Пионерский гамбит — 2 - Саша Фишер

парень с кровати по соседству с моей. Он лежал прямо на покрывале, а перед ним лежала какая-то книга.

— Между прочим, нам бы звеньевого выбрать, — как бы в воздух проговорил Марчуков.

— Ой, да это все скучища, — Семен скривился и махнул рукой. — Так вот. У нас на свалку выкинули ковер. Свернули в рулон и поставили рядом с мусорным баком. Ну, мусоровоз, такой, приехал, и собрались мужики этот ковер вывезти. А баба Миля такая: «Ой, сынки, погодите, не увозите, дайте посмотрю, может на дачу пойдет мне…» А они такие: «Фу, баба Миля, а вдруг там клопы? Зачем тебе на даче клопы нужны?» В общем, уговорили, и она отстала. Ковер закинули в машину и увезли.

Мои однопалатники молча внимали. Марчуков недовольно ерзал, сетка его кровати иногда натужно поскрипывала. Рассказывал этот Семен на самом деле неплохо. С выражением.

— Так вот… — он обвел всех взглядом. — Через неделю в тот же день на помойку выкинули еще один ковер. И та же история — приезжают мусорщики, а баба Миля им такая: «Ой, вот же удача! Мне как раз ковер нужен, а тут выбросили!» И тут мусорщики такие: «Ой, нет, баба Миля, это из туберкулезной больницы ковер, не надо его тебе!» И не дали. Опять увезли ковер.

Семен выдержал паузу. Лицо его стало довольным, как будто у собаки-улыбаки. Как они там? Акита-ину? Правда, кажется, такой породы в СССР не знали. Самой популярной сейчас следи пацанов был эрдель. Ну как же. Фильм «Приключения электроника» вышел совсем недавно, поголовье Рэсси в Советском Союзе увеличилось…

— На третий раз баба Миля вышла из дома пораньше, — продолжил свой рассказ Семен. — Стало ей интересно, кто это у нас ковры выкидывает.

— А откуда она узнала, что снова выкинут? — спросил Марчуков.

— Так две недели подряд в один и тот же день выкидывали же! — объяснил Семен. — Значит и в этот раз тоже выкинут. Метод дедукции! — он постучал согнутым пальцем себя по лбу. — Рассказывать дальше?

-Ага, — покивали однопалатники.

— Ерунда какая-то… — едва слышно пробурчал Мачуков.

— В общем, она засела в кустах и сидит там, — удовлетворенный всеобщим одобрением продолжил Семен. — Час сидит, два сидит. Ковра нет. А она рано вышла, еще даже пяти утра не было. И вот уже люди на работу пошли. И тут видит, крадется какой-то мужик в капюшоне. А на плече — ковер. Тяжелый, сразу видно, он едва справляется. Подошел он к помойке, а тут баба Миля такая: «Ага! Ну-ка посмотрим, кто тут у нас ковры выбрасывает!» А этот, в капюшоне, ковер бросил и бежать. Но она его успела своей клюкой по голове стукнуть. Прямо в лоб! Он закачался, но все равно убежал. Все-таки, бабушка! Сильно бить не умеет.

— Раз он уже убегал, то как она ему прямо в лоб попала? — язвительно спросил Марчуков.

— Так клюка же кривая! — Семен согнул руку, показывая крючок. — Она его со спины стукнула, а попала, получается в лоб. Вот этим вот крюком. Понимать надо!

— И как это она так попала? — Марчуков передразнил движение Семена, свернув руку в крюк. Потом заложил ее за шею и постучал себе по лбу. — Ерунда какая-то!

— Ну и не буду дальше рассказывать, раз ерунда! — Семен демонстративно скрестил руки на груди и надулся.

— Марчуков, ну чего ты привязался? Тебя надо тоже по голове стукнуть? — недовольно проговорил чернявый с книжкой. — Сеня, давай уже продолжай!

— Чего это меня по голове надо стукать? — обиделся Марчуков.

— А чтобы другим удовольствие не портил, — хмыкнул чернявый. — Всем остальным вот интересно. Да, парни?

Сопалатники одобрябще пробурчали что-то похожее на согласие.

— Сеня, ну что ты как этот самый? — нетерпеливо проговорил очень загорелый пацан с выгоревшими на солнце волосами. Видимо, весь июнь провел где-то в Крыму.

— Ну ладно, я добрый сегодня, — самодовольно сказал Семен и снова стал похож на собаку-улыбаку. — В общем, он убежал, а баба Миля подошла к ковру и дернула его за край. Ковер развернулся, а там — ТРУП! Молодая девушка, комсомолка. Даже значок есть! На нашу вожатку похожа. Баба Миля подняла крик, вызвали участкового, а тут мусоровоз подъезжает. А там только один мужик, второго нет. Ну, того, который все время бабе Миле рассказывал, что ковер нельзя трогать. А тут уже милиция с собакой, весь двор собрался. И баба Миля такая «А где же это твой напарник?» Ну мужик и отвечает, что тот заболел, мол, голова у него болит что-то«.

«В самом названии истории содержался спойлер, — подумал я. — Главное теперь не показать Марчукову, что мне интересно, а то смертельно обидится же!»

Семён выдержал драматическую паузу и победно посмотрел на всех. Все молча ждали. Никто уже не читал и не занимался ничем другим, всем хотелось услышать и так уже понятный финал.

— И тогда он говорит: «А я и знать не знаю, где он живёт, это надо у начальства спрашивать». Пошли к начальству. А там такой мужик сидит противный, хотел вообще на порог не пустить, милиционерам даже пришлось удостоверения предъявлять. Его спрашивают: «Где живёт вот этот мусорщик, который ковры забирал?» А он такой: «Надо в журнале посмотреть, у меня там все записано!» Открывают журнал, а страница вырвана!" Начальник такой начинает причитать: «Ах он нехороший такой человек, испортил мне журнал!» А баба Миля такая: «А вы обыщите тут все, что-то он не договаривает! Нутром чую!»

— Можно подумать, бабку кто-то на допрос взял… — прошептал Марчуков. Но перебивать рассказчика больше не стал.

— А начальник такой: «Вы не имеете права! Я буду жаловаться!» А милиция такая бах-бах его мордой об стол! И пошли обыскивать. Доходят до одной закрытой двери. Давай, говорят, ключ быстро! А начальник не дал, конечно! Кричал, что всех их засудит только. Ну они тогда начали дверь эту железную ломать. А таааам….

Семён снова замолчал. Лицо его стало настолько самодовольным, что он явно должен был скоро засветиться как прожектор.

— Ну, что там? — нетерпеливо выкрикнул чернявый.

— А там темно! — продолжил Семен. Они тогда принесли лампу, но собака туда идти отказалась. Там был спуск вниз, они спустились, а там ещё одна дверь! Они ее снова сломали и оказались в хранилище всяких ценностей. Золото, платина, валюта, и все такое. Ну они этого начальника сразу повязали и в тюрьму. И собрались уезжать.

— Эй, а как же труп?!