Досадное недоразумение - Натали Старк

Дэн смотрел на Розмари, в глазах которой отражалось пламя свечей, и чувствовал странную неуверенность. Девушка была божественно прекрасна.

Ее тонкие черты, аристократическая осанка и грациозные движения казались ему почти нереальными. Он готов был смотреть на нее часами и был уверен, что ему никогда не надоест это зрелище. Когда она ему улыбалась (а это пока случалось, к его сожалению, не часто), он чувствовал себя на седьмом небе от счастья.

И чем лучше он ее узнавал, тем отчетливее понимал, что без нее никогда не будет счастлив. Вот только захочет ли богиня иметь дело с простым смертным? Особенно сейчас, когда в его жизни появился неизвестный и очень беспокоящий его фактор.

Дэн задумался, на его лбу появилась неглубокая поперечная морщина, которая сразу сделала его старше и серьезнее. Ему неожиданно вспомнились все странности, которые случились за последнее время с ним и с его фирмой. Происходило что-то непонятное…

Но сейчас не время думать об этом. Дэн тряхнул головой, чтобы отогнать тревожные мысли. Все дела и неприятности подождут. Этот вечер принадлежит только им.

Когда зазвучали звуки вальса, Дэн встал.

— Можно пригласить вас на танец? — спросил он Розмари с галантным поклоном.

Она кивнула и поднялась. Дэн обхватил ее одной рукой за талию, второй осторожно взял ее тонкие пальцы и, встретившись с ней глазами, улыбнулся. Розмари улыбнулась в ответ, и они закружились в танце.

Дэн оказался безупречным партнером. Он легко и непринужденно вел Розмари, направляя ее движение, поддерживая и уводя в сторону при приближении других пар. Розмари, сначала немного напряженная, расслабилась и получала от танца ни с чем не сравнимое удовольствие.

Он прижимал ее к себе все крепче, она чувствовала на своем лице его горячее дыхание и не могла понять, отчего ее бросает то в жар, то в холод. Ей казалось: еще немного, и они оторвутся от земли и, кружась, взлетят к звездам. Розмари забыла обо всем, что их окружало, у нее было такое ощущение, что они одни во всей вселенной. Все исчезло, осталась только музыка, сильные и уверенные руки Дэна и легкое, невесомое скольжение по волнам прекрасной мелодии.

Когда вальс закончился, Дэн нехотя разжал объятия и отвел разгоряченную Розмари обратно к столику.

— Ты великолепно танцуешь, — произнес он, поднося ее руку к губам.

Официант разлил шампанское, и Розмари, сделав несколько глотков, сказала:

— Никогда бы не подумала, что ты умеешь танцевать вальс.

— Почему это? — возмутился Дэн. — Я что, не похож на настоящего джентльмена? Моя мама бы очень огорчилась, если бы об этом узнала. — Он улыбнулся, и Розмари вдруг заметила, что, когда он улыбается, на его щеках появляются ямочки. — А ты, наверное, училась в институте благородных девиц. Я сразу это понял, поэтому не сомневался, что ты прекрасно танцуешь.

— Разве сейчас есть такие институты? — засмеялась Розмари.

— Наверняка, — сказал Дэн, — иначе откуда берутся такие утонченные барышни, знающие правила хорошего тона и разбирающиеся в танцах, музыке и прочих изящных искусствах?

— Расскажи мне о своей семье, — попросила вдруг Розмари.

— Род мой знатный и древний, — начал Дэн голосом сказочника, рассказывающего таинственную историю, — но давно разорившийся. Мои предки были крупными землевладельцами во времена Королевы Елизаветы.

— В девятнадцатом веке?

— Да. Им принадлежали поместья и титулы. Кстати, мой двоюродный дед до сих пор носит титул графа. Последний осколок былого величия. А родители мои — обычные люди. Для них все это не имеет значения, как, впрочем, и для меня.

— У тебя есть братья или сестры? — спросила Розмари.

— К сожалению, нет, — ответил Дэн. — В детстве мне страшно хотелось иметь брата. Но братьев у меня не было даже двоюродных. Сплошные кузины в бантах и розовых платьях. Может быть, еще и поэтому я водился с хулиганами и постоянно изводил своих юных родственниц. — Дэн вздохнул и продолжил: — Теперь они выросли, и мы прекрасно ладим. Хотя и видимся нечасто.

Розмари представила себе Дэна в коротких штанишках и с рогаткой в руках, в окружении разодетых девочек, и улыбнулась.

— Теперь твоя очередь, — сказал Дэн.

— Ты хочешь узнать, достаточно ли благородное у меня происхождение? — усмехнулась Розмари.

— Я и так знаю, что ты королевских кровей. Это сразу видно.

— Ничего подобного, — сказала Розмари. — Правда, родственники моей бабушки находили на ветвях своего генеалогического дерева особ королевской крови, но зато дедушка — простой ирландский моряк. Ну, может, не совсем простой — со временем он стал капитаном. Но начинал как простой матрос и всего достиг сам.

— Наверное, твоя бабушка его очень любила? — спросил Дэн. — Раз вышла за него замуж. Наверняка ее родные были против.

— Да, бабушка все делала по-своему. — Розмари грустно улыбнулась, вспомнив своих обожаемых дедушку и бабушку. Дедушку, к сожалению, она уже никогда не увидит…

— Своенравная английская леди и бравый ирландский моряк, — задумчиво проговорил Дэн. — Теперь понятно, откуда эта морская синева глаз и темное золото волос — из Ирландии. А эта гордая осанка и желание всегда выглядеть невозмутимой — старая добрая Англия.

— А мой папа — наполовину француз. По материнской линии, — заявила Розмари и посмотрела на Дэна, довольная произведенным эффектом.

— Ох! — Он схватился за сердце. — Боюсь даже предположить, что досталось тебе от этих любвеобильных французов.

Она смутилась, потом подняла глаза на Дэна, и они рассмеялись.

Розмари почти не притронулась к еде, хотя все выглядело очень аппетитно. У нее всегда было так: когда она волновалась, аппетит совершенно пропадал. Хотя это не относилось к сладкому. Бывало, что в волнении она съедала плитку шоколада, не замечая этого, а потом очень удивлялась, обнаружив в своих руках пустую обертку.

Но почему она волнуется сейчас? Вроде бы не происходит ничего экстраординарного: она просто ужинает в ресторане со знакомым мужчиной, они мило беседуют… Тогда почему щеки ее горят, в голове все путается и хочется все время смотреть в его глаза, не отрываясь и ощущая, как между ними пульсирует электрический ток высокого напряжения?

К тому времени, как принесли десерт, Розмари почти справилась со своим волнением. Дэн так красочно рассказывал о своем детстве, об отчаянных друзьях, строгих учителях и любящих родителях, что ей стало казаться, будто они знакомы много лет.

Она, в свою очередь, поведала ему о своей любимой сестре, о родителях, с которыми встречается нечасто, так как сейчас они живут во Франции, и даже рассказала о своей детской мечте стать великим путешественником, как Колумб.