Полярный альманах № 2 - Юрий Бурлаков

Косвенные сведения о подводных хребтах, рассекающих ложе Ледовитого океана, накапливались постепенно. Гипотезу об Арктиде – земле, когда-то соединявшей Америку и Евразию, ещё в XIX в. высказал немецкий зоогеограф И. Эгер. Профессор А. И. Толмачев в 1935 г. провёл сравнительный анализ флоры полуострова Таймыр, а также Чукотки и Северной Америки. Оказалось, что таймырская флора имеет больше сходства не с флорой Чукотского полуострова, а с флорой Канадского арктического архипелага. В то время такой вывод казался необъяснимым, т. к. предполагал наличие некоего сухопутного моста через Ледовитый океан. В 1945 г. профессор В. Т. Тимофеев проанализировал экспедиционные данные о распределении температуры придонных вод в западном и восточном районах Полярного бассейна. Обнаружив различия температур на горизонтах глубже 1,5–2 км, он предположил, что водообмену между этими районами препятствует подводное поднятие, достигающее примерно таких же глубин. Тогда же профессор Я. Я. Гаккель на основе данных о распределении придонных температур привёл первые карты рельефа дна Ледовитого океана, ориентировочно наметив расположение подводного хребта: от Новосибирских островов, восточнее полюса и далее к Гренландии или к Канадскому арктическому архипелагу. Теперь на эту гипотетическую схему легли первые точки непосредственных измерений.

А спустя год в ВВЭ «Север-4» гидрологи А. Ф. Трешников и Л. Л. Балакшин при измерении со льдины в 280 км к югу от полюса получили глубину 1005 м, а отряд П. А. Гордиенко в 11 км от «точки Уилкинса» – 2048 м (Трёшников, 1978). Стало ясно, что Г. Уилкинса подвёл эхолот: здесь расположен подводный хребет, разделяющий ложе океана на две глубоководные котловины, и прямыми измерениями были нащупаны оба склона хребта, возвышающегося над ложем океана на 2–3 км. Но его простирание тогда оставалось неясным (предположительно к Гренландии или к Земле Гранта). Кроме того, получены данные, свидетельствующие о том, что восточнее порога Ломоносова и почти параллельно ему расположено ещё одно мощное поднятие, получившее позднее имя Менделеева (РГАЭ. Ф. 9570. Оп. 4. Ед. хр. 304. Л. 116).

Тогда же эти дискретные данные непосредственных замеров глубин (67 точек) получили принципиальное подтверждение в результатах гравиметрической съёмки. Под руководством инженера-подполковника С. Е. Александрова (преподавателя Военно-инженерной академии им. В. В. Куйбышева) с помощью маятниковых приборов облегчённой конструкции, изготовленных в экспериментальных мастерских АНИИ, а также гравиметров Норгарда были проведены измерения силы тяжести во всех пунктах работы экспедиции. На составленной по итогам наблюдений гравиметрической карте проявились районы с аномальным распределением тяготения. Колеблющиеся от точки к точке значения аномалий свидетельствовали о существенном разбросе глубин и неоднородности геологических структур дна Ледовитого океана. Кроме того, преобладание в результатах гравиметрии положительных значений аномалий силы тяжести указывало на то, что фигура Земли отличается от формы геоида, вычисленного по международной формуле 1930 г. (РГАЭ. Ф. 9570. Оп. 4. Ед. хр. 304. Л. 3), т. е. что Земной шар сплюснут у Северного полюса сильнее, чем считалось ранее. Таким образом, эти данные были использованы для уточнения картографии Северного полушария.

А вот судьба другой научной гипотезы, связанной с «полюсом недоступности», оказалась иной. Наблюдения, проведенные в 1938–40 гг. в ходе вынужденного дрейфа парохода «Георгий Седов» и в апреле 1941 г. во время полётов «Н-169», выявили явную аномалию: магнитные меридианы имели тенденцию к схождению не в точке магнитного полюса, а где-то северо-восточнее Новосибирских островов. Эти данные могли свидетельствовать о некой симметрии геомагнитного поля в Северном полушарии и дали повод учёным (профессор Б. П. Вейнберг и др.) выдвинуть гипотезу о существовании второго магнитного полюса примерно на меридиане 180° и широте 86°. Сейчас это покажется странным, но тогда эта гипотеза обсуждалась всерьёз. Её сторонниками были М. Е. Острекин, В. И. Аккуратов, возможность полюсной симметрии допускал участник дрейфа СП-1, начальник Главного управления Гидрометслужбы Советской Армии генерал-лейтенант Е. К. Фёдоров,[33] а второй магнитный полюс («полюс Седова») был даже обозначен на некоторых картах предвоенного времени.

