Счастливчик Сандерс - Андрей Николаев

Он как раз отмеривал очередную порцию виски, когда мисс Клейн ураганом ворвалась в номер. Захлопнув дверь, она подлетела к нему. Глаза ее метали молнии, как и положено было в данной ситуации, щеки раскраснелись, и Сандерс отметил, что в возбужденном состоянии она гораздо привлекательнее, чем когда строит из себя царственную особу, снисходящую до подданных лишь из милости.

– Вы сильно пожалеете, агент Сандерс, о своем поведении. Немедленно по прибытии на Киото я пошлю рапорт из посольства…

– Если бы вы знали, сколько раз на меня писали рапорты, моя дорогая Абигайль, вы бы удивились. – Сандерс взял сигару в рот и свободной рукой потрепал мисс Клейн по румяной щечке. – Милая моя девочка, ты…

Он видел ее движение, но мешать ей не входило в его планы.

Она перехватила его ладонь, вывернула, сгибая кисть к предплечью, затем резко дернула его на себя, встречным движением свободной руки опрокидывая на пол. Стакан с виски улетел в одну сторону, окурок сигары в другую, и Сандерс грянулся спиной, надеясь, что она не продолжит связку, вырубив его ударом в горло. Она сдержалась, но, судя по ее глазам, это стоило ей немалых усилий.

– Завтра, если вы еще помните, мы прибываем на Киото, – процедила она, – советую проспаться, иначе мой рапорт будет подкреплен недоумением господина Аридзаши, который, как вы знаете, является партнером председателя Комитета. После этого вы уже точно сможете поставить крест на своей карьере.

Резко повернувшись, она выскочила из номера, хлопнув напоследок дверью.

Сандерс кряхтя поднялся на ноги, потрогал переносицу – вроде не сломана, покрутил шеей, чтобы проверить, все ли цело, затем отыскал стакан и, плеснув на донышко виски, залпом выпил.

– А ничего девочка, – пробормотал он, – неплохая подготовка. Если голову себе не свернет, лет через несколько цены ей не будет.

В окрестностях города Киото, столицы одноименной планеты, посадка челноков, ботов, равно как и других, более крупных космических кораблей была запрещена. Случилось это в незапамятные времена, когда, как гласила легенда, была предпринята попытка свергнуть правящую династию императоров Ниппона, и с тех пор то ли традиция, то ли гипертрофированное чувство ответственности за потомка богини, правящего здесь, поддерживалось неукоснительно.

«Эухения Веласко» зависла на орбите, и пассажиры в ожидании шаттлов могли любоваться планетой из «звездного сада».

Сандерс побрился впервые за трое суток полета, собрал вещи и пошел искать мисс Клейн – он не сомневался, что на Киото их встретит представитель господина Аридзаши, и хотя перед ним разыгрывать легенду было необязательно, лучше будет, если они предстанут перед партнером сенатора Линдера как сплоченная команда. К тому же он не был уверен в том, что в окружении господина Аридзаши его не ожидает еще одна пара заинтересованных глаз. Выпив ставшую непременной рюмку виски – игру следовало продолжать, хотя, может быть, не столь интенсивно, – он отправился на поиски напарницы.

Он нашел ее в компании все тех же молодых людей среди цветущих кустов жасмина. На подбородке коротышки имелась припухлость, и он то и дело двигал челюстью, будто проверяя ее функциональность, брюнет щеголял переливчатым синяком под левым глазом.

– Господа, – начал Сандерс, приближаясь с сокрушенным видом, – позвольте принести извинения за вчерашний инцидент. Если я могу хоть как-то компенсировать неудобства, доставленные…

– Неудобства? – пробормотал брюнет, касаясь синяка. – Весьма обтекаемая формулировка.

– Надо было сдать вас корабельной полиции, – добавил коротышка, – скажите спасибо Абигайль – она не позволила.

– Спасибо, Абигайль, – смиренно промолвил Сандерс. – Господа, а может, мировую? – спросил он, будто внезапно загораясь свежей идеей. – Я угощаю!

– Довольно угощений, Ричард, – процедила мисс Клейн, – к тому же ты, кажется, уже угостился.

– Только в качестве лекарства от головной боли, – успокоил ее Сандерс. – Так как? Принимаете приглашение?

– Нет уж, увольте. С нас хватит вчерашнего, – поддержал мисс Клейн брюнет.

– В таком случае, Абигайль, не стоит ли нам полететь первым шаттлом? Нас, скорее всего, будут встречать.

– Хорошо. Только сейчас оставь нас, ради бога.

Рассыпаясь в извинениях, Сандерс удалился.

