Да, скифы мы! «Откуда есть пошла Русская Земля» - Анатолий Абрашкин

Скифы были известны как прекрасные скотоводы, поэтому роль Ойтосира в их пантеоне, безусловно, была значительной. Что же означает его имя? Думаем, что его значение передает слово «овцар» («овчар»). При чтении исходного названия бога учитывалось, что греческая «ипсилон» передает звук «в», а сочетание согласных «тс» эквивалентно букве «ц». Овчар – это овечий пастух, такая роль вполне подходит Аполлону. Иногда овцарем (овчарем) в шутку называют волка. Он тоже следит за отарой, но несколько с иной целью. Аполлон может оборачиваться как бараном, так и волком. Его эпитет Ликейский (по-гречески «волчий») указывает на Аполлона как на хранителя от волков и как на волка.

В своей интерпретации образа Ойтосира мы обратились к русскому языку. Это не должно пугать, поскольку, как уже отмечалось, в отдельных своих фрагментах наш родной язык хранит, по крайней мере, не менее древний слой лексики, чем индоарийский, иранский или греческий языки. Более того, ни один из них не дает ни одной сколько-нибудь удовлетворительной версии относительно происхождения Ойтосира.

Сопоставление его с Овчаром воскрешает в памяти историю путешествия аргонавтов в солнечную Колхиду. Она описана Аполлонием Родосским в его поэме «Аргонавтике». Целью похода стало обретение Золотого Руна – шкуры золотого барана, на котором Фрикс, сын Нефелы, бежал от своих греческих соотечественников. Красивый юноша, Фрикс стал жертвой интриги влюбившейся в него тетки. Недруги оклеветали его, народ поверил лживым заверениям о развратности юноши и одобрил приговор Аполлона принести Фрикса в качестве грехоискупительной жертвы. Отец юноши Афамант, громко причитая, повел Фрикса на вершину горы. Он уже готов был перерезать сыну горло, когда явился находившийся поблизости Геракл и вырвал жертвенный кремневый нож из рук отца. «Мой отец Зевс ненавидит человеческие жертвы!» – воскликнул Геракл. Однако Фрикс все равно бы погиб, если бы неожиданно с Олимпа не слетел крылатый золотой баран и не подхватил Фрикса.

Баран действовал по приказанию Геры или даже самого Зевса, но принадлежал он, скорее всего, Аполлону – главному пастуху Олимпа. Вполне понятно, что этот олимпийский Овчар захотел вернуть свою собственность и благословил на это дело аргонавтов. Аполлон – их покровитель, он выручает и спасает их в самых критических ситуациях, а они, ощущая его помощь, постоянно благодарят бога, посвящая ему молитвы и алтари. Один из участников похода, прорицатель Идмон, сын Аполлона, открывает друзьям накануне отплытия предсказание отца:

Вам суждено от богов и дано обратно вернутьсяВместе с руном. Беспредельным будет грядущее бремя;Там, как и здесь, суждено идущим нам испытанья.Мне же горькою долей придется велением богаГде-то вдали умереть в пределах земли Азиатской.Были известны мне беды мои уже раньше по птицам.Участь моя такова! Я отчизну оставил затем, чтобМожно мне было вступить на корабль и прославиться дома.

Руно настолько важно для Аполлона, что он готов пожертвовать своим сыном. Гибель Идмона «в пределах земли Азиатской» в аллегорической форме повествует о том, что центр культа Аполлона-Овчара вместе с Руном возвращается из Колхиды в Грецию. Но сам культ сохранялся на Кавказе вплоть до появления там скифов.

И еще одна важная ассоциация, порождаемая именем скифского Аполлона. В имени Ойтосир слышится также и уже забытое арийское слово «отчарь» – отчий Яр, отец-Ярило, Солнцебог. По структуре образования и по смыслу оно соответствует древнерусскому Стрибогу – Старому Богу, Богу-Отцу, Сущему Яр-Богу (Стри– в огласовке можно прочитать как Есть Яр). Это опять-таки указывает на связь скифской религии с мировоззрением русов.

Аргимпасу Геродот отождествил с Афродитой Уранией («Небесной»). В противоположность Афродите Пандемос («всенародной») она мыслилась существом в высшей степени нравственным и одухотворенным. Правда, ее культ носил оргиастический характер, а в качестве жрецов богини выступали кастраты. Геродот утверждает, что культ Афродиты Урании скифы заимствовали у филистимлян во время своего египетского похода.

При объяснении имени скифской богини традиционно заменяют «г» на «т» и сближают ее образ с иранской богиней удачи и изобилия Арти. Но это не богиня любви и плодородия. Кроме того, у исследователей нет никаких сведений относительно эротических сторон ее культа. Единственным аргументом в пользу отождествления богинь является созвучие их имен. Но почему тогда вместо Арти нельзя рассматривать греческую Артемиду? Ее имя еще ближе к «оригиналу». Так надо ли искажать имя богини? И что означает вторая его часть?

Имя скифской богини, очевидно, состоит из двух «половинок»: «Аргим» и «Паса». Корень первой «половинки» имени богини «арги» в греческом языке означает «блестящий», «белый». Это едва ли идеальный эпитет для «Небесной» Афродиты. В санскрите созвучное этому корню слово arka – один из синонимов солнца и бога солнца, также прекрасно сочетающиеся с понятиями блеска и белизны. Вторая «половинка» имени имеет значение «Спасительница»; сравни: Спас – Се Пас, пасти – охранять, оберегать. Паса, по-другому, – Богиня, Берегиня. Важные смысловые значения ее имени дает также латинское passio – страсть, страдание. Отсюда французское пассия – предмет любви, страсти. Не правда ли, очень подходящие характеристики для богини любви! Таким образом, Аргимпаса – значит «Белая Богиня». Ее имя образовано по такому же принципу, как и имена богинь с тем же значением – Левко-тея и Ки-бела.

В греческой мифологии есть героиня с именем Паса. Это Паси-фая (Фея Паса) – дочь бога солнца Гелиоса и супруга великого критского царя Миноса. Когда Минос, вопреки своему обещанию, отказался принести в жертву Посейдону великолепного быка, Посейдон внушил Пасифае противоестественное влечение к животному. В результате этой связи родился Минотавр (чудовище с головой быка), которого Минос заключил в лабиринт. В символической форме этот миф обозначал подчиненное положение Великой богини, которую олицетворяла Пасифая, по отношению к Посейдону – одному из верховных богов. Подобно Зевсу, обратившемуся в быка и похитившему Европу, Посейдон принял образ быка и соблазнил Пасифаю.

Имя Аргимпаса подчеркивает, что скифы почитали светлую, незапятнанную и невинную в своем прегрешении Пасифаю. Геродот особо оговаривает, что по своему значению она приравнивалась к Афродите Небесной – богине высшей духовной природы. Культ критской Великой Богини – древнейший в Средиземноморье, вместе с переселенцами отсюда он распространился на побережье Малой Азии и на Ближний Восток. Там-то с ним и познакомились скифы.

Для Геракла и Ареса Геродот не приводит скифских имен. В чем тут дело? Ответ очевиден – они совпадали с греческими. О Геракле мы уже говорили. Что же касается Ареса (Арея), то греки почитали его меньше, чем остальных богов. Правда, в Афинах ему посвятили храм на Агоре (центральной площади) и холм Ареопаг, на котором находилась резиденция верховного суда, но такие знаки уважения были скорее исключением, чем правилом. Перед боем, на удивление, полководцы старались более расположить к себе Афину. Даже в военизированной Спарте Арею приносились в жертву как максимум лишь молодые собаки.

Исследователи, следуя древнегреческой традиции, как правило, выделяют только отрицательные черты Арея, не видя его безусловных достоинств – силу, отвагу, мужество, красоту. К примеру, он был красивейшим на Олимпе, почему и выбрала его в возлюбленные златокудрая Афродита. Сами боги тоже недолюбливали его. Из всех олимпийцев по-доброму к нему относились разве только Афродита да сестра Эрида. Зевс открыто пенял ему:

Ты ненавистнейший мне меж богов, населяющих небо!Только тебе и приятны вражда, да раздоры, да битвы!Матери дух у тебя, необузданный, вечно строптивый,Геры, которую сам я с трудом укрощаю словами!Ты и теперь, как я мню, по ее же внушениям страждешь!Но тебя я страдающим долее видеть не в силах:Отрасль моя ты, и матерь тебя от меня породила.Если б от бога другого родился ты, столько злотворный,Был бы давно уже преисподнее всех Уранидов!

Редкий папаша так откровенно и искренно признается в своей нелюбви к сыну. Впрочем, скорей всего, миф об отцовстве Зевса родился во времена, когда греческие жрецы уже сформировали олимпийский пантеон. Родиной Арея считалась Фракия – область, простиравшаяся от Карпат до Эгейского моря и от Черного моря до реки Вардар, служившей границей с Македонией. Арей слыл для греков чужаком, но глава пантеона должен был стать отцом тех богов, образы которых принесли на территорию Греции другие народы, то есть не греки (аналогичная история произошла с Аполлоном). В Троянской войне фракийцы сражались против греков-ахейцев, а воинственный Арей был богом-защитником всех троянцев. В очном поединке он сражается с Афиной, чье имя соотносится с названием «сердца» греческой цивилизации, ее столицы. Имя же Арея однозначно указывает на его связь с ариями.