Забавы агрессоров - Денис Юрин

Конт сидел неподвижно, поджидая, когда противники приблизятся и заговорят. Он не хотел драться и надеялся, что шкодники из дворово-военизированного формирования все-таки одумаются. Лет двадцать – тридцать назад с ним побоялись бы связываться из-за огромного роста (моррон был выше каждого из преступников почти на голову) и внушительной горы мышц, распиравших его куртку. Но в наше время слишком многие мужчины хотят выглядеть красиво и поэтому напиваются всякой химической всячины, не дающей силы, но раздувающей хиленькую мускулатуру до неимоверных размеров. Что поделать, мир изменился, крепкое тело нужно людям не для работы, а чтобы произвести приятное впечатление на тех, кого собираются охмурить. Миллионы мужчин и женщин озабочены избавлением от лишнего веса и накачкой мышц вместо того, чтобы привести тело к гармонии и продлить срок его службы хотя бы на пару десятков лет.

Психические комплексы отдельных индивидуумов и господствующие в обществе стандарты вредят, притом не только последователям навязчивых идей, но и всем окружающим. Бандиты не испугались одиноко сидевшего на куче металлического хлама мужчины и не почувствовали за ним силу, как моральную, так и физическую. Стая шакалов обозналась и решила напасть на льва, приняв его за безобидного кота-переростка.

Разговор начал самый низкий и щуплый, по-видимому, вожак, омерзительный заморыш со слюнявыми губами и клепками, для устрашения вшитыми прямо в кожу. Такие обычно и выбиваются наверх в преступной среде. Наглость и жестокость, усугубленные серьезными психическими расстройствами, компенсируют этому типу уличной шпаны все то, что недодала матушка-природа. Предводитель банды издевался над жертвой, открывая для своих опустившихся собратьев обещающий быть интересным концерт. Четверо подростков, вставших ровным полукругом, зловеще ухмылялись, а их вульгарная боевая подруга пакостно хихикала в предвкушении кровавого веселья. Конт в душе пожалел убогую, необразованную девушку, сведшую свою бытность к примитивным, почти животным рефлексам. Вид крови и чужих страданий был для несчастной единственным допингом, поддерживающим ее мозги от перехода в состояние аморфной апатии.

– Ну что, красавица, на прогулочку вышла, а может, сладенькая, принца ждешь? – пропел на низкой ноте слюнявый воробей, устрашающе пронзая лицо жертвы мутным взглядом истосковавшегося по чужой боли маньяка.

– Шли бы вы отсюда, детишки, – ответил Конт, игнорируя вызывающее обращение и смачные плевки дружков мальчонки в заклепках, оросившие его лицо и куртку. – Денег у меня нет, одежда неказистая да вами загаженная, так что ловить вам нечего.

– А кто о деньгах говорил, красавица? – рассмеялся дерганый вожак. – Мы тебя того, бесплатно оприходуем. Трепыхаться не будешь, так авось и выживешь, куколка!

Оскорбления полились рекой, лишь изредка перебиваемые смешками и легкими, пока символичными тычками остриями заточенных труб.

– Жо, отдай мне его! Жо, дай я потеху начну! – жалобно скулила девица, пытавшаяся завоевать хоть крупицу уважения в банде.

– Замечательное у тебя имя, просто класс! – вдруг рассмеялся до этого момента молча терпевший издевательства Конт. – Интересно, а как эта деваха тебя обычно называет: «Папочка Жо», «ПаЖо» или просто «Жо Па»?

Галдеж возбужденных подростков мгновенно смолк, наступило зловещее затишье перед бурей. Вызов вожаку был брошен, стая уличных животных замерла в ожидании ответа. Даже девица перестала подстанывать и подпрыгивать, не говоря уже о Жозеффе, чьи вытаращенные глаза мгновенно налились кровью.

Обрубок трубы взмыл в воздух. Главарь метил пройтись косым ударом по глазам жертвы, но не рассчитал скорости реакции оппонента. Едва труба начала опускаться вниз, как перед глазами что-то мелькнуло. Сильный удар, пришедшийся точно в центр тощей грудной клетки, откинул парня в заклепках шагов на пять назад. Главарь банды ударился спиной о кучу ржавого старья и выбыл из числа участников начавшейся потасовки. Девица завизжала, парень слева от нее пытался насадить Конта на самодельную заточку из бруска арматуры, но цепкие пальцы длинноволосого монстра вцепились ему в лицо и содрали кожу. Остальные бандиты повели себя с тактической точки зрения правильно: отскочили назад и, отбросив палки да биты, взялись за огнестрельное оружие.

Автоматные очереди разрывали воздух, раздражая Конта неимоверной трескотней, но ни одна из пуль не достигла цели. Моррон схватил орущую девицу за волосы и прижал ее к себе, прикрываясь бьющейся в припадке истеричкой, как живым Щитом. У современного дальверийского оружия много преимуществ, но есть и существенные недостатки, о которых не следует забывать: низкая пробивная способность и невместительный магазин. Когда вместо гула пальбы раздались тихие щелчки спусковых крючков, Конт перешел в наступление.

Изувеченное пулями тело девицы взмыло в воздух и сбило с ног одного из троих судорожно пытавшихся перезарядить оружие бандитов. Еще одного из стрелков прикончил обрубоктрубы, пронзивший насквозь горло, а его более удачливый товарищ умер мгновенно от удара прикладом по переносице. Не стоит и говорить, что это был приклад его собственного автомата, который моррон легко вырвал из трясущихся рук. Последний бандит зашевелился, пытаясь скинуть с себя обмякшее тело девицы. Слегка запыхавшийся Конт подошел вплотную и придавил барахтающуюся парочку ногой, потом подобрал валявшийся поблизости кусок арматуры и пригвоздил оба тела к земле. Истошный крик парня быстро сменился едва различимым стоном, а затем совсем затих. Дело было почти сделано. Светловолосое чудовище со стеклянными глазами и неподвижной маской лица всего за минуту расправилось с целой бандой, за исключением главаря, находившегося пока без сознания. Но насчет украшенного клепками задиры, обозвавшего его «красавицей», у Конта были особые планы.

За отсутствием под рукой веревок моррону пришлось разорвать одежду на трупах и спеленать окровавленными лохмотьями по рукам и ногам бесчувственного главаря. Из кепки с обломанным козырьком получился замечательный кляп. Моррон не собирался вступать с подонком в бессмысленные дебаты, выслушивать клятвенные обещания «...я больше не буду!» и слезливые мольбы о пощаде. Удары тяжелой ладони по щекам привели Жозеффа в чувство и попутно окрасили кожу его лица в пунцовый цвет.

– Господин Жо очнулся, я рад, – произнес Конт, наблюдая, как парень сначала испуганно вытаращил глаза, а потом задергался, тщетно пытаясь освободиться от пут. – Лясы точить я с тобой долго не буду, мордой не вышел, но хочу, чтоб ты знал. Твои холуи мертвы. Чувствуешь вонь? Это их телами смердит. Людей от запаха свежей мертвечины воротит, а для бездомных собак это просто зефир в шоколаде. Ты мразь, жалкое ничтожество, бьющее всегда исподтишка и нападающее только на слабых. Не знаю, смыслят ли голодные песики хоть что-то в морали, довольствуются ли они мертвечиной или решат полакомиться и тобой, но надеюсь на их зверский аппетит. Тот, кто по-свински жил, недостоин человеческой смерти. Прощай, некоронованный король помойки! Рад, что наше знакомство продлилось недолго!