Видимо, отдавая дань далекой, оставшейся за миллионы световых лет родине, переселенцы заложили столицу планеты на островах, чем-то напоминавших очертаниями и климатом земную Японию. Крупных островов было пять, и они соединялись через проливы мостами, оборудованными на нескольких уровнях как для движения пассажирского транспорта, так и для пешеходов – ниппонцы были фанатиками активного отдыха и прогуливаться по нависшим над морем мостам стало у них почти национальной традицией.

Космопорт был вполне современный, к приземлившемуся челноку скользнула движущаяся дорожка, накрытая пластиком – на улице шел дождь. Таможенные формальности прошли почти без задержки – офицеры работали быстро, но тщательно. Абигайль на этот раз сама несла багаж – Сандерс не решился предложить помощь, а с молодыми людьми она простилась еще на корабле – они остались ожидать следующий челнок.

На выходе с терминала к ним подошел высокий худой ниппонец и, скалясь в вежливой улыбке, спросил, не они ли мисс Клейн и мистер Сандерс. Абигайль подтвердила, что это именно они и есть, полагая, что это секретарь господина Аридзаши. Однако мужчина поклонился в пояс, как это принято у ниппонцев, и снова оскалился:

– Я – Сиичи Аридзаши. Добро пожаловать на Киото, господа.

На вид ему было лет сорок – сорок пять, в черных, коротко подстриженных волосах едва пробивалась седина, однако, отправляясь на задание, Сандерс навел справки и выяснил, что ему шестьдесят семь лет. Только приглядевшись, можно было заметить мелкие морщинки в углах глаз, и сами глаза были выцветшими и будто усталыми от жизни.

Господин Аридзаши обернулся и махнул кому-то рукой. К ним подбежал молодой человек, поклонился еще ниже, чем сам Аридзаши, и, подхватив багаж, скрылся в толпе.

– Прошу, господа. – Аридзаши плавно повел рукой, приглашая следовать за собой.

Космопорт кишел туристами, служащими таможни, носильщиками – ниппонцы, во всяком случае здесь, в столице, не признавали киберов.

Пробравшись сквозь толпу, они вышли к стоянке глидеров. Впрочем, усевшись на заднее сиденье рядом с мисс Клейн, Сандерс понял, что от машины осталось одно название. Она плыла над дорогой на высоте не более метра, а господин Аридзаши в ответ на недоумение Сандерса сказал, что воздушное пространство над столицей открыто для передвижения только полиции, медицинским службам и, конечно, членам императорской фамилии.

– Все это делается в целях безопасности, разумеется, – завершил он объяснение.

– Чьей? – невинно спросил Сандерс.

– Императорской семьи, конечно. – Господин Аридзаши если и удивился вопросу, то не показал этого.

– Насколько я знаю из истории, опасность для коронованных особ представляет прежде всего дворцовый переворот, – заметил Сандерс и тотчас получил локтем в бок от сидевшей рядом Абигайль.

– Возможно, это справедливо для европейских монархий, но никак не для Ниппона, – вежливо отозвался Аридзаши. – Как здоровье господина Линдера?

– Спасибо, неплохо, – ответил Сандерс, вспоминая, как быстро и уверенно, несмотря на возраст, передвигался сенатор по полю для гольфа. – Небольшие проблемы с дочерью, ну да вы в курсе.

– Да-да, – отозвался ниппонец, – с детьми вечные проблемы. У нас, конечно, все проще – как-никак, почитание старших – древнейшая традиция. Уклад жизни, так сказать, но тоже случаются неурядицы. Особенно в студенческой среде.

Длинный мост закончился, и впереди в дымке встали небоскребы Киото.

– Господин Линдер попросил подобрать для вас гостиницу, но я хотел бы предложить вам быть моими гостями. Я живу за городом, совсем недалеко. Надеюсь, вы не откажетесь? – Аридзаши повернулся на переднем сиденье, ожидая реакции Сандерса и мисс Клейн.

– Почему бы нет, – беспечно отозвался Сандерс, – все равно на фрахт корабля уйдет несколько дней, а у вас, видимо, будет гораздо спокойнее, чем в городе.

– Несомненно, – отозвался Аридзаши, просияв от удовольствия. – А вы, мисс Клейн, не против?

– Я слышала, что прибывшим на планету необходимо зарегистрироваться в посольстве, – с сомнением в голосе сказала она.

– Какие пустяки! – воскликнул Аридзаши. – Завтра вас непременно отвезут в посольство. Неприятностей с властями не будет – мое слово кое-что значит в столице. А сегодня отдохнете с дороги.

Город остался в стороне – видимо, Аридзаши, не дожидаясь согласия гостей, приказал водителю ехать домой. Вдоль дороги тянулись зеленые рисовые поля, однако работающих Сандерс не заметил, о чем и спросил ниппонца. Тот пояснил, что рис выращивают здесь традиционным методом, опять-таки следуя старинным традициям, но сегодня крестьяне готовятся к празднику, а потому никто не работает.