Звездная долина - Стив Виттон

— Теперь, когда я сказал вам, где найти Цака, вы, надеюсь, сообщите мне, как официальному представителю анклава, что вы хотите узнать? Я несу ответственность за всех обитателей этого города и за все, что здесь происходит. Ибо даже если Цак и не желает иметь дела с нами, его поступки все равно бросают тень на нашу репутацию.

Джэйл пожала плечами:

— Как вы знаете, Цак с давних времен вызывает особый интерес у инквизиции. Да и наш милостивый король желает знать, что поделывает его «заклятый друг». А поскольку вы сами только что сказали, что давно уже не видели Цака…

— Вы хотите убедиться, что он не сбежал? — быстро спросил Годрик.

Джэйл кивнула:

— Такие слухи действительно достигли ушей короля. Есть свидетельства, что Цака видели в самых разных местах королевства: в Хоэнмуте, в Крэхенфельсе, в Маскареле, на кладбище, где стоит усыпальница его предков, на рынке в Тир-Фазуле. Конечно, Штерненталь — это не тюрьма, и каждый из его обитателей может покинуть его в любой момент. Короче говоря, король хотел бы знать, где сейчас находится Илиам Цак.

Фальк не знал, что и думать, — он представить себе не мог, что Защитница Света может так беспардонно врать, причем с таким искренним и невинным выражением лица. Однако он постарался не выдать «моего удивления — несомненно, у Джэйл были причины умолчать о резне в Мурбруке, из-за которой они тут и оказались.

Годрик переглянулся со своими соседями, затем ответил, возможно, чуть поспешнее, чем нужно:

— Илиам Цак сбежал? Это невозможно! Никто и никогда не покидал анклав, и если бы кто-нибудь только попытался, я тотчас узнал бы об этом. У нас нет ни стен, ни порот, но мы и не нуждаемся в них, потому что у нас есть иные возмож… — Внезапно он прервался на полуслове, словно сказал нечто такое, чего говорить не следовало. — Одним словом, Цак находится в своей башне уже пять столетий и останется там до самого конца. Если нужно, я готов поклясться…

— Я верю вашему слову, — склонила голову Джэйл. — Но у меня приказ короля, и я должна убедиться лично, что эти слухи лживы и Цак находится в Штернентале. Наш король очень мудр и дальновиден. Он считает, что даже самый невероятный слух заслуживает внимания и проверки.

— Слухи, слухи… — проворчал Годрик. — Это пустая болтовня, и только. Ручаюсь, в Штернентале все идет как должно. Поверьте моему слову, тот, кто прислушивается к слухам, — просто осел! Если бы я верил всему, что болтают в городе, то давно сошел бы с ума. У людей мало развлечений, вот они и придумывают невесть что…

— Говорят также, что слух в последнюю очередь достигает ушей того, кого он больше всего касается, — твердо сказала Джэйл.

— Ну что же, может быть, вы и правы, — со вздохом отозвался Годрик, видимо, он понял, что спорить с Серафимой бесполезно. — Разумеется, вы вольны в своих поступках, а приказ короля открывает перед вами все двери в Штернентале. Я полагаю, вы остановитесь в «Шелудивой собачонке». Брутус, хозяин трактира, позаботится о том, чтобы вы ни в чем не испытывали недостатка. Он может показаться угрюмым и необщительным. Но он — верный человек и отличный хозяин. Советую вам попробовать его стряпню, и обязательно закажите эль. Ради такого эля я остался бы в Штернентале, даже если бы мне представилась возможность уехать. — Годрик улыбнулся почти заговорщицки, однако тут же снова посерьезнел и сказал со вздохом, словно его собственные слова были ему не совсем по душе: — Вы можете навестить Илиама Цака в любое время, если находите, что это необходимо. А теперь прошу извинить меня…

Джэйл поклонилась с такой учтивостью, словно Годрик и в самом деле оказал им самый любезный прием.

На том аудиенция и окончилась. Едва дверь за путниками закрылась, Зара презрительно фыркнула, давая волю своему гневу:

— Великие небеса, что за болван! Его тупость может сравниться только с его же высокомерием!

Но Джэйл, казалось, вовсе не была возмущена столь холодным приемом. Если она и была чем-то недовольна, то виду не подавала. Пожав плечами, не отвечая на гневные слова Зары, она пошла по коридору к лестнице.

Однако Зару ее поведение рассердило ничуть не меньше, чем пренебрежение, выказанное официальным «болваном». Вампирше не нравилась мысль о том, что у серафимы имеются какие-то тайны. Раз уж Зара ввязалась в эту историю, она желала в полной мере доверять спутникам.

— Почему ты им солгала? — спросила она, когда они уже спускались по лестнице.

— Солгала? — удивилась Джэйл. — О чем ты?

— Я говорю об этих волшебниках! — не отставала Зара. — Почему ты не сказала им всей правды?

— Потому что в этом не было нужды, — спокойно пояснила Джэйл. — И еще потому, что у стен есть уши. Нам лучше соблюдать осторожность.

— И как можно скорее поесть! — воскликнул Фальк в нетерпении. — Я готов скатиться кубарем по этой лестнице, если внизу меня будет ждать тарелка супа!

И снова ни Фальк, ни его спутницы не заметили спуска — то ли из-за усталости, то ли благодаря магии (Зара решила, что второе вероятнее). Они просто очутились в нижнем зале, и двери тотчас распахнулись перед ними. Тут путешественникам и очередной раз пришлось удивиться. Они видели здесь уже достаточно чудес. Но, похоже, в Штернентале чудеса действительно встречаются буквально на каждом шагу. И одно из них как раз поджидало Джэйл, Зару, Фалька и Тора за дверями.

Пока они гостили у Годрика, на город опустилась ночь. Лишь в немногих окнах светились слабые огоньки, но улицы и переулки тонули в непроглядной тьме. Луна то показывалась, то вновь исчезала в быстро несущихся по небу облаках. Воздух оказался неожиданно холодным. Под ногами у путешественников шуршали опавшие листья, и, когда на них падал лунный свет, можно было увидеть, что они уже не зеленые, а медно-бурые. От земли поднимался горьковатый запах преющей листвы. Вскоре закрапал мелкий холодный дождь.

Сомнений не было — за какой-то час день превратился в ночь, а одно время года сменилось другим.

Лето покинуло Штерненталь.

Теперь здесь царила осень.

Глава 5

Дверь трактира «У шелудивой собачонки» скрипела так пронзительно, что казалось, на пороге орет кошка, которой придавило хвост. Зато никто не мог войти в трактир незамеченным. Впрочем, когда трое путников, расседлав лошадей, устроив их в пустой конюшне и засыпав им овса из найденного тут же мешка, открыли дверь и зашли в полутемное помещение, им показалось, что трактир, как и весь город, пуст.

Потом они поняли, что это не совсем так. В заведении находились посетители. За угловым столом сидели трое мужчин в белых мантиях с длинными белыми бородами — похоже, такова была униформа волшебников. На столешнице перед ними было начерчено несколько прямых и косых перекрещивающихся линий, поверх которых лежали медные фишки. Заслышав скрип двери, посетители тут же забыли об игре и с недоверием уставились на вошедших.