Отмеченная драконом - Варвара Ковригина

- Как? - выдыхает слово Шаре и смотрит на меня, а я молчу. Все еще не отошла от 'внутренностей'.

Но друзьям и не нужны объяснения. Они так же как я закрывают глаза, а потом их охватывает сияние. У Эла - аметистовое, а у Шаре голубое. И вот они держат в ладонях два камня. Один из них аметист, а второй - топаз. И все счастливо улыбаемся. Камушки мигнули и медленно вплыли в свои лунки, а зачем артефакт мигнул.

Мигнул, а затем вспыхнул. Я мигом избавилась от того умиротворения, подаренного внутренним миром, и удивлено уставила на каменный пол, по которому зазмеились огненные символы пентаграммы. Вспышка, и пентаграмма сияет тысячью огней, а из нее прет энергия. Я охнула, ощущая энергетику, а друзья тут же встали по обе стороны пентаграммы, раскинули руки в стороны и начали читать древнее заклинание. Я отошла, это их выход. Древние слова, тяжело срывались с губ моих друзей, подавляя энергию, заставляя ее держаться внутри пентаграммы. Ее надо сдержать, нельзя позволить ей вырваться из огненного круга, иначе... Иначе уже не будет ничего... Даже этих демонов... Пентаграмма мерцает, энергии все больше и больше, а у друзей уже кончаются силы. Слова становятся все громче, а сила сильнее. Лично меня уже давно вжало в стену этим жутким давлением. Смотрю на друзей и поминаю - так не пойдет! Надо хоть чем-то им помочь. Заклинания я не знаю, но зато могу отдать силы, что я и делаю. Шаги делаются медленно, очень медленно. Постоянно клонит назад, но я упорно иду вперед. Вот подхожу ближе и касаюсь рук друзей, и по моим рукам в разные стороны течет сила. Я чувствую улыбку друзей и их благодарность, но не отхожу, отдавая все без остатка. И тут слова изменяют свой оборот, становятся более спокойными, будто друзья пытаются усмирить что-то. Открываю глаза и вижу: в центре пентаграмме вверх уходит огромный столб света, а вокруг небо завились две сияющие нити. И только тогда понимаю, что все получилось. Последние слова срываются с губ друзей, а потом по ним бьет мощная волна энергии. Миг и все мы снова наполнены энергией, а резервы полные. Вот это сюрприз!

- Иди, - меня устало подталкивают, и я подхожу к столбу света, ощущая его энергетику. А внутри него сияет алыми всполохами 'Сердце Света'. Красивый огромный камень красного цвета с голубыми прожилками, именно он открывает дверь к нашей цели. Я поднесла руки к столбу, и он мягко направляет ко мне 'Сердце', а затем настойчиво отодвигает меня от себя. Ура...

***

Ирриалий бросился вперед, упорно работая клинками. Он устал, очень устал, но продолжал сражаться. Взмах меча, и позади падает срубленная голова орка. Единорог скривился и побежал вперед, где несколько магов отчаянно сопротивлялись трем десяткам демонов. Несколько минут, и все заканчивается. Для демонов!

И тут позади, в горе, что-то взорвалось. Ирриалий стремительно обернулся и вздрогнул. Из вершины горы в небо устремился огромный луч из белого света и скрылся за облаками.

'У них получилось'.

Пока демоны удивлено глядели на свет, единорог получил несколько секунд для передышки, а затем увидел огромного дракона, с ревом направляющегося к пещере. Блеснули серебристые глаза, и Ирриалий сжал зубы. Нет, он не позволит помешать им, не позволит! Даже если придется за это поплатиться жизнь...

В руках возникает мощнейшее заклинание, и длинную косу относит ветром из энергии. Заклинание все нарастает, а из резерва единорога уходят последние капли энергии. После этого он будет беззащитным, почти... Только ум, ловкость и его меч. На большее положиться нельзя. Заклинание распускается огромным синим цветком, а потом летит к дракону, который уже почти достиг горы. Миг, и оно врезается в черного, второй, и дракон поворачивает голову, безошибочно определяя нападавшего. Третий, и дракон летит к нему. Ирриалий поудобнее перехватил меч, понимая, что для него это конец.

Кристина зарычала и рухнула на землю, осыпав его волной земли. Взмах, и лапа встречается с мечом, но силы дракона больше, чем у единорога, и меч все ближе клонится земле. Глаза Кристины горят торжеством, и Ирриалий стиснул сильнее зубы. Просто так она не улетит! Увернувшись, он заново занес меч, а потом вонзил его в крыло, которое болталось рядом с ним. Раздался рев, а потом когтистая лапа просто смела его. Оказавшись на земле, он попытался встать, что было очень сложно. Меч потерялся, и остался только он напротив разъяренного дракона. Встретив его взгляд, Ирриалий усмехнулся, а потом подобрал с земли какой-то осколок от меча и встал в стойку. Дракон напал. Взмах и лапа пронзает грудь единорога, но тут успевает проткнуть его. Дракон ревет и взлетает, оставляя единорога на земле, а он улыбается. Жизнь медленно покидает тело, но он шепчет:

- Исса, судьба этого мира только на тебе. Пусть же моя жизнь, тело и душа будет служить тебе, - слова древнего заклинания слетают с белеющих губ, и тело единорога начинает серебриться, а потом распадется на небольшое облачко их светлячков. А на земле остается только один меч - все, что осталось от прекрасного единорога, Владыки всех единорогов.

**

Я ласково погладила рубиновый бок 'Сердца' и вздохнула. Но тут сбоку что-то мелькнуло, и я удивленно уставилась на серебристое облачко. Это еще что такое? Облачно чуть замерцало, а потом стремительно вонзилось в меня, а потом я услышала:

- '... Пусть моя жизнь, тело и душа служат тебе'.

Я ахнула и рухнула на колени. Ирриалий! Неужели?! На глазах закипел слезы и медленно полились на пол. Почему? Почему?!

- Исса? - удивлено спросил Эл, присаживаясь рядом и взглядывать в лицо. - Что с тобой?!

- Ирриалий... Он... - договорить не получилось, и слова заменились рыданием. Рядом послышалось сдавленное ругательство, а кулак врезался в стену, осыпав меня и Эла каменной крошкой. Я плакала и плакала, пока рядом не очутилась Шаре, обнявшая меня и принявшаяся утешать. Эл сидел недалеко и бездумно уставился в стену.

- Успокойся, ему уже ничем не поможешь, - прошептала фея, понимая, как мне сейчас плохо.

- Ы-ы-ы, - ответила я ей рыданием.

- Пожалуйста, не плачь! На тебе судьбы всего мира! - даже не подозревая, она повторила слова Ирриалий, и я заплакала еще отчаяннее.

- Ы-ы-ы!!!

- Исса, хорошая моя, не плачь! Ирриалию сейчас хорошо!

- Хлюп. Ы-ы-ы!

- Прекрати! Не ной! Ты сильная, ты должна встать и найти эту чертову жемчужину. Это война, Исса. А на войне принято умирать.

- Ы-ы-ы!

- Хватит, я сказала! Соберись уже! Не думаю, что Ирриалий был бы раз видеть тебя в таком состоянии! Посмотри на Эла, ему хуже. К тому же, Ирриалий был его отцом.

- Ы? - я уставилась на фею покрасневшими глазами, но плакать перестала. Задушив рыдание, на четвереньках подползла к 'Сердцу', мечтая убить Кристину еще сильнее.