Секретная формула - Лина Тейлор

– Не надо, не умирай!

– Я не собираюсь умирать, – шепотом сказал Тони. Если это будет зависеть от него.

– Генри, – пробормотала она, – не смей умирать, слышишь, Генри?

Черт возьми, кто такой этот Генри, подумал Тони, погружаясь в сон.

Пробуждение было медленным. Тони почувствовал приятное тепло женского тела рядом и решил, что, наверное, это сон. Приятный сон. Пусть он продолжается, решил он.

Он лежал на боку, а рядом, прижавшись к нему спиной, спала девушка. Ее голова покоилась на его руке. Он обнимал ее за талию, и его ладонь была прижата к ее голому животу. Девушка тихо застонала во сне. Тони отодвинул в сторону пряди темных волос и прикоснулся губами к ее шее. Потом просунул ногу между ее ног, чувствуя нарастающее возбуждение своей плоти. Между тем его рука скользнула выше, под рубашку, и отыскала грудь. Обхватив грудь ладонью, он провел большим пальцем вдоль соска.

Линда слегка повернула голову в его сторону. Он нашел ее губы и жадно поцеловал, потом еще и еще. Их прижатые друг к другу тела начали ритмично раскачиваться. Еще немного – и они сольются. Еще минута, еще секунда, и он проникнет внутрь.

– Линда, – прошептал он.

Она оцепенела и сжалась. И в этот момент Тони осознал, что все это не сон. Он не спит, и она уже тоже.

Она смотрела на него с безмолвным изумлением и гневом. Тони застонал. Эта девушка лежит в его постели, еще минуту назад она прижималась к нему всем телом, таким податливым и мягким. Она хотела его – во всех ее движениях было желание, даже нетерпение. Она не сможет отрицать это.

Тони протянул руку и взял ее пальцами за подбородок, чтобы не позволить ей повернуть голову и уйти от его взгляда.

– Линда…

– Не прикасайся ко мне.

– Прости, – машинально сказал Тони, не чувствуя за собой никакой вины.

Внутренне он негодовал. Пять секунд назад она буквально ползала по нему. Он спал с ней в обнимку, она практически накрывала его своим теплым и мягким телом. Тони готов был поклясться, что она сама хотела близости. А теперь смотрит на него так, как будто он пытался ее изнасиловать.

– Я не насилую женщин, даже если они меня к этому провоцируют, – возмущенно сказал он.

– Что значит – провоцируют? – переспросила Линда. – Я ничего не делала.

– Милая, да ты всю ночь буквально лежала на мне! – воскликнул Тони. – Ты все время прижималась ко мне, обхватывала меня и руками и ногами. Еще минуту назад ты довольно мурлыкала, когда я трогал тебя, а сейчас смотришь как на какого-то маньяка.

Краска залила щеки Линды. Она подтянула к груди покрывало. Ее взгляд сначала упал на голую грудь Тони, а затем ниже. Нижняя часть его тела была прикрыта лишь тонкой простыней, и, похоже, она только сейчас это заметила.

Тони мог поклясться, что в ее глазах отразилось смущение.

Этого не может быть, сказал он себе. Девушка, которая входит в провинциальный бар походкой манекенщицы, девушка, которая носит кожаную мини-юбку, не может смущаться. Во всяком случае, он не ожидал, что ее так легко можно смутить. Впрочем, она все время преподносит ему сюрпризы. Он не думал, что она заснет на мотоцикле, и не ожидал найти синяки на ее теле. Он не мог предполагать, что она будет рыдать на его плече, а потом заснет в его постели. И, конечно, не ожидал, что она будет так льнуть к нему ночью.

Как бы то ни было, с этой девушкой не соскучишься. Если она обманывает его, то у нее это неплохо получается. Профессионально. Нет, все обманом быть не может, сказал себе Тони. Синяки-то настоящие. И ее страх перед ним – тоже. А ее смущение? Тони вздохнул. Смущение совсем не вписывается в общую картину. Но в любом случае он не может позволить себе потерять из-за нее голову.

– Так, значит, я начала все это? – сердито возразила она. Ее взгляд снова на секунду упал на простыню ниже его талии. Этого оказалось достаточно, чтобы она опять покраснела.

– Да, – подтвердил Тони. Потом честно добавил: – По правде говоря, я был не прочь довести дело до конца. Я и сейчас не прочь.

– И что было ночью? То есть… что еще?

Разговор становится все интереснее, подумал Тони. Он повернулся на бок и оперся на локоть, чтобы лучше видеть ее лицо.

– Ты долго плакала и в конце концов заснула на моей кровати. Вообще-то, кровать достаточно широкая, но ты все время прижималась ко мне. У тебя что, такая привычка – прижиматься к мужчинам во сне?

– Привычка? – оскорбленно воскликнула она.

По ее возмущенной реакции можно было подумать, что он обвинил ее в чем-то недостойном, например в проституции. Неужели ей так невыносима мысль, что она обнимала его ночью? Она просто вне себя от ярости.

– Линда, не хочешь же ты сказать, что я первый и единственный мужчина, с которым ты спала в обнимку? – поддразнил он ее.

– Я вообще говорю не об этом. Почему ты все переворачиваешь с ног на голову?

Тони только пожал плечами.

– Так, значит, – осторожно продолжила она, – это все, что мы делали?

Он слегка улыбнулся, потом не удержался и опустил взгляд к распахнутому вороту ее рубашки, в котором виднелись округлости ее грудей.

– Мы с тобой спали обнявшись всю ночь напролет, а потом проснулись.

Линда несколько секунд молчала, видимо не зная, что сказать.

– А больше ничего не было? – слегка запинаясь, спросила она. – Что еще было ночью? Как далеко… мы зашли?

Тони с тайным удовольствием наблюдал за ее смущением. Он решил, что сегодня она выглядит еще привлекательнее, чем вчера. Мягкие, спутанные после сна волосы, отмытое от косметики лицо, большие серые глаза, вопросительно глядящие на него.

– Я думаю, ты сама знаешь, как далеко мы зашли, – сказал он, пытаясь сдержать улыбку.

Он обхватил ее рукой за талию и привлек к себе, успев еще раз почувствовать вкус ее губ, прежде чем она отстранилась и сверкнула на него глазами. Наверное, она надеялась, что ее взгляд выражает ярость, но в нем светилось удовольствие. Рубашка на ней сбилась наверх, к груди, а на нем вообще не было ни нитки. Его возбужденная плоть пульсировала, прижимаясь к шелковистой коже ее живота.

Тони опять безумно хотел ее. Все началось сначала.

Он сделал несколько ритмичных движений телом, с удовольствием наблюдая, как у нее возбужденно расширились глаза и перехватило дыхание.

– Если я правильно помню, мы дошли как раз до этого момента, – сказал Тони. Он позволил себе еще один медленный и жаркий поцелуй, такой, от которого Линда закрыла глаза и тихо застонала. – Еще пара секунд, – продолжил он, оторвавшись от ее губ, – и я бы перевернул тебя на спину и завершил все естественным образом. Но ты неожиданно стала вырываться.

Линда сделала дрожащий вдох. Тони позволил себе просунуть руку между тонкой тканью ее трусиков и соблазнительными округлостями ягодиц. Он делал то, что хотел сделать еще вчера, – гладил ее тело, запоминая его форму, дразнил интимными прикосновениями, стараясь при этом не испугать слишком сильно.