Ритуалы Бесконечности - Майкл Муркок

– Я, конечно, не помню, – ответил Орелли, – поскольку я не с З-1. Но я об этом читал. И все же это выглядит именно так. Они живы и в то же время мертвы, все наши попытки разбудить их оказались безуспешными. Я надеюсь, профессор, что вы сможете нам помочь.

– Как я могу помочь?

– Возможно, вы поймете, когда осмотрите эту пару.

Пока они говорили, Штайфломайс склонился над одним из Разрушителей и принялся его осматривать. Человек был среднего роста и под черным комбинезоном казался хорошо развитым физически. Удивительным было то, что обе фигуры были очень схожи чертами лица и сложением. У них были короткие светло-коричневые волосы, широкоскулые лица, белая кожа без пигментных пятен, но нездоровый цвет лица и структура кожи были необычными, особенно в верхней части лица.

Штайфломайс поднял одному из них веки, и Фаустафа передернуло от взгляда голубых глаз, смотревших, казалось, прямо на него. На мгновение ему почудилось, что человек в действительности не спит, он просто не может двигаться. Штайфломайс опустил веки.

И встал прямо, сцепив руки.

– Замечательно. Что вы предполагаете с ними делать, кардинал Орелли?

– А я еще не решил. Мои интересы научного характера – я хочу знать о них как можно больше… Это первые Разрушители, которые когда-либо попадали к нам, так, профессор?

Фаустаф кивнул. У него пронеслось в голове, что лучше бы Разрушители попали в другие руки, нежели к Орелли. Он не осмелился даже подумать о том, какое применение найдет мечущийся мозг Орелли для Разрушителей и их Разрывателя. С его помощью он мог шантажировать весь мир. И Фаустаф решил уничтожить аппарат, как только ему представится такая возможность.

Орелли взял у него из рук пустой стакан и поставил его на металлический стол. Он снова налил профессору вина, и Фаустаф выпил его механически, хотя долгое время не ел. Обычно он пил в меру, но вино слабо действовало на него.

– Я думаю, мы вернемся в мой штаб на З-4, – сказал Орелли. – Там лучшие условия для необходимых исследований. Надеюсь, вы примете мое приглашение, профессор, и согласитесь мне помочь.

– По-моему, вы отправите меня на тот свет, если я откажусь, – заметил Фаустаф.

– Я бы, конечно, не воспринял с радостью ваш отказ, – хищно оскалился Орелли.

Фаустаф ничего на это не ответил. И он решил, что в его интересах попасть на З-4 с Орелли, где появится реальная возможность связаться со своей организацией.

– А что вас забросило в этот негостеприимный мир, господин Штайфломайс? – поинтересовался Орелли с показной сердечностью.

– Это из-за профессора Фаустафа. Я хотел поговорить с ним.

– Поговорить? А мне показалось, что вы и профессор занимались чем-то вроде драки, когда я появился на сцене. Вы – друзья? Я бы так не подумал.

– Аргументация была временно прервана вашим появлением, кардинал, – сказал Штайфломайс. – Мы обсуждали философские проблемы.

– Философия? Какого рода? Я сам интересуюсь метафизикой. Не удивляйтесь, я просто вспоминаю свою старую профессию.

– О, мы говорили о сравнительных возможностях и достоинствах жизни и смерти, – сказал Штайфломайс, просветлев.

– Интересно. Я и не знал, что вы увлекаетесь философскими спорами, профессор, – промурлыкал Орелли, обращаясь к Фаустафу. Тот пожал плечами, повернулся спиной к Штайфломайсу и Орелли и подошел ближе к телам Разрушителей.

Он нагнулся и дотронулся до лица одного из них, оно было теплым, как пластик при комнатной температуре. Казалось, оно вообще не было покрыто человеческой кожей. Профессор затеял с Штайфломайсом и Орелли глупую словесную дуэль. Они увлеклись приводимыми ими доводами на довольно долгое время, пока Орелли театральным жестом не прервал Штайфломайса на середине фразы и не заявил, что времени очень мало и он должен заняться подготовкой к созданию туннеля через субсветовое пространство к его штабу на З-4. Когда он вышел из палатки, его сменила охрана из двух вооруженных людей.

Штайфломайс подарил Фаустафу сардонический взгляд, но тот не чувствовал радости, принимая условия игры Орелли. Хотя охрана не позволила бы ему близко приблизиться к Разрушителю, он занялся его изучением с того места, где тот стоял, пока не пришел Орелли и не сообщил, что туннель готов.

VIII. РАЗРУШИТЕЛИ

Сильно уставший и очень голодный, Фаустаф прошел через туннель и обнаружил, что находится в подвале с каменной кладкой. Это была церковь в готическом стиле. Камни выглядели старыми, но были недавно отреставрированы. Воздух был холодным и сырым. Вокруг лежали груды полевого снаряжения Спасателей, а само помещение освещалось неоновой трубкой. Орелли и Штайфломайс уже находились здесь и о чем-то разговаривали. При появлении Фаустафа они замолчали.

Вскоре принесли тела Разрушителей и их прибор. Разрушителей несли люди Орелли. Сам он прошел вперед, открывая двери в дальнем конце подвала и показывая путь по каменным ступеням в пышный интерьер большой церкви, наполненной солнечным светом, льющимся через высокие окна. Создавалось впечатление, что церковь даже больше, чем была на самом деле. Это место Фаустаф мог сравнить с самыми лучшими готическими соборами Британии и Франции – прекрасный образец человеческого творчества. В центре церкви располагались алтарь, кафедра проповедника и маленькие часовенки слева и справа – все указывало на то, что церковь, скорее всего, католическая. Выпитое вино вскоре все же подействовало на Фаустафа, и он блуждал глазами по росписям 14-го века со святыми, животными и растениями, пока не взглянул на потолок, высокий и иссеченный каменными ребрами, едва видимыми в холодном полумраке. Когда он снова опустил глаза, то увидел Штайфломайса, стоящего перед ним с улыбкой на губах.

Пораженный красотой церкви, Фаустаф обвел кругом рукой:

– И вот это все вы, Штайфломайс, хотели бы разрушить?

Штайфломайс пожал плечами:

– Я видел лучшие вещи. По моим понятиям – это ограниченная архитектура, профессор, и довольно неуклюжая. Дерево, камень, сталь и стекло, неважно, какие материалы используются, – все это грубо.

– Значит, это вас не вдохновляет? – спросил Фаустаф недоверчиво.

Штайфломайс рассмеялся:

– Нет. Вы так наивны, профессор.

Не в силах выразить эмоций, которые вызвала у него церковь, Фаустаф терялся от того, какой должна быть архитектура, чтобы вызвать интерес у Штайфломайса.

– Где эта ваша архитектура? – спросил он.

– В местах, которые вам неизвестны, профессор, – Штайфломайс продолжал уклоняться от ответа, и Фаустаф снова удивился, а не мог ли тот иметь какую-то связь с Р-отрядами.

Орелли наблюдал за своими людьми. Теперь он обратился к ним: