Очаровательная смертная Самсона - Тина Фолсом

– Пробовали димсамы прежде?

– Конечно. Постоянно их ем в Нью-Йорке. Но думаю, что наш Китайский квартал не такой большой, как у вас, – Далила решила, что стоит завести непринуждённую беседу.

– Я где-то прочитал, что Китайский квартал Сан-Франциско самый большой в США. Не уверен, что это правда, но похоже на то, – Джон оказался на удивление разговорчив. – Здесь много магазинчиков, а если пройти несколько кварталов вверх к Стоктону, можно найти вполне приличные продовольственные магазины. Здесь продают в основном безделушки и сувениры. Тонны туристов.

– Да, я заметила. Недавно проходила здесь в полдень, и тут был такой наплыв туристов, что невозможно было протиснуться.

Далила посмотрела на Гранд Стрит – главную улицу Китайского квартала. Это место просто-таки кишело туристами и продавцами.

– В эти выходные народу прибавиться из-за празднования Китайского Нового Года, а в субботу вечером будет парад. Вам стоит это увидеть. Обычно я прихожу сюда с детьми. Им нравится. Будет дракон и всякая забавная атрибуция.

– Возможно, я приду посмотреть.

Далила прошла за Джоном в, невзрачный на вид, китайский ресторанчик, который был забит клиентами китайской национальности, что уже, само по себе, было хорошим знаком. Хозяйка проводила их к столику.

Красная скатерть была накрыта прозрачной подставкой под горячее, которую она быстро протерла.

– Пить? – краткость хозяйки граничила с недружелюбием.

– Чай, – в унисон произнесли Джон и Далила.

– Бьюсь об заклад, не можете дождаться возвращения домой, чтобы выспаться в собственной кровати, – предположил Джон.

Далила улыбнулась.

– Конечно.

Нет. После встречи с Самсоном, она хотела бы продлить свое пребывание и посмотреть к чему приведёт их встреча. Но вряд ли этому суждено сбыться.

– Должно быть сложно постоянно путешествовать по работе.

Далила рассеянно кивнула. Хотя она никогда так не думала. На самом деле, было благословением так много отсутствовать. По крайней мере, ей не нужно признавать, как одинока она была в своей маленькой квартире в Нью-Йорке. Когда она была в дороге и останавливалась в гостиницах, она могла притворяться перед остальными, какая у нее интересная была жизнь. Никто не узнает ее достаточно хорошо, чтобы заглянуть ей в душу и понять, что возвращаться ей практически не к чему.

У нее не было ни братьев, ни сестер, ну, по крайней мере уже не было. У ее матери были проблемы с зачатием, и Далила годами просила маму о маленьком брате или сестре, когда была ребенком.

И когда мама внезапно забеременела в возрасте тридцати пяти лет, вся семья была в восторге. Немного больше года спустя их мир рухнул, и ее маленький брат умер. После этого ее мать никогда не была снова прежней. Её отец, почти на 10 лет старше мамы, сейчас находился в приюте для пациентов с болезнью Альцгеймера. Он больше не узнавал её, и она перестала с ним видеться, хотя финансово продолжала заботится о нем.

Далила стала для него незнакомкой, и это ранило ее каждый раз, когда она его видела. Её мать умерла двумя годами ранее. Благо, отец не знал об этом. Болезнь Альцгеймера затуманила уже слишком большую часть его сознания, чтобы он смог понять, что его любимая, обожаемая на протяжении больше сорока лет жена, умерла от рака.

Врачи держали её в курсе, регулярно сообщая о его состоянии, и ничего другого она не могла сделать. Казалось, ему было удобно, и дом, который она выбрала для него был одним из лучших. Ни одного из членов её некогда счастливой семьи не осталось.

– Далила, ты что-то из этого хочешь? – вытянул её из депрессивных воспоминаний Джон.

Официантка показала им тарелку с пельменями.

– Ох, конечно.

Она окунула пельмень в соевый соус и жадно проглотила.

– Вкусно. Вы часто сюда приходите?

– Хотя бы раз или два в неделю. Это место находиться на очень удобном расстоянии от офиса. Моя жена ненавидит китайскую еду, поэтому я обычно забегаю сюда среди недели, – признался он и засмеялся. – Ох, это мне напомнило о том, что моя жена хотела знать, во сколько я сегодня буду дома. Она собирается приготовить своё фирменное блюдо.

Далила поймала до странного любопытный взгляд Джона.

– Ну, я планирую выйти из офиса в пять сегодня.

Она могла бы пройтись по магазинам и приобрести кое-какую одежду меньше, чем за полчаса, затем…

– В пять часов. Так рано? Какие-то планы? – его вопрос прозвучал так обыденно, что она почти пропустила его.

… затем принять душ, побрить ноги, сделать педикюр…

– На самом деле, я иду в театр.

Может покрасить ногти в розовый? Будет ли красный цвет слишком агрессивным?

– Звучит весело, что ты хочешь посмотреть?

Она любила сцену, и всегда приходила в восторг, когда знала, что увидит спектакль. Но на этот раз, у причины её восторга было другое имя.

– Я на самом деле не знаю, – Далила отвела взгляд, побаиваясь, что он выдаст ее возбуждённое состояние в ожидании предстоящего свидания. Ей на самом деле было всё равно, какой будет спектакль, пока мужчиной, сидящий рядом с ней будет Самсон Вудфорд.

– Что значит, ты не знаешь? – Джон выглядел растерянным.

– Знакомый пригласил меня, и я совершенно забыла спросить на какой спектакль мы идем.

Знакомый… она хотела, чтобы Самсон стал чем-то большим, хотя бы знакомым, с которым у нее мог быть секс. Много секса. Много хорошего секса. Если он так же хорош в постели, как и его поцелуй, то тогда секса будет очень много и, причём, отличного.

В ресторане что, стало жарче?

– Слишком острое?

– Что? – Далила подняла глаза и встретилась с любопытным взглядом Джона.

– Пельмени, – он указал не ее тарелку.

– Да, да, кажется, я добавила слишком много острого соуса.

Было спокойнее больше не думать о сексе за обедом с Джоном. Или в офисе, до конца рабочего дня, особенно учитывая, что в здании не было кондиционера.

Самсон хотел бы увидеть свое отражение в зеркале, но, поскольку вампиры в них не отражались, ему пришлось консультироваться с Карлом.

– Как я выгляжу?

– Хорошо, – Карл не был многословным вампиром.

Самсон повозился с воротником рубашки.

– Не слишком? Может переодеться во что-то менее кричащее?

Он был одет в темные брюки и простую белую рубашку с двумя расстегнутыми вверху пуговицами, без галстука. Он хотел выглядеть повседневно, но не слишком. Самсон снова возился с воротником своей рубашки.

– Если бы я не знал, сэр, то предположил бы, что вы нервничаете по поводу сегодняшнего вечера.

– Ты когда-нибудь видел, как я нервничаю, Карл? – скривился Самсон.