Влюбленный упрямец - Энджи Рей

– У меня есть идея. Если не возражаешь, я пойду спать. У меня завтра много работы.

Безразличный тон Гарека взбесил ее, отчего собственный показался немного истеричным.

– Где ты собираешься спать?

– На кровати, конечно. – Он взбил подушку.

– Это моя кровать.

– Уместимся оба. Твоя добродетель не пострадает.

– Ты можешь спать на полу.

– Я не рыцарь. Ложись на пол сама.

Он начал расстегивать пряжку на ремне. Элли повернулась спиной к кровати. Минуту спустя она услышала шелест простыней и щелчок выключателя. Спальня погрузилась в темноту.

Час спустя она настолько замерзла на твердом полу, что не могла унять дрожь. Еще ни разу в жизни ей не было так холодно. Вдруг теплые руки обхватили и подняли ее.

– Что ты делаешь? – еле выговорила она.

– Меня разбудил стук твоих зубов, – прорычал Гарик и уложил ее на кровать.

– Лучше умереть, чем лежать в одной постели с тобой, – гневно сообщила она.

– Если настаиваешь, не смею мешать. К тому же это сэкономит гонорар адвокату, который аннулирует наш брак.

В ярости Элли села на кровати и уставилась на темную фигуру. Нет, она не доставит ему такого удовольствия, не замерзнет до смерти. Полностью одетая, она осторожно легла, не обращая внимания на темную гору у себя за спиной.

Если он сделает хоть движение в ее сторону, она сама убьет его.

Элли медленно просыпалась. Сморщила нос. Какой-то чужой запах. Мужской. Она открыла глаза.

Загорелое плечо – в нескольких сантиметрах от нее. Инстинктивно девушка отодвинулась. Но Гарек не проснулся. При тусклом свете, пробивавшемся через жалюзи, она рассматривала его. Короткие волосы, широкий лоб. Между бровей глубокая морщина. Он хмурился даже во сне. Темные ресницы, хорошо очерченный нос и слегка оттопыренные уши, придававшие ему мальчишеский вид. Почти ровная верхняя губа и полная, с удивительно чувственным изгибом нижняя.

Заныла грудь. Всего два дня назад она думала, что он особенный. Два дня назад она бы, наверное, радовалась этой дурацкой церемонии. Конечно, без оружия.

Какая глупость!

Но плакать нет смысла. Хватит! Она плакала, расставшись с Рэйфом. Рыдать по Гареку Вишневски она не будет. Элли разгладила мятую юбку и вышла в гостиную.

Безумные мужчины с оружием исчезли. Их не было и в комнате Мартины. Тогда Элли пошла в кухню и приготовила кофе. За спиной раздался какой-то звук.

На пороге стоял Гарек и застегивал рубашку. Пиджак под мышкой. Волосы мокрые и зачесаны назад. На щеках темная щетина.

– Твой кузен решил не проводить с нами весь медовый месяц?

– Хочешь кофе?

– Как женственно это звучит.

Она немного помолчала и набрала побольше воздуха.

– Послушай, прости, что так получилось. Робби иногда бывает... немного импульсивным. Но намерения у него добрые.

– Уверен, что у Аль Капоне и у Бонни с Клайдом были тоже чистые намерения.

– Прости, что тебе пришлось провести здесь ночь. – Элли так сжала зубы, что они заболели. – Но ведь никакого вреда не было. – Она через силу улыбнулась. – Как ты сказал, брак будет аннулирован.

Он не улыбнулся в ответ. Угловатое лицо стало еще жестче.

– Адвокат позаботится обо всем. Я распоряжусь не уступать тебе ни единого цента.

– Прекрасно, – спокойно проговорила она. – Мне ничего от тебя не нужно.

– Неужели ты серьезно ждала, что я поверю, будто ты не собиралась нажиться за мой счет? – Сощурившись, он разглядывал ее.

– Меня не интересует, чему ты веришь. Но это правда.

– Хорошо. Ты ничего не получишь.

– Ты уже это говорил. – Элли устала от обвинений и подозрений. Она открыла окно. Ворвался холодный воздух. – А теперь тебе лучше пойти и приказать адвокату начать работу. Прямо сейчас.

Она опять разыгрывает невинность. Но он второй раз не попадется, надевая пальто и перчатки, подумал Гарек.

– Мой адвокат свяжется с тобой. Я добьюсь, что тебе предъявят обвинение за попытку шантажа.

– Замечательно. А теперь иди!

Гарек шагнул к двери.

– Мой адвокат займется твоим сумасшедшим кузеном, и его вернут в тюрьму...

– Робби? – (Гарек увидел, что попал в цель.) – Почему? Он не сделал тебе ничего плохого.

– Угроза оружием обычно квалифицируется как намерение причинить вред. Ему место в тюрьме...

– Ему нужен шанс, – с жаром сказала Элли. – Если ты сделаешь Робби что-нибудь плохое, я... я расскажу всем газетам историю нашей свадьбы.

Так вот как она собирается использовать ситуацию! Гарек догадывался, что у нее есть запасной план. Почти утихшая злость разгорелась с новой силой.

– Делай что хочешь, – рявкнул он. – Я не дам вам и цента.

Он наклонил голову, спасаясь от холодного ветра, и беззвучно ругал себя. Ведь когда Элли смотрела на него, он почти поверил, что она ни в чем не виновна.

Глава 10

В пятницу, во второй половине дня, когда Гарек разговаривал по телефону с управляющим производством, в кабинет вошел Ларри Ларсон, руководитель правового отдела "Вишневски индастриз".

– Разрешите я перезвоню вам, Эд. – Гарек повесил трубку и посмотрел на Ларри. – Ну?

– Есть хорошие новости, и есть плохие новости. – Ларри сел и аккуратно расправил полы пиджака. Он обожал дорогие костюмы и имел привычку зачесывать волосы так, чтобы прикрыть лысину на макушке. Это не мешало ему быть отличным юристом, умным и умелым.

– Продолжайте, – попросил Гарек.

– Хорошая новость. Я консультировался со специалистами, и они подтвердили то, что я вам говорил. Брак по принуждению автоматически считается недействительным. Следующее. После внимательного изучения удалось выяснить, что все штаты отказываются признавать брачную лицензию, полученную по Интернету. Мисс Эрнандес будет очень трудно предъявить вам какие-нибудь требования.

– А плохая новость? – Гарек откинулся в кресле и напряженно вглядывался в лицо адвоката.

– Да. – Ларри прокашлялся. – Плохая новость в том, что принуждение трудно доказать. Она может заявить, что вы оба заключили брак по свободной воле. Ваше слово против ее слова. И, к сожалению, Каспар Эгилберт – священник, законно возведенный в сан. У меня нет сомнений, что мы выиграем дело, но мисс Эрнандес может втянуть нас в нудный судебный процесс, который получит публичную огласку и не пойдет на пользу компании. В наши дни держатели акций хотят вкладывать деньги в безупречные предприятия.

– Меня не интересуют эти чертовы акционеры. – Ярость, которую он сдерживал всю неделю, выплеснулась наружу. – Я не заплачу ей ничего.

– Да, да, конечно, – поспешно успокоил его Ларри, поправляя узел галстука. – Если вы заглянете в эту папку, то увидите, что я все предусмотрел.