Обещания - Джин Реник

Так как Джолин была дочерью известного доктора Картера Лоуэлла, то она по всем статьям удовлетворяла амбициозным требованиям его матери, считавшей ее вполне подходящей подружкой для сына. Непредвиденный же брак Линны с Куртом неожиданно делал Джолин претенденткой на роль его будущей жены. Должно быть, этот парень Курт не на шутку встревожил Алис Файе.

У Паркера не было совершенно никаких оснований жениться на Джолин. Он чувствовал, что абсолютно не готов к браку, не говоря уже о том, чтобы завести детей. Всю прошлую ночь они занимались любовью, и он не мог представить себе ее в положении. Джолин, с ее дерзкими сосками, аппетитной круглой попочкой и гладким плоским животом, который у беременных безобразно раздувается. Нет, только не Джолин! Да и сама она не впускает его в себя, прежде чем он не натянет презерватив. Думать обо всем этом не доставляло Паркеру особого удовольствия.

Он посмотрел на часы. По утрам Джолин любила поплавать. Ему тоже нравилось залезть вместе с ней в бассейн. Там, в ее доме, он мог спокойно поговорить с посредником Хартфорда, без вмешательства стоящей у него над душой Алис Файе. Он решил, что матери пора привыкать к самостоятельности сына, а ему самому лучше поддержать отца и полностью оправдать его доверие. Итак, он отправляется в бассейн Джолин.

Час спустя, голый, Паркер сидел в кресле на лужайке, возле бассейна Лоуэллов, держа в руке телефонную трубку. Ему нужно было обсудить пару деталей с агентом по продаже недвижимого имущества Хартфорда и, ведя деловой разговор, он не отрывал глаз от вызывающе вздернутых сосков Джолин, которая вздыхала и откидывала назад прилипшие к шее волосы. Они только что занимались любовью прямо в воде, и теперь она всем своим видом выказывала нетерпение побыстрее подняться наверх в приятно-леденящую прохладу ее спальни, где работали вовсю кондиционеры. На улице, действительно, было слишком жарко и душно, несмотря на то, что они совершенно обнаженные сидели в тени пляжных зонтиков.

По радио обещали, что будет гроза, и ему хотелось, чтобы она началась как можно скорее. В последний час стало так трудно дышать от жары, что заниматься любовью где-либо кроме бассейна просто не представлялось возможным — слишком липкими от пота становились тела. Джолин подошла к спинке его кресла и немного постояла за спиной, обхватив руками Паркера за шею, затем обошла сбоку и уселась к нему на колени. В это время агент, порывшись в бумагах, наконец нашел нужную Паркеру информацию и произнес убедительным голосом:

— Что, касается всех остальных претендентов и предлагаемых ими сумм, то окончательными сведениями насчет этого мы будем располагать в сентябре.

Не обращая внимания, что Паркер занят телефонным разговором, Джолин принялась гладить пальцами его живот. Обычно ей не требовалось много времени, чтобы оторвать его от дел, но на этот раз вопрос был слишком важным, и он остановил ее, схватив за руку.

— Прекрасно. Видите ли, земельный участок Хартфорда вплотную прилегает к нашему озеру, поэтому вы должны понять мое желание, во что бы то ни стало заполучить его. Я готов выложить любую сумму.

Покупка собственности Хартфорда была первым серьезным делом, в котором Сэм предоставил ему все полномочия, и Паркер был полон решимости, не разочаровать отца.

— Я буду ждать вашего звонка на следующей неделе.

Он поцеловал пальцы Джолин и, передав ей телефонную трубку, чтобы она положила ее на рычаг, ущипнул за соски. Она моментально отозвалась на призыв, и он с готовностью раздвинул ноги. Больше всего ему нравилось в ней то, что она, казалось, никогда не была удовлетворена, ей все время хотелось секса.

— Ну-ка, посмотрим на твоего малыша. Каждое движение доставляло массу удовольствия, и он почувствовал, как под ее пальцами напряглась его взволнованная, жаждущая ее тела плоть.

— Теперь я вижу, что ты мужчина.

Он дотронулся рукой до низа живота Джолин и, продвинув ладонь еще ниже, стал медленно ласкать ее, доводя до той же степени возбуждения, до которой был доведен сам.

— Да, — пролепетала она, — да.

Они оба встали и прижались друг к другу разгоряченными телами. Его член был твердый, словно камень, когда она натягивала на него презерватив. Потом они вошли в воду…

Глава 7

Обещаю тебе…

— Я знаю, что это сложно, Айрис, но Алан Хартфорд не нуждается в деньгах, и я думаю, наше предложение вполне может его заинтересовать… Хорошо, позвоните мне, когда он даст ответ, — Анни повесила трубку и тяжело вздохнула.

Какая духота! Эти невыносимо жаркие дни вконец ее измучили.

— С таким низким первым взносом нам потребуется поддержка Конгресса, чтобы конкурировать с Боумонтами, — Джей встретил неодобрительный взгляд Анни.

— Я знаю, — добавил он, — нельзя заранее отчаиваться.

Он обнял ее и пошел на кухню.

— В понедельник мой первый рабочий день у Милбрука. Кто знает, может быть, нам повезет, и мне, как имеющему постоянное место работы, удастся получить в банке кредит.

Анни последовала за ним, не думая больше о собственности Хартфорда. Теперь ее мысли были заняты письмом, лежавшим в нижнем ящике тумбочки, на которой стоял телевизор. Рано или поздно оно все равно всплывет наружу. Анни положила в два стакана мороженого и залила мороженое кофе. Ей еще раз захотелось поговорить с Джеем о его решении.

— Ну что ж, дружок, теперь ты в ответе за пять душ. Это слишком большая ответственность для такого молодого парня, как ты. Твоя мама поняла бы тебя, если б ты отказался от такой обузы.

Он остановил ее.

— Давай не будем обсуждать это. Все решено. Маме я дал обещание.

Он придвинулся к ней вместе со стулом.

— Анни, наша армейская часть размещалась в таком месте, где люди были практически нищими. Мужчины и женщины бродили в лохмотьях по округе, их единственной целью было накормить детей. И знаешь, что я понял? Я понял, что жизнь ничего не должна мне. И только от меня зависит сумею ли я в ней чего-либо добиться.

Он нетерпеливо встал из-за стола и, подойдя к окну, выглянул на улицу.

— Кроме того, нельзя нарушать данное тобой слово. Ты ведь тоже такая. Если бы я оставил Тома и Стефа жить по чужим углам ради того, чтобы самому поступить на юридический факультет, я бы просто презирал себя. Ненавидел бы. Я даже думать об этом не хочу. Они моя семья. Ты, и Чарли, и Данни, и тетя Джесс — все мы одна семья, и это самое главное,

Он снова сел за стол и стал с наслаждением потягивать холодный кофе с мороженым,

— Что ты думаешь по этому поводу? У тебя есть какие-нибудь другие соображения?

— Никаких, милый. Сколько лет я ждала этого, и так часто думала обо всем. Мы должны быть вместе. Теперь все бумаги готовы. Да, нам нужно свое гнездо, свой дом.