Конец ознакомительного фрагмента.

Примечания

1

Мы не можем, однако, здесь безоговорочно доверять мнению Свердрупа, поскольку из-за нехватки времени Нансен не забрал западносибирских собак, приготовленных для него в устье р. Оленек. Эта порода, более известная как хаски, – близкий родственник эскимосских собак и обладает теми же качествами.

2

Русская полярная экспедиция 1900–1902 гг. была, пожалуй, единственной русской экспедицией, в которой снаряжение испытывалось и приспосабливалось к условиям путешествия, хотя и не так тщательно, как это делали норвежцы. Барон Толль экспериментировал с разными видами саней и полозьев, и заказал для своей экспедиции «нансеновские сани», однако более крупного размера, чем исходная модель. Он пытался также совместить традиционное сибирское снаряжение и изобретения Нансена и даже предложил некоторые усовершенствования нансеновской модели (Toll, 1909, с. 143). Для летних поездок и экскурсий на нартах использовались полозья из «немецкого серебра», хотя зимой применялись как деревянные с ледовой обработкой полозья, так и полозья из «немецкого серебра» (Toll, 1909, с. 118, 142–144, 289).

3

Однако из лыжной партии до большой земли партии не добрался никто.

4

Врач экспедиции Старокадомский отмечал, что лыж хватило бы на всех участников экспедиции.

5

«Русскими сапогами» Свердруп называет валенки.

6

Новейшим примером может служить историческая драма Nova Zembla (2011) режиссёра Рейну Урлеманса – первый нидерландскмй фильм, снятый в 3D.

7

Gerrit de Veer; ранее в отечественной литературе его фамилию транскрибировали также Девер, де Вир и де-Фер. О летописце трёх арктических плаваний Баренца известно до обидного мало. Родился Херрит де Вейр, предположительно в 1573 г. в Амстердаме в просвещённой и преуспевающей семье. Изучал навигацию под руководством Робберта Роббертса ле Каню, который был также учителем капитана Якоба Хеймскерка. Участвовал во второй (1595 г.) и третьей (1596–1597 гг.) экспедициях Баренца, имевших целью открытие Северо-Восточного прохода в Индию и Китай. В составе третьей экспедиции служил, вероятно, вторым помощником капитана (Beke, 1853, p. clvi). Согласно альтернативной традиции, Херрита де Вейра также называют судовым плотником. Однако, это очевидная неточность: судовой плотник, чьего имени история не сохранила, умер 23 сентября 1596 г., ещё до начала постройки «дома спасения», заниматься же плотницким делом приходилось всем зимовщикам (де Вейр, 2011, с. 91–92). Поскольку в нидерландских архивах нет сведений о смерти Херрита де Вейра, полагают, что он умер за границей.

8

На родном языке автора книга вышла уже весной 1598 г.; латинский, немецкий, французский и итальянский переводы появились в течение года. По-английски книга была впервые издана в 1609 г. и называлась в переводе: The True and Perfect Description of Three Voyages, so Strange and Woonderfull, That the Like Hath Neuer Been Heard of Before.

9

Josephus (Giuseppe) Scala (1556–1585) – астроном и врач, уроженец Сицилии; в новом издании дневников де Вейра (Де Вейр, 2011) ошибочно отождествлён с французским историком Иосифом Юстусом Скалигером (1550–1609), основоположником современной исторической хронологии. Согласно Сибрену ван дер Верфу (van der Werf, 1998, p. 149), автором этой ошибки является Самуэль Л’Оноре Набер (l’Honore´ Naber, 1917). Эфемериды Иосифа Скала – таблицы небесных координат Солнца, Луны и важнейших планет, а также их соединений и противостояний на период 1589–1600 гг., опубликованные четыре годы спустя после смерти составителя.

10

Noord ten Oosten, или один румб к востоку от севера. Номинально это означает 11°15′, однако практически при использовании 32-румбового компаса может соответствовать азимутальному сектору от 5°38′ до 16°52′.

11

На самом деле место зимовки находится всего на 56° восточнее Венеции.