИ) - Бывший Читатель

лиц мизансцены. Том висел у стены, удерживаемый за грудки Невиллом Долгопупом. Тот смотрел на Крауча с таким зверским выражением лица, что у Найджела не хватило духу к нему подойти.

— Невилл? Что происходит? Зачем ты… удерживаешь старосту моего факультета?

— Это… не твоё дело… Мы сами разберемся, — пропыхтел гриффиндорец. И неожиданно спокойно добавил: — Я его убью.

— Остолбеней!

Долгопупс свалился как подкошенный. Том упал у стены, с трудом переводя дух.

— И как это понимать?

— Этот псих меня тут подловил. Я даже мяукнуть не успел! — потирая шею, объяснил Крауч, с опаской косясь на Долгопупса. — И чего он так взбесился?!

— Есть причина, Томас. Твой отец ещё до твоего рождения многим успел подгадить. И Долгопупсу больше всех. Его родители в Мунго благодаря твоему предку. С самого рождения Невилла. Так что…

— Твою же…

— Вот именно. Так что, Том, вместе с наследством и происхождением тебе достался и кровник. И как видишь, не готовый идти на мировую.

— Да плевать я хотел на это! Я этого не делал! И за родича своего, ту ещё тварь, кстати, я не несу ответственность!

— Этого не объяснить, тут другие традиции. Нда… — Найджел задумался, невольно задавшись вопросом, не мог ли у него найтись этакий мститель, точивший зуб на род Яксли. Но время для таких размышлений было не подходящее, поэтому он тряхнул головой, прогоняя лишние мысли. — Ладно. Вали в гостиную. Я попытаюсь разрулить ситуацию.

— Я и сам могу!

— Угу. Верю. Ты хорошо справлялся, болтаясь над полом, пытаясь не задохнуться. Иди.

Том больше не стал возражать и, отряхнувшись, быстро скрылся за углом в направлении хаффлпаффской гостиной.

— Ну что, Невилл? Поговорим?..

Затащив незадачливого гриффиндорца в пустой кабинет, Найджел как следует запечатал двери и, предварительно спеленав Невилла до полной неподвижности и отобрав у него волшебную палочку, рассеял обездвиживающее заклятие.

Но Долгопупс не начал кричать, спрашивать очевидное или требовать освободить. Пару раз дернувшись, он убедился в отсутствии палочки и спокойно лёг, закрыв глаза. Глядя на такое поведение, Найджел даже поразился подобному присутствию духа.

— Невилл. Поговорим? — гриффиндорец промолчал. — Я понимаю твой гнев. Но и ты пойми Тома. Он же себя сиротой считал. А так… У него есть шанс. Шанс выжить в бойне, которая творилась, да и сейчас творится. Сейчас он сын Пожирателя Смерти, уже почившего, к счастью. Но он жив. Или ты был бы более рад, если бы он умер? — Долгопупс молчал. — Это твой выбор, Невилл. Тот, кто сделал это с твоими родителями, уже умер. Более того, он хуже, чем мертв. А Том ни в чем не виноват. Прими это, пожалуйста, — Гриффиндорец так и не издал ни звука и не поменял позы. Казалось, что он просто заснул. — Фините Инкататем, — веревки исчезли. — Я понимаю твой порыв, Невилл. Но не могу его принять.

Рядом с парнем упала брошенная Найджелом палочка. Сам староста уже ушел из старого захламлённого класса, аккуратно прикрыв дверь. И Невилл был ему благодарен. Благодарен, что тот не остался, чтобы утешить или расспросить. Лежа ничком на каменному полу, гриффиндорец тихо плакал, пользуясь абсолютной безлюдностью.

«Папа… Мама… Простите меня… Я едва не совершил непоправимую ошибку…»

Шалость с книгами по магловедению была подготовлена через три дня. Основная сложность была не зачаровать все прибывшие литературные издания, а легализовать их в библиотеке. Но тут «случайно» книги углядел директор и конфисковал их как неразрешенные.

Спустя двадцать четыре часа книги поступили в библиотеку.

Ещё спустя три часа их не осталось в библиотеке.

На следующий день почти у каждого студента, за исключением слизеринцев, были эти книги.

Причем библиотечные штампы, поставленные на «оригиналы», оставались и у «копий». Спешно учиненное расследование оборвалось в библиотеке. Мадам Пинс, нависнув над Кэрроу, вещала о важности учёта и обязательной описи. Описные документы нашлись спустя час. Дата поступления в библиотечный фонд «незаконных» книг совпадала с датой регистрации «рекомендованных».

Решение уничтожать неразрешённую литературу обернулось увеличением тиража. Заклятие Тома множило книги при повреждении. После попытки сжечь отобранные экземпляры коридор у класса ЗОТИ стал напоминать книгохранилище, а стопки грозили похоронить под собой особо неаккуратных.

Эти дни стали самыми веселыми в буднях школы с начала учебного года. В борьбе с книгами Кэрроу проиграли, попутно сдав позиции и в магловедении. Вооруженные разнообразной литературой студенты вполне успешно держали оборону, отстаивая свои убеждения. Пару раз в классе даже звучали возгласы от том, что профессор Кэрроу не имеет полной информации о преподаваемом предмете. Это был первый раз, когда наказанного студента подвергли Круциатусу.

Но главное, даже подобное «неповиновение» подбодрило студентов. И читая книги с описанием нанесенного урона животному и растительному миру планеты от рук маглов, студенты теперь обсуждали, как можно это изменить при помощи магии. Идеологическая обработка была провалена.

Но были и последствия.

«Был в ММ. Ушёл»

Уничтожив записку без подписи, Найджел накинул мантию и отправился в гостиную. Незадолго до прихода почты был объявлен общий сбор для всей школы.

Студентов, несмотря на близость Большого Зала, провожала профессор Спраут. И глядя на неё, Найджел всё сильнее ощущал ту отрешённость, что появилось после той встречи у Астраномической башни. Стараясь подбодрить всех, она не смотрела на него. А если и смотрела, её губы непроизвольно сжимались, а взгляд тяжелел. Хотя у парня за душой не было прегрешений, он невольно отводил взгляд.

— Декан, что случилось?